Роды в древней руси: как узнавали о беременности и рожали в старину

Содержание

как узнавали о беременности и рожали в старину

В наше время медицина сулит женщинам максимально безопасные роды, которые могут привести к летальному исходу лишь в единичных случаях. Однако в древности это было не так. Женщина понимала, что роды представляют для нее большую опасность. Многие боялись рожать, так как знали, что от кровопотери или инфекций умирает едва ли не каждая вторая роженица. «МИР 24» рассказывает, как в эпоху древнего мира и на Руси определяли беременность, реагировали на бесплодие и рожали.

Древняя Греция

Фото: Базальтовая фигура женщины, дающей рождение  Фото: барельеф изображение родов в Древней Греции

В Древней Греции определение беременности основывалось на вполне объективных признаках – наличии тошноты, рвоты, слабости, отсутствии аппетита и менструальных выделений. Взаимосвязь между прекращением критических дней и наступлением беременности впервые сформулировал знаменитый древнегреческий целитель Гиппократ. Известно, что 9 из 72 научных сочинений врача были посвящены женским болезням и акушерству. Однако глубокие познания не помешали целителю придумать еще один, совершенно безумный по современным меркам способ определить беременность. Своим пациенткам Гиппократ предлагал выпить особый раствор. Для его приготовления необходимо было растолочь анис, смешать его с медом и растворить в воде. Выпив этот напиток, беременная непременно должна была почувствовать брюшные судороги. Если же она их не ощущала, значит, пополнения в семействе ожидать не стоило.

Для определения пола ребенка Гиппократ тоже предусмотрительно предлагал два способа. Целитель полагал, что цвет лица роженицы может свидетельствовать не только о ее самочувствии, но и о половой принадлежности малыша.

Бледность лица говорила о том, что на свет появится девочка, а здоровый розовый румянец указывал на рождение мальчика.

Также пол ребенка можно было проверить по направлению сосков роженицы. Направленные книзу соски подтверждали, что у женщины родится девочка, а кверху – мальчик.

Перед воспроизведением на свет ребенка роженице в Древней Греции полагалось встать на колени. Считалось, что такое положение может облегчить муки женщины. Акушерская помощь оказывалась только при очень тяжелых родах. В остальных случаях от повитухи требовалось лишь перерезать пуповину. Со временем повитухи стали отдельным социальным классом. Ценные знания об акушерстве они передавали из поколения в поколение.

Древний Рим

Фото: Древнеримское барельефное изображение акушерки (повитухи)

На какие только хитрости не шли римляне в древности, чтобы обзавестись потомством! Так, беременные римлянки щедро украшали себя аксессуарами из янтаря. Считалось, что этот камень способен помочь женщине благополучно доносить плод и перенести беременность.

Если вдруг супруга оказывалась бесплодной, римский патриций мог спокойно позаимствовать у другой семьи плодовитую женщину.

Чтобы облегчить мучения роженицы, акушерки Древнего Рима подносили к ее носу специальные ароматические вещества и ждали, когда она начнет чихать. Римляне были убеждены, что рефлекс может помочь вытолкать младенца из утробы. Так как анестезия еще не была изобретена, кесарево сечение делали только умершим во время родов женщинам.

После рождения первым делом малыша демонстрировали Pater Familias – отцу семейства, самому старшему члену семьи. Он подтверждал законнорожденность младенца особым ритуалом – брал его на руки и поднимал над головой. Так как отцу семейства было важно обзавестись наследником, он всегда с нетерпением ждал известия о рождении мальчика. Девочки унаследовать трон не могли.

Из-за высокой смертности римляне опасались, что ребенок может умереть вскоре после родов, поэтому имя малышу давали только когда окончательно убеждались в его жизнеспособности – спустя неделю после рождения.

В Древнем Риме жил и работал главный оппонент Гиппократа в превратностях гинекологии Соран Эфесский, более известный как основоположник педиатрии. Соран отрицал мнение Гиппократа о том, что шестимесячный плод, по сравнению с семимесячным, имеет больше шансов на выживание. Зрелый плод всегда оказывается более жизнеспособным, полагал Соран. Также он выступал за отказ от грубого родовспоможения и выработал правила кормления новорожденных грудью. Профессионализм Соран перенимал у повивальных бабок. Его не смутило, что в Древнем Риме секретам акушерства обучались в первую очередь женщины. Набравшись опыта, он обучил не одно поколение акушерок правильному повороту на ножку и извлечению плода.

Древний Египет

Фото: Древнеегипетские фрески

Египтян, как и римлян, особо интересовало, не бесплодна ли избранница. Тестом на беременность служили обыкновенные злаковые саженцы, на которые женщине следовало помочиться. Таким экзотичным способом заодно можно было узнать пол будущего ребенка. Если первой прорастала пшеница, значит, родиться должна была девочка, а если ячмень, то мальчик. Египтяне полагали, что в моче беременной женщины содержится особый гормон, поэтому в 70% случаев ее урина безошибочно демонстрировала наличие беременности.

Египтянки рожали сидя на корточках. Стопы ног следовало размещать на двух родильных кирпичах, украшенных росписью с изображением различных божеств. Процесс родов сопровождался магическими ритуалами, участники которых призывали на помощь роженице богов, изображенных на кирпичах. Если роды протекали тяжело, женщину приходилось окуривать благовониями.

