Тревожная мама: Тревожная, опекающая, «мертвая» мать — кто она и как влияет на детей? Интервью с психологом – 4 признака, что вы тревожная мать

Содержание

4 признака, что вы тревожная мать

Мамина тревога вызывает ответную тревогу и лишает понимания, что мир безопасен. А травмируют -насилие (как по отношению к ребёнку, так и между родителями), запрет на негативные чувcтва, унижения и насмешки, грубые нарушения границ, использование ребёнка в собственных целях.

Тревожные мамы – это новинка, это продукт сегодняшнего дня и результат работы предыдущего поколения. Я думаю, вы узнаете в них себя или кого-то из близких знакомых – тревожные мамы ходят повсюду.

  • Они бесконечно кормят грудью не потому, что им очень нравится процесс, а потому, что они боятся отлучением травмировать ребёнка.
  • Они не устанавливают границы, не отстаивают свои законные интересы и почти никогда не говорят твёрдое «нет», потому что боятся травмировать ребёнка.
  • Они не вырабатывают простых и понятных правил, а, едва выработав, тут же первыми их нарушают. Почему? Да всё потому же.
  • Они не наказывают, а значит, они не позволяют ребёнку узнать, что у поступков бывают следствия. Да-да, причина такого поведения вам известна.
  • Они ищут советы, ходят на форумы, читают хорошие и плохие книги по психологии, но выносят только одно – они постоянно травмируют ребёнка, и их тревога усиливается.

Мамина тревога вызывает ответную тревогу ребенка

Практически тревога – это основное по количеству и силе занятие в их родительстве. На простенькое, ласковое тетешканье с куклами-машинками ресурсов обычно уже не хватает. На обучение  – да, из последних сил. Но не на милые, по возрасту, глупости.

Подписывайтесь на наш аккаунт в INSTAGRAM!

Эти мамы на самом деле очень любят своих детей. Этой любви – море, но её естественное течение блокируется тревогой. У них как раз не очень с любовью к себе – тоже много всяких сомнений и неприятных, терзающих мыслей.  Спроси такую маму, когда она в последний раз чувствовала себя спокойно и уверенно, так она и не вспомнит.

Ещё у них слабовато со спонтанностью, а ребёнок её требует нон-стоп, постоянно проверяя на прочность. А если я так? А вот этак? А если кашей измазать стенку? А если фломастером? Как нарочно, тот умный, книжный совет, который сработал вчера, сегодня работать не хочет, и что делать, чтобы не травмировать? Не будь этого страха, сработала бы нормальная материнская чуйка, благо вариантов совладания с маленьким экспериментатором и правда много. Но чуйка забилась в угол, а в голове только тёмная тревога.

Как ни удивительно, но у этих мам могут быть куда более удачные отношения с мужьями, друзьями, коллегами. Там все разумно и функционально, и не потому, что повезло, а потому что у них, у мам,  всё хорошо с головой. На самом деле они умеют и границы простраивать, и правила обозначать, и спорить, и не соглашаться. Но все эти умения летят  тартарары перед лицом вот этой чудесной крохи, которая так доверчиво на тебя смотрит.

Подписывайтесь на наш канал Яндекс Дзен!

Ну да, проблемы из детства. В их родительских семьях было много хаоса, пограничности, дабл-байндов и снесённых условиями жизни границ – в прямом и переносном смысле.

Эти мамы, будучи маленькими, умными, чуткими девочками, много работали психотерапевтами своих собственных мам и пап и здорово в этом преуспели. Предугадать, что от тебя ждут, а что под негласным запретом, пожалеть, подставить хиленькое плечико, засунуть глубоко свои настоящие потребности, дабы не вызвать недовольства — о, в этом им не было равных! Чем ребёнок душевно одарённее, тем лучше у него это получалось.

Ну и куда ж без тревоги: родители – штука неподконтрольная…

Нет, их мамы с папами не были монстрами, они тоже любили изо всех сил, и обвинять их во всех грехах – несправедливо. Но они делали что и как могли. Без Гиппенрейтер, антидепрессантов последнего поколения, без нянь и памперсов. И, что самое главное, имея в личном анамнезе ещё более жёсткое личное детство.

А что на выходе?

Их собственные дети, столь тщательно оберегаемые от травм, тоже не очень счастливы. Я встречала гиперактивных  — до такой степени, что их уже не удерживали самые крепкие и тёплые объятия; встречала агрессивных – обозлённых на родителей за отсутствие твёрдой почвы под ногами; встречала маленьких домашних тиранов, для которых ноша быть главным – совершенно непосильна, потому что главной должна быть мама.

Я далека от того, чтобы сейчас торжественно обозначить единственную причину детской сверхактивности или агрессии – сколько детей, столько историй. И в то же время

для того, чтобы у ребёнка сформировалось пресловутое доверие к миру, он должен чувствовать себя  в этом мире безопасно. А мир безопасен, только если в нём чётко обозначены границы. Нет грани, запретов и правил – нет безопасности. Ребёнок же должен быть уверен, что родители вовремя  скажут пресловутое «нет».

И это ещё не всё.

Дело в том, что дети отлично считывают материнскую тревогу, сколь тщательно бы она не пряталась за заботу, внимание или демократичный стиль общения, и тревожатся в ответ. И когда вместо того, чтобы сказать «я устала, и сейчас ты поиграешь один», мама начинает слёзные переговоры с бесконечными «бы» и «пожалуйста», ребёнок отлично понимает —  сейчас творится что-то не то и начинает цепляться ещё сильнее.  А когда вместо «ты надеваешь вот эти сапожки, и мы идём гулять» идут невнятные умоляющие реплики, за ними естественным образом следуют истерика и катание по полу. И так далее.

Мама не должна умолять. Мама обозначает, что сейчас будет – разумеется, с учётом возраста, самочувствия и ситуации.

Итак. Мамина тревога вызывает ответную тревогу и лишает понимания, что мир безопасен. А травмируют -насилие (как по отношению к ребёнку, так и между родителями), запрет на негативные чувcтва, унижения и насмешки, грубые нарушения границ, использование ребёнка в собственных целях. Это если вкратце.