Главной покровительницей рожениц и новорожденных египтяне считали богиню Таурт. Обычно ее изображали в виде самки гиппопотама или крокодила с львиными ногами, округлившимся животом и пышной грудью.

Образ Таурт часто встречался на амулетах, которые носили роженицы, а также в небольших молельнях, которые египтяне возводили близ жилищ в честь богини. Во время многочисленных раскопок в Древнем Египте археологи не раз находили статуэтки Таурт из керамики и фаянса. Вместе с тем культ плодовитой богини не распространился на храмы и пирамиды.

Русь

Фото: wikipedia. org / «Новый член семьи», (1890 года), «Новое знакомство», (1885 года) / Карл Йоханн Лемох

Роды на Руси было принято принимать в бане. Считалось, что только там роженице обеспечена спокойная обстановка и чистота. Перед родами стены и пол бани обязательно начищали добела.

Бабки-повитухи (в народе их чаще называли пупорезками) были незаменимыми спутницами рожениц и женщин, страдающих бесплодием. Для стимуляции родового процесса, лечения бесплодия и восстановления организма после родов они использовали лекарственные травы, поэтому им очень важно было обладать знахарскими премудростями.

Простолюдин не всегда мог позволить себе услуги по родовспоможению. Нанять повитуху, как правило, могла лишь обеспеченная знать. Придворные повитухи помогали князьям (а позже – царям и императорам) подобрать здоровую и целомудренную невесту. Всех претенденток повитухи подвергали строгому медицинскому осмотру.

Ослабшей после родов женщине спать не разрешали, так как, согласно народному поверью, новорожденного во время сна матери могли подменить черти.

Если же женщина долго не могла разродиться, в ход шли методы, которые вряд ли придут на ум современным акушерам-гинекологам.

Для облегчения родовых мук деревенские знахарки могли, например, посыпать родовые пути сахаром.

Так, у Михаила Булгакова в «Записках юного врача» есть показательный монолог акушерки, в котором она рассказывает, как деревенская знахарка пыталась «выманить» младенца при помощи рафинада:

«Чувствую под пальцами в родовом канале что-то непонятное… То рассыпчатое, то кусочки… Оказывается – сахар-рафинад! Знахарка научила. Роды, говорит, у ей трудные. Младенчик не хочет выходить на Божий свет. Стало быть, нужно его выманивать. Вот они, значит, его на сладкое и выманивали!»

Далее булгаковская героиня рассказывает еще одну животрепещущую историю о том, как роженице для облегчения физических страданий дали пожевать собственные волосы:

«Раза три привозили нам рожениц. Лежит и плюется бедная женщина. Весь рот полон щетины. Примета есть такая, будто роды легче пойдут».

Переквалифицироваться из доморощенных повитух в профессиональных акушерок женщины смогли лишь в 1757 году. В Москве и Петербурге открылись первые курсы по подготовке профессиональных акушерок, где учащиеся, как и полагается, сдавали экзамены и получали допуск к работе.

Как бабы рожали на Древней Руси | МИР ИСТОРИИ — WOH

Современная женщина может определить беременность на самых ранних сроках, а вот на Древней Руси женщины понимали, что «затяжелели» в тот момент, когда своевременно не приходили «рубашечные», то есть прекращалась менструация. А вот о беременности говорили только тогда, когда младенец начинал биться под сердцем.

Можно развенчать тот миф, что к «брюхатым» женщинам в тот период относились как-то с уважением или с трепетом. Дамам в положении приходилось ежедневно много работать, довольно часто труд был не лёгкий, поэтому беременность была большой помехой. И учитывая то, сколько детей было в русских семьях, к известию о том, что появится ещё один ребёнок относились вполне спокойно.

Роды считались естественной вещью, не требующей особого внимания, любая женщина вполне способна справиться с появлением ребёнка на свет и без особой помощи. От работы не освобождали, об этом не могло быть даже речи. А вот выкидыш, как считали тогда, мог быть только из-за порчи или как наказание за грехи будущей мамы.

Даже рожать женщины отравлялись чаще всего в перерыве между работой. В литературе можно встретить такие рассказы, что крестьянки приносили младенцев в поле, а потом могли спокойно продолжить жатву. Вот якобы каким крепким здоровьем отличались наши предки.

Но это на самом деле большое преувеличение. Конечно, такие случаи были, но это только исключение. Женщина могла родить в стогу только по причине того, что у неё начались схватки и возвращаться домой было поздно. Но для того, чтобы избежать осложнений и неудобств всё-таки предпочитали «приносить» малыша в цивилизованных условиях.

Если прихватывало в поле или на берегу реки, то можно было бы добраться домой на телеге, но по русским дорогам так могло растрясти, что рожать бы пришлось прямо на месте.

Маковский Константин Егорович «Жница»

Маковский Константин Егорович «Жница»

Это сейчас с женщиной работает целая бригада медиков и она находится весь период под наблюдением акушерки и врача. А раньше приходилось довольствоваться только повитухой. Иногда рождение длилось несколько суток и в это время повивальная бабка находилась рядом, стараясь оказать всяческую помощь. А потом она же принимала младенца и пеленала (повивала) его. Вот откуда и пошло название этой «профессии».

Был предусмотрен для родившей и восстановительный период. Он мог длиться несколько дней. Повитуха вела женщину в баню и занималась её распаренным телом. Это была профилактика выпадения матки и появления грыжи. Но стоит заметить, что не всегда меры оказывались эффективными.

Когда приходило время рожать кто-то из близких звал повитуху, но чтобы не навлечь злых сил, делали это не прямым текстом, а иносказательно. Это был своего рода условный знак. За труды знахарка получала вознаграждение. Одно приравнивалось к 10 копейкам или одному пирогу. Но иногда родня не желала нести растраты и тогда женщине приходилось рожать младенца без всякой помощи.

Процесс родов проходил в бане, так как её считали сама чистым местом. Существовали и способы ускорения родов. Только сейчас они выглядят совершенно гуманными. Например, беременную заставляли подниматься и спускаться по лестнице, висеть на руках, ходить и вообще переносить схватки стоя на ногах. А ещё могли напугать, чтобы женщина от тревоги и неожиданности поскорее разродилась. Так несколько человек женского пола должны были вбежать в помещение и со всей силу заголосить: «Пожар! Пожар!». И делалось это всё только во благо будущей матери.

Если процесс появления младенца на свет проходил тяжело, то тогда обращались за помощью к священнику. Он должен был отслужить молебен, верили, что это должно помочь. О том, чтобы выполнить кесарево сечение и не упоминалось.

Если послед отходил с трудом, то вызывали искусственно рвоту. Способы тоже были гнетущие, например, женщине засовывали в рот руки или клок волос и это вызывало отторжение. От таких методов, и это неудивительно, каждая седьмая роженица уходила из жизни. Поэтому рассказы о том, что на Руси бабы рожали легко обычный вымысел.

Совместные роды — это не психологический ход, как утверждают специалисты, а блажь, как сказал бы любой мужчина из тех времён. Появление ребёнка — исключительно женское дело и речи быть не могло о том, чтобы при этом процессе присутствовал муж.

Пуповину перевязывали или перегрызали. А вот врач приходил только к тем, кто мог себе позволить медицинское обслуживание.

Вот рожали дамы дома, а не в роддоме не потому, что это было дорого, а потому, что это было неприлично. Созданы эти заведения были (в 1764 году в Москве появился первый роддом) не для комфортных условий или из-за заботы о мамах и младенцах. Просто гулящие дамы часто рожали детей прямо на улице и тут же выбрасывали их в мусорные баки или канализацию. И именно для сокращения подобных случаев правительство открыло роддома.

После родов можно было три дня отлежаться, а в случае осложнений и все десять. Потом повитуха помогала «расходиться».

Но только у состоятельных людей молодую маму освобождали от работы на 6 недель. Удачно было, если в обычной семье её мог кто-то подменить. А вот когда рассчитывать было не на кого, то вставать приходилось практически через час и выполнять всё те же обязанности, как и обычно. Труд помогает организму восстанавливаться, может быть, в этом и есть доля правды, но не тяжёлый, это уж точно. Поэтому многие женщины получали целый набор заболеваний. Единственное в чём было послабление — это в готовке. Односельчане навещали мать с младенцем и в качестве подношений приносили разные блюда, так что можно было некоторое время не подходить к печке.

Молозиво сейчас считается крайне ценным, поскольку именно оно обеспечивает младенцу здоровую микрофлору в кишечнике и закладывает сильный иммунитет. А раньше его обязательно сцеживали, чтоб «дурное» молоко не навредило малышу. Грудью кормили очень долго, иногда даже до семи лет. А всё потому, что рассматривали это как способ контрацепции. И, действительно, согласно данным около 80% женщин не беременели в это период.

Вот так жили на Руси, теперь о доли русских баб вам известно всё.

Источник информации: Лилия Малахова / matrony.ru

Если вам понравилась эта публикация, ставьте лайк ( 👍 — палец вверх), делитесь этой статьей в соцсетях с друзьями. Поддержите наш проект, подписывайтесь на наш канал и мы будем писать больше интересных и познавательных статей для Вас.

Роды на Руси в старину: как это было? | Загадки истории

Рождение ребенка сейчас воспринимается достаточно буднично. Нет, для большинства – это огромное событие, радость, праздник. Но все мы знаем: если у женщины начались схватки, то нужно везти её в роддом. Там специалисты примут все меры, чтобы ребеночек появился на свет, и у мамы не возникло проблем со здоровьем. Далее, несколько дней женщина проводит с дочкой или сыночком в медицинском учреждении и возвращается домой.

В древние времена все было намного интереснее.

Во-первых, если женщина чувствовала, что ей скоро рожать, то она читала специальную молитву. В дохристианские времена, очевидно, был какой-то особый заговор. Если женщина умела писать, то она излагала текст на бумаге и передавала его батюшке.

Кстати, женщины много работали до самых родов. Не было никакого перевода на легкий труд. И, как считают современные медики, ничего страшного в занятиях физическим трудом не было. Чем больше женщина двигалась, тем легче проходили роды.

Где рожали

В топе было несколько мест:

· поле или роща;

· баня.

В доме старались не рожать, потому что женщины раньше, как и сейчас, во время процесса могли грубо ругаться – попробуй такое перенеси с закрытым ртом. Жилище никто осквернять непотребными словами не хотел.

Баня была идеальным вариантом. Во-первых, подальше от лишних глаз. Во-вторых, можно обеспечить какую-то санитарию. Да еще и баню можно было быстро протопить – полезно, если на улице метут метели или стоит сильный мороз.

К полатям привязывали пояс, чтобы роженица могла за него держаться. Женщине расплетали косы, развязывали все узлы на одежде – чтобы роды прошли легче.

Роженицу окружали опытные повитухи.