А вот однозначный отказ покупать пятую машинку – не травмирует. Необходимость посещать достаточно хороший детский садик  — не травмирует. Равно как и правило надевать шапку, не перекусывать печеньками, играть в планшет только по выходным и не мешать маме, когда та занята или хочет побыть одна.

Так что для начала тревожным мамам хорошо бы признать, что они тревожные.

Затем – тот простой факт, что они не обязаны быть совершенством. Достаточно хорошая мать, по Винникоту, совершает 19 ошибок в час, и это нормально.

И, наконец, им бы не помешало найти кого-то  в своём окружении, кто растит детей достойно, весело и без тревоги —  чтобы посмотреть, как это бывает, и поучиться разумным навыкам. Уверяю, что эти три пункта станут роскошно инвестицией в воспитание малыша.опубликовано econet.ru.

Оксана Фадеева

Задайте вопрос по теме статьи здесь

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! © econet

«Диагноз»: Я тревожная мать

Привет, девочки. Меня зовут Светлана. Сегодня расскажу свою историю о том, как я стала тревожной мамой. Что послужило причиной того, что я уберегаю своего ребёнка от людей, общественных мест, транспорта, других детей и т. д. Что я делаю, чтобы максимально обезопасить сына от опасностей.

Меня всегда смешили мамочки, которые купают детей в воде с температурой не ниже 40 градусов, надевают тёплые свитера с шапками в +25 и лечат антибиотиками обычное ОРЗ. За чашечкой чая мы с подругой частенько осуждали таких женщин и, ухмыляясь, говорили: «Вырастет маменькиным сыночком». Так я думала до тех пор, пока сама не родила.

тревожная мать

Как-то раз с моим ребёнком произошло кое-что плохое. В 3 месяца малыш заболел. Доктор прописал нам порошок, который нужно было разводить с водой. Делала всё по инструкции. Шприц заложила за щёчку, головку приподняла и стала вливать лекарство. В этот самый момент малыш резко вдохнул и… перестал дышать. Дома никого не было. Я понимала, что скорая доехать не успеет, но всё равно вызвала, несколько раз истерично прокричав в трубку: «Пожалуйста, быстрее, он умирает». Когда увидела, что лицо сыночка синеет, поняла, что это всё – конец.

Неожиданно я вспомнила слова доктора Комаровского: «Лучше хоть что-то делать, чем ничего». Тут же в голове появился отрывок одной из его передач. Евгений Олегович рассказывал, что нужно делать во время удушья. Мигом схватила сына, положила его на колено, перевернула на животик так, чтобы голова была наклонена вниз, и стала стучать по спине рукой. И, о чудо!!! Малыш покашлял и стал дышать.

Приехавший фельдшер подтвердил, что всё обошлось. В тот момент я поняла, что смерть всегда рядом с нами, и любая оплошность родителей может привести к трагедии – самой страшной трагедии – смерти ребёнка. С такими мыслями я стала жить постоянно. Тревожность не покидала меня ни на минуту.

Вот, каким образом она проявлялась:

  • Никогда не оставляю сына без присмотра во время игр. Если нужно что-то приготовить, а дома никого нет, сажаю малыша в детский стульчик.
  • Наша семья редко бывает в общественных местах. Если уж очень нужно, то в супермаркетах, я, прежде всего, думаю о запасных выходах, которые понадобятся во время стихийного бедствия, пожара, а уже потом о покупках.
  • В общественном транспорте меня тоже посещают навязчивые мысли о том, что рядом обязательно сидит педофил, психопат, человек, занимающийся продажей детей и т. д. В сумочке всегда ношу баллончик, а людей, кажущихся мне подозрительными, обхожу десятой дорогой. Кроме того, я постоянно думаю о том, что малыш может подхватить в толпе вирус или какую-нибудь инфекцию.
  • Самый большой страх – это то, что мой малыш может потеряться. Поэтому на одежде у сына всегда висит бирка с его именем, моим номером телефона. А номер поисковой группы «Лиза Алерт» на первом месте в моей записной книге.
  • Когда с сыном стоим на пешеходном переходе, я всегда оглядываюсь по сторонам и смотрю, не несётся ли какой-нибудь автомобиль в нашу сторону. Продумываю до мелочей, куда увезти коляску в случае, если машина поедет прямо в нас.
  • За рулём я тоже очень осторожна. Никаких манёвров, проездов на красный цвет светофора. Максимальная дистанция, минимальная скорость – это мой девиз при вождении автомобиля.
  • Кушает ребёнок тоже под присмотром. Ему уже 1,5 года. Но, по-прежнему, никаких сухариков, крупных кусочков, неизмельчённых фруктов, овощей я ему не даю. Вместо мяса готовлю сыну суфле, котлеты, тефтельки. Кормлю только натуральными продуктами. Сахар, соль не добавляю.
  • Постоянно повторяю мысленно порядок действий сердечной и лёгочной реанимации. Ведь опасность может поджидать где угодно и даже под присмотром родителей. Купила соответствующую литературу. Планирую сделать небольшой плакат и повесить его на стену.
  • Все острые предметы, ножи, ножницы, иголки находятся на высоте. Полки под замком, прикреплены к стене. На углах красуются резиновые нашлёпки, на окнах – стопоры.
  • С другими детьми сын играет редко. На детскую площадку его не пускаю, особенно в песочницу – сборник кошачьих экскрементов, глистов и других сюрпризов. Если какой-нибудь малыш кашлянёт рядом, сразу забираю сына и ухожу в другое место. Всегда оглядываю территорию, где играет ребёнок, на наличие осколков, шприцов, собак.
  • В доме шведская стенка, на полу постелен мягкий мат. На самокате и беговеле сын катается в наколенниках, налокотниках и в шлеме.
  • Когда малыш заболевает ОРЗ, лечу без излишних лекарств. Если развилась бактериальная инфекция, никогда не жалею денег на платные клиники и лабораторные анализы. На благоприятный исход практически никогда не надеюсь. Всегда прокручиваю в голове самые плохие варианты.
  • Смотрю на других детей и сравниваю со своим. Например, сыночек ещё не говорил в 1 год и 4 месяца. Я приставала к врачам с вопросом: «Может, это аутизм?». Но шестой по счёту невролог говорил мне, чтобы я оставила в покое здорового ребёнка и полечила свои нервы.