Рожали лежа или сидя. Бывало, что и стоя – согнувшись.

Поведение мужчин

Мужьям не запрещалось присутствовать при родах. Но они предпочитали не находиться рядом с роженицей. Ждали в доме или в соседнем помещении.

Приветствовалось, когда муж снимал с ноги жены сапоги, подносил ей чистую воду и развязывал пояс на сарафане.

Пока жена рожала, муж тоже должен был имитировать процесс: кричать, стонать. Считалось, что так можно было обмануть злых духов, которых приманивали женщина и ребенок.

Мужчина обязательно должен был взять новорожденного на руки. Так он показывал, что признает ребенка, считает его своим.

Что делали с новорожденным

Начать следует с пуповины. Её перевязывали льняной ниткой, волосом матери и отца. Послед закапывался во дворе. Для малыша готовили «ванну»: воду смешивали с небольшим количеством молока, погружали в жидкость яйцо и какой-нибудь серебряный предмет, чаще – монету или ложку.

Далее, малыша клали на вывернутый тулуп. Это, по верованиям, должно было обеспечить его богатство в будущем.

Затем, ребенка пеленали. Идеально, если в зеленую материю. Считалось, что она поможет новорожденному вырасти красивым.

Процедуры с родившей

Пока отец держал омытого и укутанного в ткань ребенка, повитуха разбиралось с мамой: омывала её, «вправляла» живот, показывала, как нужно сцеживать молоко – делилась мудростью, в общем.

Интересно, что в повитухи призывали не всех женщин, которые умели принимать роды, а только тех, кто успел пожить на свете долго, у кого имелось много детей – преимущественно, мальчиков. В древние времена УЗИ, как надо понимать, тоже не было. Считалось: если роды принимает мать нескольких мужчин, то и рожающей на свет появится тоже мальчик.

В общем, роды были целым ритуалом – таинством. Сейчас все намного проще.

Рекомендую прочитать:

Не забудьте подписаться на канал ЗАГАДКИ ИСТОРИИ и поставить лайк:)

Роды на древней руси.

Роды женщины в древности Как раньше женщины рожали в славянские времена

Сейчас много разговоров о том, как в старину была устроена жизнь беременной женщины и женщины, недавно родившей. Бытует мнение, что беременные и родившие как сыр в масле катались. Особенно грешат выдумыванием всяческих небылиц сторонники так называемых естественных родов, долгого грудного вскармливания и совместного сна. А как обстояли дела на самом деле?

Увы, ничего этого не было. О беременности женщины, как правило, узнавали достаточно поздно, поскольку единственным достоверным признаком того, что женщина беременна, было явное шевеление плода. То есть, когда у женщины прекращалось «рубашечное», она предполагала, что «затяжелела», но говорили о состоявшейся беременности только после того, как плод начинал шевелиться.

То, что якобы к беременным на Руси относились с благоговением, — миф. Беременность зачастую воспринималась как помеха и всегда как нечто совершенно обыденное: подумаешь, понесла, дурное дело не хитрое. Беременность не воспринималась как таинство, это был естественный процесс, стоивший не больше внимания, чем легкий насморк. В старину считали, что выкидыш у женщины может быть только по двум причинам: по грехам или «сделали», а не от тяжелой работы, поэтому никаких поблажек беременная не получала, работала по-прежнему много и тяжело, выполняя все свои обязанности по дому. Как свидетельствуют историки, нередко баба шла рожать, бросив белье в корыте или недомешанное тесто. Что касается родов в поле, о которых так любят говорить почитатели естественного образа жизни, то это, конечно, иллюзия, что женщины откладывали в сторону серп, рожали, и тут же вскакивали на ноги, чтобы продолжить работу — «и ничего», и все, мол, были здоровые и крепкие.


Несмотря на то, что такие роды не были редкостью, ни одна здравомыслящая женщина не желала разрешиться в поле. Да, бывали случаи родов прямо в стогу, но это не была норма. Если начало родин заставало женщину в поле, то она старалась попасть домой, чтобы роды прошли в более подходящих условиях.

Хорошо, если встречалась телега, — ее могли довезти до избы, впрочем, бывало, что женщина, которую растрясло в телеге, прямо в ней и рожала. В остальных же случаях роженица добиралась до дома пешком. В поле рожали те, кто не успел добежать до дома. Случались роды и на берегу реки во время полоскания белья, бывало, что женщины ухитрялись родить во время «шопинга» — на ярмарке.

Роды принимала повитуха, она же повивальная бабка. Это женщина, овладевшая акушерским искусством и оказывающая роженицам помощь. Повитуха контролировала весь процесс родов, который мог длиться и несколько суток, при необходимости принимала меры для исправления положения плода, для ускорения родов, пеленала родившегося младенца — повивала, от чего, собственно, и происходит наименование этих древних акушерок — повитухи. Кстати, в обязательный послеродовой курс восстановления входило и повивание родильницы — бабка дня через два-три вела ее в баню, там распаренной женщине «правили живот» и затем на несколько часов, а при необходимости — на несколько дней — туго утягивали тканевыми бинтами — это служило профилактикой грыж и выпадения матки.

Но пеленание далеко не всегда спасало от этой беды.

Как же проходили собственно роды?

Поняв, что женщине пришло время родить, свекровь, мать или другая женщина в семье посылала кого-нибудь или сама шла за повитухой. Опять же, из боязни, что нечистая сила может навредить роженице, шли окольными путями и бабку звали не прямым текстом, а иносказательно: «Зашла бы ты нашу корову посмотреть, а то обещалась, а не идешь». Услуги повитухи оценивались примерно в десять копеек, один хлеб и один пирог. Если свекровь была скупа, и о цене договориться не удавалось, то так и приходилось женщине рожать без более или менее квалифицированной помощи.

«Жница», К. Маковский

Роженицу обычно уводили в натопленную баню — самое чистое помещение на подворье. У кого по бедности не было бани, рожали прямо в избе. Там, в обществе повитухи, роженица переживала период схваток. Существовало множество приемов для ускорения родов. Схватки женщина обычно переносила стоя: ее ставили в дверном проеме и заставляли висеть на брусе или на вожже, перекинутой через брус.

Если процесс затягивался, то роженицу могли трижды обвести вокруг стола, принудить дуть в бутылку, опрокинуть на доске (положить на широкую доску и резко переместить из положения вниз головой в положение вниз ногами), заставить подняться по лесенке на сеновал и спуститься обратно, внезапно окатить ведром ледяной воды, или подговаривали других женщин резко ворваться в баню с криками «Горим! Пожар!», колотя при этом скалками в корыта.

Если уж дела обстояли совсем плохо, то посылали к священнику служить молебен и открыть Царские врата — последнее считалось особенно действенным. Ни о каком кесаревом сечении для простой крестьянской бабы не могло быть и речи. Если после родов плохо отходил послед, то женщине пихали в рот пальцы или ее же волосы — считалось, что возникающий при этом рвотный позыв способствует отделению плаценты. Неудивительно, что при таком родовспоможении в России до революции каждые седьмые роды заканчивались смертью женщины. Так что разговоры о том, что в старину рожали легко, тоже не более чем выдумка.

Мужчины никогда не присутствовали при родах. Исключение составляли случаи, если требовалось провести какие-то манипуляции с роженицей, например, поднять ее на доску. Только тогда могли позвать для подмоги мужиков, которые после оказания необходимой помощи тут же уходили. Никому и в голову не могла прийти такая блажь, как совместные роды.

Новорожденному пуповину перевязывали льняной ниткой и перерезали, в некоторых областях было принято, чтобы повитуха перегрызала пуповину. Пригласить на роды врача могли себе позволить только городские жители при условии, что они были платежеспособны. О такой роскоши, как роды в родильном доме, не могло быть и речи. Загвоздка в том, что самый первый родильный дом появился в России в Москве в 1764 году и предназначался он не для комфорта рожениц и новорожденных, а для того чтобы сократить количество «уличных» родов у гулящих женщин, которые своих новорожденных детей затем обычно выбрасывали в канализацию или на свалку. Рожать в таком роддоме было позором для добропорядочной женщины, поэтому фактически до начала ХХ века рожали исключительно дома.

Женщине позволялось лежать три дня, после тяжелых родов — до девяти дней, потом ее поднимали, и та же повитуха ее «расхаживала». Впрочем, такое было возможно только в больших семьях, где было кому подменить женщину. В богатых семьях роженицу освобождали от работы на весь послеродовой период — шесть недель. Если семья жила особняком, своим домом, без родни, то мать была вынуждена вставать едва ли не через час после родов и приступать к обычным домашним делам. Если роды были летом, то через три дня, максимум через неделю женщина уже шла в поле: считалось, что труд способствует быстрейшему восстановлению. Из-за этого многие женщины получали массу послеродовых осложнений в виде грыж, кровотечений, опущения матки. Единственная помощь, которую они получали, исходила от односельчанок: те на протяжении недели-двух ходили к родильнице поздравить с новорожденным и в обязательном порядке приносили с собой готовую еду, что позволяло хоть как-то облегчить ее труды по хозяйству.

Вопреки распространенному мнению, младенца не прикладывали к груди немедленно после рождения. Молозиво обычно сцеживали — оно считалось «дурным», «ведьминым молоком», способным принести младенцу хворь. Кормили грудью по возможности, как позволяла занятость матери. Частенько женщина просила покормить ее младенца родственницу или соседку, которая была не так сильно занята по хозяйству. Если позволяли условия, то женщины стремились кормить грудью как можно дольше, «пока дитя не застыдится», но не ради самого кормления, а ради того, чтобы не беременеть, — согласно результатам обследований крестьянок в XIX веке у 80% женщин, хотя бы раз в сутки кормивших детей грудью, критические дни отсутствовали на протяжении трех-четырех, а, бывало, и семи лет. По тем временам грудное вскармливание было достаточно надежным способом предохранения.

Конечно, не могло быть и речи о какой-то культуре половых отношений. По свидетельству историков тех времен, когда, как и сколько всегда решал мужик. И в этом вопросе опять же превалировало потребительское отношение к женщинам. Мужья лезли удовлетворять свою похоть, совершенно не считаясь с самочувствием и состоянием женщины: ни критические дни, ни беременность, ни недавние роды, ни усталость не были причиной для того, чтобы «подождать». Он хочет — она обязана. При таком раскладе супружеский долг часто превращался в самое обычное грубое насилие. И ничего удивительного не было в том, что часто женщина, едва родив, через месяц-другой вновь оказывалась «брюхатою», и все повторялось по кругу…

В России вплоть до XVIII века и акушерство, и гинекология стояли на более низкой ступени развития, чем во многих других странах, и даже не разделялись на разные отрасли медицины. В языческой Руси беременные призывали на помощь богов, принося им жертвы, творили заклинания, верили в приметы и чудодейственную силу растений. Самым «сильным» оберегом, кстати, считалась одолень-трава. По одним источникам, это белая речная кувшинка, по другим – зверобой, а по третьим – растение из рода молочаев.