Я никогда не показываю сыну, что оберегаю и волнуюсь за его безопасность и здоровье. Я не из тех, кто постоянно кричит: «Не бегай, а то упадёшь», «Не трогай, а то порежешься» и т. д.

Конечно, стараюсь работать над собой, но не получаются. В голове промелькивает минимум 3 мысли в день о несчастных случаях, ужасных людях, трагедиях, несчастьях, повсюду поджидающих моего ребёнка.

Но всё же я уверенна, что лучше я буду тревожиться, чем потом всю жизнь страдать от допущенной ошибки.

Читаем также:

Тревожная мать. Тревожно – депрессивное расстройство

Тревожная мама: как победить страх — Статьи — Семья

Фото: lori.ru

Продуктивные страхи оберегают ребенка от опасности и идут ему во благо. Например, когда функция защиты настроена на немедленное реагирование (я должна вмешаться, чтобы расшалившийся ребенок не полетел с качелей) или направлена на общую бдительность (во дворе появилась хулиганистая компания, начну-ка я встречать своего семиклассника из секции, как бы он этому ни противился). Но достаточно часто – гораздо чаще, чем принято думать – страх за ребенка приобретает навязчивые формы, вплоть до панических атак. Даже тогда, когда ваше чадо, сытое, довольное и ухоженное, мирно посапывает в собственной кровати под родительским крылом.

Вот что написала одна трижды мама на специализированном форуме: «Я мать двоих сыновей и дочери. Бывали периоды, когда я каждый день думала о том, что с детьми может что-нибудь случиться. Лестница казалась смертельной ловушкой, выход на детскую площадку грозил катастрофой… Я не осмеливалась поделиться с кем-то мыслями, чтобы не показаться смешной. Постепенно из разговоров с другими мамами я узнала, что подобные чувства знакомы и им. Было утешением узнать, что у меня нет расстройства психики».

Да, расстройства психики нет, а невротическое состояние – налицо. Вот как трактует такое состояние наука: «Тревожность – это состояние психического напряжения, при котором человек воспринимает нейтральную ситуацию как угрожающую. При этом человек испытывает мучительное беспокойство, прогнозирует неудачу или опасность».

Даже оставив в покое теории о том, что мысль материальна и своими страхами вы можете накликать беду, картина вырисовывается не слишком радужная. Обратимся к физиологии: повышенная тревожность часто приводит к самым различным неблагоприятным соматическим и вегетативным проявлениям – от учащенного пульса до мигреней и боли в груди, и от нарушений сна до проблем с пищеварением. Оно вам надо?

Фото: lori.ru

Пять вредных советов чрезмерно тревожной маме

1. То, что вы не расстаетесь со своими навязчивыми страхами, просто прекрасно. И, безусловно, пойдет вашему ребенку только на пользу. Ведь вы окружите его такой гиперопекой, что ни о какой нормальной социальной адаптации и речи не будет. Хотите устраивать через знакомых тридцатилетнюю деточку на работу, лично искать ему девушку и умиляться, что ваше великовозрастное дитя проводит все выходные с мамой? Тогда вы все делаете правильно.

2. Ни в коем случае не держите эмоции в себе, вы же «переживаете». Расстройство из-за того, что ребенок опоздал на 10 минут со дня рождения одноклассника, всегда должно выливаться в эффектное шоу. Причем обвинения должны обрушиваться не только на голову провинившегося: перепасть должно и мужу, и другим домочадцам. Выражая таким образом свою любовь и заботу, вы в разы повышаете вероятность того, что из вашего ребенка вырастет классический неврастеник.

3. Не старайтесь прививать ребенку такие качества как ответственность, пунктуальность и обязательность – вы же лучше знаете, как надо. Зачем ему заботиться о себе самому и учиться самостоятельно приобретать навыки безопасной жизнедеятельности? Ведь вы до конца жизни будете водить его за ручку и контролировать каждый шаг.

4. Почаще поддавайтесь беспричинным волнениям – ну почему бы не представить себе, что на прогулке в детском саду вашего малыша похитили сомалийские пираты или унесла птица Рух? Чем чаще и дольше, смакуя подробности, вы будете представлять себе подобные ужасы, тем больше уверенности и спокойствия приобретете.

5. Позиция «ЯЖЕМАТЬ» в данном вопросе беспроигрышна. Полностью сосредоточьтесь на ребенке, гоните прочь другие интересы и привязанности. Если есть возможность не работать – не работайте. Особенно важно придерживаться данного принципа на каждом переломном этапе взросления ребенка: при поступлении в школу, в период полового созревания, во время первой влюбленности, при окончании школы и т. д. Так наверняка будет еще меньше шансов на то, что в вашей семье вырастет самостоятельная личность, способная справляться с трудностями.

Фото: lori.ru

Кто боится – несчастен, кто не знает страха – неосторожен

Конечно, бывают случаи, когда самостоятельно справиться с подобной проблемой сложно: например, при потере одного из детей, тяжелой психотравмирующей ситуации из собственного детства и других печальных обстоятельствах. Тогда действительно нужно обращаться к специалисту, который поможет вам осознать причины повышенной тревожности, понять механизмы своего страха и «выключить» их. В остальных случаях психотерапевты обычно не нужны. Возьмите на вооружение упражнения по релаксации мышц или дыхательную гимнастику, чтобы снять стресс и судорожную напряженность. А еще мы обработали более 500 постов самых разных мамочек на различных интернет-ресурсах, и нашли несколько по-настоящему высококлассных советов.

– «Когда начинаешь волноваться, надо включить логику или статистику. К примеру: ребенка укусил клещ. Переживаешь, не подхватит ли он энцефалит или боррелиоз. Из статистики: от 3 до 5% укусов могут привести к инфицированию. Успокаивает… Продолжаете волноваться? Действуйте дальше! Получите консультацию врача, сдайте кровь на анализы, пройдите вовремя лечение, и все будет хорошо!»

– «Выберите время для своих тревог. Скажем, по средам, с 20:00 до 20:30 полностью посвятите себя переживаниям относительно ребенка. Заведите таймер, и все 30 минут представляйте и размышляйте над тем, что вас обычно тревожит. Как только будильник звенит, вы останавливаетесь и возвращаетесь к повседневным делам. Когда у вас снова возникают тревожные мысли, вы говорите себе: «Стоп! Об этом я буду думать в среду, с 20:00 до 20:30, а сейчас у меня ужин, время для маникюра и прогулка».

– «Почаще говорите себе: Клава/Света/Таня, ты родилась, выросла и сама родила. Тебя не укусила собака, не сбила машина… Значит, так бывает, что человек просто спокойно вырастает? Почему же у твоего ребенка этого не должно получиться?»

Также читайте о том, какие «полезные» советы может дать невротическая мама.

«Тревожным мамам» помочь может только психолог | Здоровье ребенка | Здоровье

Последнее время я все чаще вижу складненьких, ухоженных деток-крепышей на руках бледных, измученных, психологически истощенных мам.

Две картинки

Впервые я столкнулся с этой проблемой лет 35 назад. Женщине было под тридцать, первый ребенок. Беременность прошла без осложнений, девочка родилась со стандартным весом и ростом, никаких аномалий, только обычные временные проблемы с животиком и сном у грудничка, описанные в десятках книг для мам… На углу пеленального стола – стопка этих книг со множеством закладок. Я видел глубокое недоверие в глазах матери, когда объяснял ей, что надо делать, тем более что ничего особенного и делать-то не надо было. Мы разговаривали вдвоем, но неподалеку, как коршун, ревниво и настороженно кружила немолодая женщина с недобрым лицом. Вскоре я случайно узнал, что ребенка показывали еще двум врачам. В течение пятнадцати лет я по телефону общался с этой мамой и с ее мужем по разным поводам практически ежемесячно – при прорезывании молочных и постоянных зубов, при простудах, при появлении у девочки первых признаков сутулости, при незначительных изменениях в анализах крови…

Девочка давно выросла. Практически здорова. Не замужем. Живет с родителями. Они почти ничего не знают о ее жизни: утром она уходит, вечером приходит и зависает в Интернете. Огрызается на робкие вопросы. Деньги в семейный кошелек не вносит. Ее родители ходят на консультации к психологам, ищут ответ на вопрос, почему она такая.

А вот совсем недавний случай: матери лет 26, первый ребенок, очень симпатичный, крепенький семимесячный мальчишечка. От меня (я, несомненно, не первый «старый педиатр», осматривающий малыша) хотят узнать, что делать с «бецежиткой» – незаживающим следом на плечике после противотуберкулезной прививки. Говорю (бодро и уверенно): все нормально, просто наблюдайте, к году заживет, и молчу о том, что это даже хорошо, когда организм так подробно изучает бациллу и неторопливо создает многоуровневый иммунитет к туберкулезу. Молчу об этом, потому что знаю: скажу – и напугаю женщину. Она из тревожных мам – все, что у ее сына не «как у всех» и не как написано в популярной книге о детях, вызывает у нее панику.

Что объединяет таких мам? Тяжелая, вымученная беременность? Не факт. Поздний ребенок? Не обязательно. Материальное благополучие при эмоциональном голоде? Нет. Неполная семья? Возможно.

Сплошное отчаяние

Одна из таких мам написала: «Быть тревожной матерью – жутко. Это вечный страх за ребенка, вечная работа ума и сердца на бешеной скорости, но вхолостую. Дай тревожной матери малейший повод – и понеслось. Ребенок плохо говорит? Аутизм, остановка в развитии, инвалидность. Болит животик? Аппендицит, госпитализация, перитонит, внезапная смерть. Залез на крышу гаража? Упадет, сломает шею, больница, паралич, памперсы, пролежни, смерть. Пошла в гости к подружке? Чужой подъезд, маньяк, изнасилование, труп в подвале, опознание, гроб. Весеннее хождение без шапки? Простуда, пневмония, отек легких, смерть от удушья. Сидение за компьютером? Сбился с пути, не поступит в вуз, армия, дедовщина, гроб. Сплошное отчаяние.

Быть ребенком такой матери – тоже очень нелегко. Тебе постоянно повязывают шарфики и проверяют сухость ботинок, заправляют рубашечки в штанишки на глазах друзей. Это попытки убежать от ощущения «я убиваю маму своим поведением». Это бесконечные рапорты маме по мобильному и запрет на все, что маме кажется опасным. Это унизительные робкие попытки доказать, что можешь сам ходить в школу, умеешь пользоваться общественным транспортом, хочешь, как все, играть в хоккей, самостоятельно выбрать профессию, имеешь свою голову на плечах и право совершать ошибки. Это будущее отчуждение, отсутствие доверия и искренней, со слезой, теплоты. Все это плохо, и с тревожностью надо что-то делать. Вопрос – что?».

Сами тревожные матери, размышляющие об этой проблеме, рано или поздно приходят к выводу: «Скрывайте свою тревогу от ребенка. Не делайте его ответственным за свое душевное благополучие». А еще пытаются понять, почему они стали такими. И в редких исповедях открыто или завуалированно, осторожно или грубо винят в этом своих близких. Как ни странно, научные исследования, проведенные в самых разных странах мира, подтверждают догадки тревожных мам.