Немногим лучше с этим обстояли дела, когда Россия уже приняла христианство: беременная могла рассчитывать лишь на помощь самой старшей и опытной женщины в роду или повитухи. Вот что предписывали суровые правила «Домостроя»: «Врачеваться следует Божией милостью, да истинным покаянием, да благодарением, и прощением, и милосердием, и нелицемерной любовью ко всем». Вот и все, и никаких докторов! В то же время русские женщины продолжали истово , и правоту некоторых из этих поверий, как ни странно, современная медицина в той или иной степени подтверждает.

Бабушкины суеверия

– Беременной нельзя есть тайком и второпях. Опираясь на логику, тайком беременная женщина будет есть в том случае, если она , например, способное вызвать аллергию . Так же и еда второпях: пища не подвергается достаточной механической обработке, а значит, хуже усваиваются питательные вещества. Все это вредит плоду.

Беременной нельзя сидеть нога на ногу. Действительно, при таком положении нарушается кровообращение в ногах, что может привести к варикозу.

Беременной нельзя поднимать руки и спать на спине. Медики подтверждают это в некоторых случаях для поздних сроков беременности : есть риск преждевременных родов и осложнений.

Беременным нельзя носить украшения из золота и серебра. Здесь медицина не ставит абсолютных запретов, но все же беременные склонны к отечности, и ношение любимых украшений им стоит отложить «на потом». Ведь у многих будущих мам отекают не только ноги, но и руки тоже.

Беременным нельзя смотреть на уродства, пожары, присутствовать при скандалах, драках, похоронах. Не надо быть специалистом, чтобы оценить всю глубину этой народной мудрости: будущей маме совершенно противопоказаны отрицательные эмоции. Ей предписан психологический комфорт. Еще беременным строго запрещалось злословить, воровать, пьянствовать. Этот запрет также не требует отдельных комментариев.

В то же время даже до наших дней дошли очень , никакому разумному объяснению не поддающиеся. Например, почему беременная не должна вязать, шить и вышивать? Или почему будущая мать не может сама заранее позаботиться о приданом для малыша?

Иван Грозный и акушерство

В каждой русской семье – от крестьянской до боярской – детей всегда было много, роды повторялись из года в год, и потому не воспринимались как какое-то чрезвычайное событие. Люди радовались, если пополнение в семействе проходило благополучно, и с философским смирением воспринимали потерю младенца. Первую попытку хоть как-то систематизировать родовспоможение государство предприняло лишь в конце XVI века.

«Грозный царь» не оставил по себе в народе доброй памяти. А между тем некоторые его начинания вполне можно назвать прогрессивными для своего времени. Так, именно при Иване Грозном был создан Аптекарский приказ. По сути – первый государственный орган, управляющий системой здравоохранения, в том числе и родовспоможением. Было определено, что мужчины не имеют права заниматься акушерством, а роды должна принимать повитуха или повивальная бабка (от «повивать» – принимать младенца). Эта еще не имела нужного образования, но уже основывалась на собственных знаниях и знаниях, накопленных в своей семье и передающихся от поколения к поколению.

Повивальный институт

Кто мог стать повитухой? Женщина пожилого возраста, часто – вдова, и обязательно «детная». Старинный историк пишет: «Девица, хотя и престарелая, повитухой быть не может. Какая она бабка, коли сама трудов не пытала? При ней и рожать трудно, и дети не всегда в живых будут…». Повитуха приглашалась на все трудные роды, обязательно , мыла и парила роженицу с новорожденным в бане и первые дни ухаживала за ними.

Следующий прорыв в акушерстве и гинекологии произошел уже в середине XVIII века. В России начали выпускать «повитух с дипломом»: были открыты повивальные институты и повивальные школы. Эти специальные учебные заведения готовили высший и средний медицинский персонал в сфере родовспоможения. «Повивальная бабка» имела высшее медицинское образование, по сути являлась акушером-гинекологом; «сельская повивальная бабка» обладала средним медицинским образованием. Были еще и просто «повитухи» – слушательницы, получившие заочное образование. Их работа уже не пускалась на самотек, а строго регламентировалась специальным уставом.

Повитуха начинала с того, что переодевала роженицу в чистую рубаху, давала выпить крещенской воды и зажигала перед иконами свечу. Она жестко следила за тем, чтобы в доме были развязаны все узлы: от кос у женщин до замков на дверях. Дескать, так роды окончатся быстрее. Вне зависимости от своего профессионализма, повитуха оказывала огромную психологическую помощь будущей маме, постоянно приговаривая, что все будет хорошо. новорожденному она перевязывала ниткой, свитой с волосами матери – чтобы связь между ними оставалась на всю жизнь.

Сразу после рождения повитуха производила действия, аналогичные современной беби-йоге: разглаживала малышу ручки, ножки, животик, «правила» головку. Если же младенец был слабеньким, то повивальная бабка могла… отправить его в печь. Новорожденный трижды оказывался там на широкой деревянной лопате при самом слабом жаре. Это было символическое действие: младенца как бы «пропекали», чтобы он рос здоровым и сильным.