Жизнь по чужому сценарию

Все тревожные матери постоянно боятся «сделать что-то не так». Оказывается, тревожность закладывается у них еще в детстве, когда они, маленькие девочки, попадают под пресс своих эмоционально холодных, властных и категоричных матерей. Такое отношение к ним, как выяснили психологи, в двух из трех случаев связано с тем, что они были нежеланными детьми: «залетными», или не того пола, который хотели родители, или детьми социально неустроенных родителей (матерей-одиночек, малолеток…). У остальных – их матери имели психосоциальные, пограничные с психическими, заболевания. Девочек неправильно воспитывали: холодно, как чужих, навязанных детей, как бы исполняя долг, или, наоборот, – с драматической, несоразмерной сверхопекой. Иногда ситуацию может спасти отец, если его роль в семье значима, если он эмоционален и участвует в процессе развития дочери. Но гораздо чаще рядом с властными женщинами такой мужчина отсутствует, с ними сосуществует пассивный «муж-ребенок», а не «муж-супруг».

Очень часто такие девочки «неправильно» выходят замуж – торопливо, лишь бы выбраться из-под давящего пресса матери, выбирая себе в мужья «нежных мужчин», которые на самом деле оказываются инфантильными.

Счастье, если выросшая девочка в подростковом возрасте поднимает бунт и со скандалами, и истериками, и даже обоюдными оскорблениями ломает сложившийся в семье стереотип «мама решает все». Счастье, потому что тогда у нее появляется шанс стать самостоятельной женщиной. Да, ей будет невыносимо трудно, страшно, она может наделать глупостей и ошибок, однако, закалившись и поверив в себя, она будет способна на полноценную реализацию своей УНИКАЛЬНОЙ роли – матери. Речь идет не о способности к рождению детей (биологическое материнство), а о том практически несвойственном мужчинам чувстве к ребенку, которое проявляется врожденной способностью женщины идентифицировать себя с ребенком, что выражается не в понимании его состояний на уровне рассудка, а в переживании этих состояний вместе с малышом. Как выяснилось, у тревожных матерей эта способность существенно ослаблена.

Ох уж эти бабушки!

Встречали ли вы семьи, в которых ребенок до самого школьного возраста эмоционально и физически ближе к бабушке, чем к собственной матери? Конечно, встречали, потому что в российской действительности молодую маму традиционно страхует свекровь или ее собственная мать. В благоприятных ситуациях они исполняют роль опытной, спокойной няни, но у тревожных матерей очень часто такой доброй советчицы-помощницы нет. Даже хуже – в половине случаев корнем зла является свекровь или бабушка ребенка по материнской линии, обладающая деспотическими чертами характера: «Ничего не умеешь! Не так, а вот так! Уйди, я сама сделаю!». Их отношение к молодой маме, как к маленькой неумехе, порождает у неопытной женщины противоречивые чувства и желания: ведь это так соблазнительно – снять с себя ответственность за ребенка, но здравый смысл напоминает, что это ее ребенок и она ответственна за него. В итоге авторитарное психологическое давление калечит и подавляет ее эмоциональный контакт с ребенком, отдаляет ее от ребенка. Лишь половина тревожных матерей обучаются понимать своего малыша к шестимесячному возрасту. А непонимание между матерью и девочкой со временем перерастает в глубинную неприязнь. При этом в трети случаев дочери тревожных матерей повторяют их судьбу.

Помочь тревожной матери может только психолог.

Смотрите также:

10 неожиданных вещей, которые делают все мамы с повышенным уровнем тревожности

Ребята, мы вкладываем душу в AdMe.ru. Cпасибо за то,
что открываете эту красоту. Спасибо за вдохновение и мурашки.
Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте

Страх за своего ребенка — естественное состояние для каждой матери. Но иногда он принимает гротескную форму, превращаясь в гиперопеку. Она, в свою очередь, не доводит до добра, негативно сказывается на психологическом состоянии мамы, малыша и семьи в целом.

Мы в AdMe.ru собрали несколько признаков, по которым можно определить, являетесь ли вы тревожной матерью. Это поможет вовремя принять соответствующие меры и сделать процесс воспитания более легким и приятным.

1. «Если к приходу гостей ребенок испачкался, как можно скорее переодеваю его»

Причина кроется не во врожденной чистоплотности, а в нездоровом стремлении быть идеальной мамой. Ваши мысли и действия направлены на то, чтобы все вокруг оценили, как вы отдаетесь материнству. А не на то, чтобы малыш рос в атмосфере гармонии.Окружающие озвучивают свой восторг — вы на вершине блаженства. Если нет — испытываете угрызения совести.

2. «Если у ребенка что-то не получается, всегда помогаю ему это сделать»

Вам кажется нормой все, что умеют другие дети. И неважно, что у конкретного ребенка нет способностей или желания соответствовать тому или иному образцу. Могут остальные — сможет и он. А если нет, появляются упреки: либо в адрес ребенка, либо в свой.

Такое поведение может привести к ухудшению успеваемости. Осознание того, что не каждый может одинаково хорошо заниматься по всем предметам, параллельно посещая 15 секций, сделает проще жизнь ребенка и вашу. Понятие «норма», кстати, тоже весьма условно.

3. «Когда у ребенка появляется свободное время, волнуюсь и пытаюсь его чем-то занять»

Ваше душевное спокойствие напрямую зависит от нахождения ребенка рядом. Вы не верите, что кто-то, кроме вас, может заботиться о ребенке и что у него могут быть какие-то свои дела, не связанные с вашим участием. У таких детей есть множество разных секций, занятий… Ни одной свободной минутки, а заодно самостоятельности и интереса к собственной жизни.

К моменту взросления такой человек не готов брать на себя ответственность и не может определиться, чем хочет заняться. Вот и остается претворить в жизнь страх родителей: «Ты что, хочешь быть дворником?!»

4. «Если ребенок отправляется куда-то с друзьями, тщательно планирую их времяпрепровождение»

Как только чадо становится чуть старше, у него неизбежно появляются друзья. Когда они компанией отправляются погулять или пройтись по модному торговому центру, вы составляете план, куда зайти и что сделать. И не забываете узнать номера телефонов, адреса проживания с указанием индексов и схему проезда.

Межд

Тревожная мать — горе семьи – Дети – Материалы сайта – Сноб

— Вы знаете, я всегда очень волнуюсь за детей, когда их нет дома. Они у меня оба, можно сказать, подростки. Сыну — восемнадцать, дочери — тринадцать.