Не мужское дело

Столь модные сейчас не могли присниться нашим предкам даже во сне. Мужу предписывалось держаться от рожающей жены подальше, но все же находиться в зоне досягаемости. Потому что если что-то пойдет не так, то тогда именно ему полагалось усердно молиться и обходить дом с образами.

И только Петр Первый смог слегка расшатать устоявшиеся традиции: во время его правления наконец стало возможным допускать врача-мужчину к роженице. Великий реформатор всячески привлекал европейских медиков в Россию, издав специальный указ, по которому обязывал иностранцев обучать наших лекарей. А кроме того, одаренная молодежь получила возможность обучаться за рубежом, в том числе и медицине. Вскоре и у нас в стране были открыты школы «для медической и хирургической практики», постепенно наладилось акушерское образование. Появилось первое пособие «Как женщине в беременности, в родах и после родов себя содержать надлежит», первые учебники для будущих акушеров-гинекологов и первые талантливые российские ученые. Самое известное имя того времени – теоретик и практик акушерства и гинекологии Нестор Амбодик-Максимович, который первым в нашей стране применил акушерские щипцы. Но это – новая страница в истории родовспоможения в России, которая заслуживает отдельного рассказа.

Во все времена люди с благоговением относились к беременной женщине, роженице, матери. Еще век назад в семьях воспитывалось много детей, беременность и роды были желанным и естественным для любой женщины событием. Семья, благословенная детьми, считалось в народе, — будет счастлива. Стать матерью и быть ею в полном смысле этого слова стремилась каждая женщина.

Для большинства наших прародительниц, вплоть до середины ХХ-го века, цель жизни состояла в исполнении материнских и супружеских обязанностей как душеспасительного служения, в рождении и воспитании детей. Вспомним, что только ХХ-й век подарил женщине палитру разнообразных интересных профессий и, возможно, отобрал умение быть матерью. Исходя из жизненной цели, выстраивалось и отношение к беременности и родам.

Традиции, связанные с беременностью и родами, были знакомы каждой женщине и передавались из поколения в поколение, от матери к дочери. Еще не достигнув супружеского возраста, девочки, девушки становились участниками процессов вынашивания, рождения и воспитания детей.

В маленьких городках, селах семьи жили в небольших домах и волей-неволей девушки видели, как рожали их матери. Старшие дети могли и оказывать посильную помощь: принести воды, подать необходимое, присмотреть за младшими детьми. Поэтому, вступая в детородный возраст, женщины не имели страха перед беременностью и родами, относились к ним как к желаемым и естественным событиям. У женщин в старину было намного меньше страхов, связанных с беременностью и родами, чем у нас, живущих в ХХІ-м веке.

Поскольку рождение ребенка — великое таинство природы, существовало множество обрядов проведения беременности и родов. У каждого народа складывались свои обычаи, посвященные беременности и родам. Мы поговорим о тех, которые сложились у нашего народа. Прежде всего, следует отметить, что весть о беременности, несмотря на многочисленность семей и всю сложность быта, нашим прабабушкам приносила радость. Будущую маму оберегали от тяжелой работы, плохих новостей, ссор. В ее присутствии запрещалось ругаться, сквернословить, ей нельзя было отказать в исполнении просьбы.

Как должно вести себя беременной женщине?

Сама беременная, как считалось, должна была вести благочестивый образ жизни. Внутри нее Господь творит душу и тело человека, и как ни в какой другой период жизни беременной необходимо заботиться о своей душе, быть любящей, милостивой, доброй, кроткой, правдивой, улучшать свои душевные качества, трудиться над исправлением своих пороков. Носящей во чреве следует удерживаться от раздражения, гнева, зависти, гордости, пустословия, злобы, испуга, уныния во всех их проявлениях. Ибо все чувства, мысли, поступки, которые наполняют мать в период ожидания ребенка, непременно передадутся малышу.

В народе существовало поверье, что, например, если беременная совершит дурной поступок, то у младенца могут быть родимые пятна. Беременная женщина должна была следить за красотой своего поведения: плавно двигаться; следить за тем, что под ногами, чтобы не споткнуться; ходить осторожно. В народе говорили, что если беременная будет жевать на ходу, то ребенок будет крикливым. Строго настрого беременным запрещалось работать в праздничные дни, заниматься рукоделием. Предостережением служило поверье, что если женщина будет работать в неположенное время, ребенок в родах запутается пуповиной. Вместе с тем, женщины выполняли посильную работу и по дому, и в поле. Следовало удерживаться от лености и сонливости, быть бодрой, проворной на всякую работу, чтобы и дитя было трудолюбивым.

Нельзя было беременной женщине и слишком печалиться, даже если кто-то из близких умрет. Ее святая обязанность -в ыносить и родить ребенка. Беременным запрещалось ходить на похороны, кладбище, чтобы слишком не расчувствоваться и не повредить плоду. В народе широко были распространены и суеверия, дошедшие к нам с языческих времен. Среди них: нельзя вешать белье, вязать, держать иголку в руках, стричь волосы. Суеверия как раз наполняли женщин необоснованными страхами. В целом, народные традиции, сложившиеся на протяжении веков, старались удержать беременных женщин от всего, что может принести им вред.