— Ваше волнение естественно, вы — мать. Но вы ведь не пытаетесь по этому поводу ограничить их свободу?

— Нет, что вы, я же понимаю. Наоборот, я все эти годы боролась с собой всяческими способами. И многого достигала. Со второго класса отпускала их в школу (она, правда, у нас в соседнем дворе) одних, разрешала самим ездить в кружки. Дочка и сейчас занимается балетом в центре города и иногда возвращается домой почти в десять часов. Старалась не звонить каждые десять минут, как мне хотелось, и не проверять, все ли с ними в порядке.

Так. Юноша по возрасту для матери уже почти недоступен, девочка благополучна в школе, вся в своем балете (знаю доподлинно, что это мир сильных страстей).

— Ну, тогда все нормально, — я почти равнодушно пожала плечами. — Успокойтесь, вы все делаете правильно.

Все-таки сознательно принятое когда-то решение «я всегда работаю из интересов детей», согласно универсальному закону Ломоносова («если где-то что-то прибавится, то где-то что-то непременно убавится») сделало меня не слишком восприимчивой и даже слегка черствой к переживаниям родителей.

— Да, — женщина опустила голову. — Правильно. Только вот дети от меня все равно отдалились, иногда просто пальцем у виска крутят, а наш папа и вовсе собрался из-за этого от меня уходить…

Ага! Так вот она, настоящая причина ее обращения ко мне, догадалась я. А дети — это просто операция прикрытия.

— Гм-м… А вы уверены, что причина супружеского разлада именно в вашей повышенной тревожности?

Возраст, вид женщины и предполагаемый мною возраст отца ее детей допускал самые разные варианты.

— Так он сам так говорит! — простодушно воскликнула моя посетительница. — Что любит меня, но я его достала своими страхами и бредом. Что раньше терпел ради детей, а теперь, когда дети уже почти выросли, он больше не может, и лучше будет жить отдельно, один, чтобы по крайней мере ночевать не в этом корыте с черными ужасами…

— Жить один? — переспросила я. Явно художественный образ «черного корыта с ужасами» пробудил-таки мое любопытство. — А что же все-таки это ужасы? Проясните…

— Ну, понимаете, я всегда такой была. Еще маленькой всегда волновалась, что мама, когда пойдет в магазин, попадет под машину — там у нас очень шумная дорога была — и погибнет. Потом, подростком, искала (и, как вы понимаете, находила) у себя всякие страшные заболевания. Чуть у меня где-то кольнет или заноет, я была уверена, что у меня рак. Никому ничего не говорила, но ходила и мучилась годами… Муж у меня в молодости на мотоцикле гонял. Когда мы поженились, я его уговорила мотоцикл продать, потому что все время представляла, как он сбитый в канаве лежит, со своим мотоциклом вперемешку. А потом, как дети родились, все на них перешло. Придумаю себе что-нибудь или в книжках прочитаю, а потом стою у окна и боюсь. Старший у нас молчаливый и всегда один любил играть, так я много лет мужа изводила, что у него аутизм. Или они на полчаса задержатся где-то, или телефон не ответил, я уже все самое страшное себе вообразила и мужу: надо в справочную скорой помощи звонить!

— Вы уже пытались как-то работать со своей проблемой?

— Да, конечно, и не один раз. К обычному врачу ходила. Он советовал не брать в голову и валерьяночки попить.

— «Маргарита обращалась к врачам, — процитировала я. — Врачи советовали Маргарите не волноваться».

— Невропатолог мне таблетки прописывала, я все пила. Страхов меньше было, это правда, но я сама становилась такая вялая, что даже дети замечали, и на работе… Плохо с домашними делами справлялась, и вообще жизнь теряла краски. Потом еще были люди с НЛП. Они велели, когда всякие гадости в голову лезут, вспоминать, что было в моей жизни хорошего, и ставили какие-то «якоря». Только почему-то гадости все равно всегда побеждали… — Она грустно улыбнулась, и я улыбнулась вместе с ней: улыбка, несмотря на грусть, у нее была очень обаятельная. — Потом еще был психоаналитик, но тут, каюсь, я сама от него сбежала. У него все получалось, что я такая тревожная, потому что мои мама с папой за стенкой слишком громко занимались любовью… Но даже если так, что ж я теперь-то могу с этим поделать? Ведь папа умер давно.

— Можно теперь пойти к гештальт-терапевту, — подчеркнуто серьезно сказала я. — У них есть методика, в которой можно побеседовать с умершим родителем.

Женщина с готовностью рассмеялась:

— Ну знаете, как-то я даже с призраком папы на такие темы разговаривать не готова! Давайте уж оставим их с мамой половую жизнь в покое…

— Что ж, как скажете, — на самом деле я обрадовалась: с людьми, готовыми к самоиронии, работать легче почти на порядок.

— А вы-то сами мне что-нибудь предложите?

— Почему нет? Предлагаю вашему вниманию метод парадоксальной интенции в моей, оригинальной трактовке. Смотрите: до сих пор все старались всякими способами ослабить ваш симптом — волнение и страхи за близких. Ничего не получалось. А почему? Да потому, что бояться и волноваться — это естественный для вас и чуть не главный способ коммуникации с миром. Скажите, за близких друзей и за дело на работе вы тоже волнуетесь?

— Еще как! Недавно дома всю ночь документацию проверяла, все казалось, что не сойдется где-то в последний момент и все обломится. Так и заснула за столом, и тут же приснилось, что самолет с партнерами упал…

— Вот видите. Мы не будем ослаблять ваш симптом. Мы попытаемся его максимально усилить и одновременно немного переориентировать.

— А как мы это сделаем? — с доверчивым любопытством спросила женщина.

Мир для нее был так полон неопределенных опасностей сам по себе, что конкретным людям она явно доверяла на «выше среднего».

— Вы больше не будете сопротивляться своим страхам, пытаться успокаивать себя, как вы привыкли за эти годы. Наоборот. Вы будете продумывать ужасы до самого конца, добавлять подробностей. Причем, чтобы уж наверняка, к вашим волнениям мы добавим чужие. Что волнует вашего мужа? Дочь? Сына? От чего они испытывают сильные чувства?

— Сына — футбол, он фанат «Зенита», — сразу сказала женщина. — Когда дома смотрит, бывает, так орет, что я в соседней комнате на диване подпрыгиваю.

— Отлично. Вы тоже будете волноваться за «Зенит». Там сейчас, кажется, какие-то проблемы с игроками. Дальше?

— Дочь с самого младенчества рыдает над всякими щенками, котятами, брошенными собаками. Мне всегда приходилось бабой-ягой быть, не возьмешь же всех к себе.

— Теперь вы тоже будете волноваться за бездомных животных. Это огромная животрепещущая тема. А муж?

— Ну, он все про политику талдычит, ругается, но я в этом ни в зуб ногой…

— Хотите, чтоб муж остался? Узнаете все про политику. А дальше будете либо белые оппозиционные ленточки гладить, либо страдать по славному имперскому прошлому, в зависимости от взглядов мужа. И вообще, вас разве не волнуют судьбы Родины?! — грозно закончила я.

— Волнуют, волнуют, конечно, — она почти испугалась.

— То-то же! — я погрозила ей пальцем. — А сейчас обсудим конкретный план действий.

***

Спустя четыре месяца она снова сидела передо мной, знакомо опустив голову, и, слегка прикусив губу, прятала улыбку.

— Ну что там у вас?

— Две кошки и собака. Бывшие бродяжки. Воруют еду — непонятно как! — даже из холодильника. Но эту проблему — бродячих животных — надо решать системно, как я поняла! И так и сказала на форуме.

— Сын?

— На стадионе мне очень даже понравилось, я себя прямо такой молодой почувствовала, а сын явно мною перед своими гордился: смотрите, у меня мама — фанат! Но, по-моему, политика покупки игроков у клуба сейчас неэффективная…

— Муж?

— Вы знаете, у нас намного лучше отношения стали, и он уже не собирается уходить. А вот вы что думаете про такого политика, забыла, у него еще армянская фамилия?.. Ведь в СССР и вправду было хорошее образование и цели, а у общества потребления совершенно неясные перспективы, нашим детям тут жить, и нас с мужем это волнует. Простите… Я, в общем-то, хотела сказать спасибо. Эта ваша методика парадоксальной — чего? — нам очень помогла.

«Простите и вы меня за обман, — подумала я. — Методика парадоксальной интенции замечательна, но это была не она».

Это — тот самый закон Ломоносова, который так подвел меня в начале нашего знакомства. Добавились чужие, внешние волнения, отчего слегка (или как следует?) «отползли» собственные, иррациональные, те, которые так мешали жить и моей посетительнице, и ее семье. Зато ее искренний и эмоционально заряженный (по-другому она не умеет!) интерес к важным для других членов семьи вещам позволил улучшить отношения по всем направлениям.

Тревожная мама. Как не «залечить» до смерти своего ребенка

Полина Волошина, журналист

«Кажется, у него температура, он как-то странно дышит, издает непонятные звуки, и мне не нравится, как он сжимает кулачок», — однажды начав находить подозрительные симптомы у своего новорожденного младенца, тревожная мать уже не может остановиться: мутный взгляд, гнойнички, пятна, мешки под глазами, много кричит, мало кричит, какает, не какает, много ест и срыгивает, вообще не срыгивает… Продолжать список можно бесконечно, потому что любое, абсолютно любое действие ребенка теперь будет восприниматься как подозрительное, а попробуйте ввести обнаруженный симптом в поисковую, и вы моментально узнаете, что именно это является признаком какой-нибудь страшной болезни. Да, к огромному сожалению, страшные болезни тоже случаются и, тем не менее, в жизни они встречаются гораздо реже, чем в воображении молодых матерей.

В некотором смысле все матери, если они хорошие матери и действительно любят своего ребенка, тревожные. И даже самые-самые, с железными нервами женщины, в какой-то прошлой жизни рулившие международными (межконтинентальными и межпланетными) корпорациями, сразу после родов могут превратиться в пугливую «наседку», теряющую рассудок от ужаса при обнаружении, ну, например, соплей в крошечном носике своего младенца. И это было бы смешно, если бы не было так грустно, ведь очень часто тревожная мать невольно заставляет страдать вообще всех, кто находится рядом с ней. Она постоянно изводит страхом себя, свою семью и, главное, добавляет множество лишних, неприятных и зачастую болезненных медицинских процедур в жизнь своему ребенку, таская его по врачам, изнуряя постоянной сдачей анализов и заставляя жить жизнью (как бы) нездорового ребенка даже при том, что он совершенно здоров! Парадоксальным образом, страх перед больницами словно толкает этих женщин в больницы — они предпочитают вызывать «скорую» по любому поводу, слегка преувеличивать симптомы (потому что иначе врачи им не поверят), требовать «настоящего» лечения (то есть доказательная медицина с минимальным вмешательством тут не проходит, и любящие мамы успокаиваются, только увидев в назначениях уколы, капельницы и как можно больше лекарственных препаратов). В эти моменты им кажется, что они спасают своего ребенка… было бы от чего.

У этой проблемы есть множество причин, и вот лишь некоторые из них.

  1. Гормоны. На них принято списывать все странные моменты в поведении женщины (ну что ж поделать, если это так!) и уж тем более все странное, происходящее во время беременности и после родов. Тут уж не поспоришь — штормит изрядно. Одни эмоции притуплены, другие — слишком яркие.Карьера, деньги, секс, политика, косметика и новые туфли могут стать абсолютно не интересны, а вид крошечных носочков вызывать слезы, которые ничем не остановишь. Тревожность — максимальная, потому что даже в страшном сне вы не предполагали, что новорожденные действительно настолько маленькие, хрупкие и беззащитные. В идеале гормональный фон будет постепенно выравниваться, опыт прибавляться, а тревожность уходить, так что волноваться по поводу повышенной тревоги в первые недели после родов не стоит!