Носить дитя под сердцем старались с молитвою. Беременность и предстоящие роды — события, которые показывают величие жизни. Женщины обращались за помощью к Святой Троице, Божьей Матери, святым, старались читать молитвенное воздыхание беременной, чаще исповедовались и причащались Святых Таинств. Перед родами было принято брать благословение у священника и служить молебен с акафистами в честь икон Божьей Матери «Феодоровская», «Помощница в родах». Благодаря молитвам к этим иконам Богородицы случались и чудеса в родах: не могущие разрешиться от бремени — разрешались, сильные родовые боли — проходили, и даже открывающиеся кровотечения в родах — останавливались.

Как проходили роды?

Деревенские женщины и многие горожанки не знали специальных приготовлений к родам, до последней минуты они выполняли свои семейные обязанности. Очень часто у сельских женщин роды происходили во время работы: в поле, на дороге, на ярмарке. О родах украинок, современниц наших пра-прабабушек, рассказывают: «Бывало придет баба с поля, а в подоле — дитя. Пшеницу жала и рожала. Охала, ахала, дитя принесла, сама серпом пуповину и перерезала». Рассказывали и такие истории: «Пойдет баба на ярмарок, приходит — с дитятею. И приданное ему купила». Исследователи-этнографы заметили, что сельские женщины рожали легче городских, поскольку сами больше трудились, были крепче здоровьем.

Если роды протекали дома, конечно, старались пригласить в дом, повитуху или акушерку. Кстати, профессиональные акушерки появились в российских землях только в 1797 г., при царствовании императрицы Марии Федоровны, которая основала Повивальный институт. До этого повивальное искусство передавалось от матери к дочери или у повитух были помощницы, которым они передавали свои секреты. Как правило, повитухами были опытные, не раз рожавшие женщины, которые оказывали помощь в родах и знали в этом толк. Помимо умения принимать роды, повитуха должна была обладать безупречной репутацией, быть доброй, кроткой, молчаливой, ловкой, трудолюбивой.

Повитуха приходила в дом, крестясь, переступала порог и читала молитву, а потом принималась за дело. Перед иконами теплилась лампада, зажигались Сретенские, Пасхальные свечи, кто-то из членов семьи читал молитвы, Евангелие, призывая на помощь Господа. В родах испрашивали помощи у святых великомучениц Варвары и Екатерины. Повитуха направляла действия женщины в родах, заваривала напитки из трав, делала растирания, поддерживала промежность, окропляла роженицу святой водой. Главным образом, повитуха должна была подхватить новорожденного, чтоб не упал, не ударился. В родах женщине полагалось ходить, переступать через пороги. Роженице распускали волосы, развязывали все узлы на одежде. В доме открывали все сундуки, двери, символично помогая процессу раскрытия шейки матки. Если роды затягивались, затруднялись, повивальная бабка просила пойти в церковь и попросить священника помолиться о роженице и открыть Царские врата.

В Украине для облегчения родовых болей применяли отвары из цвета ржи, клали роженице теплые компрессы из соли и семян льна, устраивали теплые купели из капустного листа и шелухи лука. В России женщины рожали в банях, там и от глаз подальше, и тепла больше, и боли меньше в натопленном местечке.

Как только дитя родится, повитуха начинала читать молитву, кропила дитя и мать Святой водой, давала матери, прикладывала к груди. Только потом ребеночка мыли, пеленали, давали отцу или клали в колыбель или на печь. Что касается присутствия мужа в родах, то в одних регионах Украины приветствовалось его участие: муж вместе с женой стонал, пел молитвы, приседал, поддерживал жену под спину, бедра. Есть местности, где муж забирал детей и шел к родственникам, оставляя жену на попечение повитухи.

Повитуха ожидала рождения плаценты, которую называли «место» и помогала завязать и перерезать пуповину. Перерезали пуповину на Библии. Бывало и так, что пуповину мальчика обрезали на топоре, а девочки — на гребне, это связывалось с приобретением в будущем достойных мужских и женских качеств и умений. Завязывалась пуповина льняной или конопляной нитью, «чтоб в семье дальше рождались дети». Пуповину отрезали и перевязывали с молитвой и пожеланиями долгих лет, здоровья, счастья. Если рядом был отец, то пуповину доверяли перерезать ему. После того как пуповина отсохнет, ее клали между иконами в сундук, сохраняя до семилетия ребенка. По достижению семи лет пуповину вынимали и давали ребенку развязать. Если дитя справлялось с заданием, то будет смекалистым, трудолюбивым.

Плаценту — «место» или «послед», «гнездо» закапывали там, где ребенок родился, в доме или во дворе под молодое плодовое дерево.

После родов: как это было

Первые три дня мама держала дитя на руках или в колыбельке, которую делал отец. Повитуха приходила в дом и после родов, смотрела на состояние матери и ребенка, помогала помыться, купала новорожденного в купели с настоем трав, заваривала матери травы для облегчения послеродового периода. В первые дни после родов женщина отдыхала, устраивали «родины», в которых участвовали женщины-родственницы, соседки, подруги. Если их помощь требовалась, они помогали по хозяйству, и приносили с собой угощение. Как правило, через 3-5 дней мама уже возвращалась к домашним делам. Ребенка старались покрестить как можно скорее, чтобы дитя могло стать полноправным членом Церкви Христовой и было защищено Ангелом-Хранителем от злых сил. По истечению сорока дней после родов женщина приходила в церковь, где совершался обряд очищения и введения в храм.

Так рожали в старину. В наше время женщины утратили во многом умение рожать своих детей в гармонии с естеством организма и природой. Несмотря на развитие цивилизации, развитие и совершенствование медицинских приборов мы, живущие в ХХІ-