  2. Опыт. Замечено, что «тревожная мать» — термин, почти всегда относящийся к первородящим, и с каждым следующим ребенком состояние тревожности будет притупляться, пока (обычно начиная с третьего ребенка) не исчезнет совсем. Тут в ход вступает защитный механизм, ведь очевидно, что переживать сразу за несколько детей, никаких ресурсов не хватит. Именно поэтому в мире существует так много шуток про многодетных матерей, где эти мамы, любящие своих детей ничуть не меньше, чем все остальные, тем не менее вообще никак не реагируют на то, во что ребенок одет, где он ползает, что он ест и не разбил ли он лоб… ну даже если и разбил — не смертельно!

    И действительно, иногда, наблюдая за многодетными мамами, возникает впечатление, что чувствительность их «датчиков тревожности» выкручена на самый минимум и заставить волноваться такую маму сможет только что-то реально опасное, а не какая-то там температура 41,9 и сыпь. Сыпь! Пффф!!! Сколько уже этой сыпи она перевидала! Что бы там люди ни рассказывали про «прирожденных матерей» или «плохих матерей», во многом материнство — это просто навык, и чем больше ваш опыт, тем увереннее вы себя чувствуете, а чем увереннее вы себя чувствуете, тем меньше боитесь.

  3. Печальный опыт. Если по каким-то причинам вы были свидетелем тяжелых детских болезней — по работе или если это, к несчастью, затрагивало вас саму или вашу семью, вы вполне естественно будете со страхом искать симптомы и у своего ребенка. Одна моя знакомая, брат которой был болен и она наблюдала за его недугом с самого детства, после рождения первенца обнаружила у малыша все страшные симптомы, которых так боялась. Молодая мама обошла всех врачей в своем городе, а потом даже приехала в Москву, где ей сказали отстать уже от своего совершенно здорового младенца! Весь ужас, который она обнаруживала, был в ее голове.

  4. Окружение. Ближайшие родственники, подруги, коллеги, соседи и мамы на детской площадке способны сильно надавить, запугать и буквально насильно заразить вас жуткими сомнениями. «А что это он у тебя до сих пор не держит головку? Не сидит? Не стоит? Не ходит? Не разговаривает?» И все! Приехали. Вроде выходила гулять со здоровым ребенком, а потом наслушалась у песочницы и возвращаешься с тяжело больным. «Это у нее всегда такой цвет у щечек? Это она всегда так хрипит? Мне кажется или у нее косят глазки? Она хромает? Боже мой, какая дюймовочка! Совсем не выросла с прошлого года!» Срочно промойте уши с мылом и начинайте выстраивать непробиваемый барьер между вами и всем, что вам говорят «доброжелатели».

  5. Психическое здоровье. Нет, никто не говорит, что вы сошли с ума, но вполне возможно, что вас настигло такое распространенное явление, как послеродовая депрессия. Вам плохо, вы устали, вы чувствуете себя несчастной и замечаете все только плохое, еще и сгущая краски. А может, таким образом проявилась какая-нибудь детская травма и вы неосознанно копируете сценарии «из прошлой жизни», написанные вашими мамами и бабушками, копируя их тревожность, ошибочно принимая ее за проявление заботы и любви? А может, вас гложет совершенно не связанная с ребенком проблема, например, испортившиеся отношения с мужем, и, таким образом, постоянно спасая ребенка от страшных вымышленных болезней, вы как бы привлекаете его внимание и «возвращаете в семью»? Это, пожалуй, самый печальный и самый сложный пункт, потому что никакая статья в журнале диагноз не поставит. Можно только пожелать поскорее разобраться в себе, и если вы правда страдаете от тревожности и не вылезаете от детских врачей, то это звоночек о том, что к врачу надо вам?

    Общаясь с такими тревожными мамами, я заметила один интересный момент — они концентрируют свое внимание на страшных диагнозах и жутких историях, зависают на страницах, описывающих страдания реально больных детей, рыдают, пугаются и застревают в этом тупике, не пытаясь найти выход. К сожалению, любой страх парализует и даже такой, в некотором смысле придуманный, все равно заставляет своих жертв замереть без движения и бояться. И тут главное — вовремя остановиться, собраться с духом и пойти немного другим путем. Итак, если ваш случай не относится к «запущенным», то попробуйте такой вариант.

    • Во-первых, надо найти в себе силы и не читать «страшные форумы».

    • Во-вторых, желательно найти своего врача, которому вы будете доверять, и руководствоваться принципом, что хороший врач всегда будет стараться мининимизировать неприятные процедуры для ребенка и не станет предлагать лекарства «на всякий случай» или «полежать в больничке еще недельку».

    • В-третьих, для любительниц все контролировать, может пригодиться такой вариант (из собственного опыта) — сконцентрировать свое внимание не на страшных последствиях, а на лечении. Да, да, поиграйте в больничку.

    Займите свое свободное время изучением распространенных детских болезней: корь, ветрянка, краснуха, ангина, насморк, отит, ушибы, укусы насекомых — не стоит брать что-то страшное и сложное, ограничьтесь самым популярным. Читайте современную медицинскую литературу и блоги хороших врачей. Научитесь не задумываясь рассчитывать дозировку ибупрофена на килограмм веса, изучите календарь прививок, зазубрите наизусть симптомы основных вирусных заболеваний.

    Ни в коем случае не призываю вас становиться врачом-самоучкой, за лечением — только к врачу, но такое домашнее образование удивительным образом помогает побороть тревожность, добавляя уверенности в себе. Предупрежден — значит вооружен. Вас будет сложнее запугать случайным «доброжелателям», а увидев сыпь, вы не начнете метаться в панике, а сможете довольно точно определить ее вероятную причину и уже потом принять взвешенное решение, стоит ли бросаться к врачу. Ну и еще — умная, образованная и подкованная в медицине мама —отличный способ поднять самооценку и вызывать восхищение у собственной семьи!

    Читайте также:

    Мам, ты серьезно? Почему не нужно слишком стараться быть другом своему ребёнку

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *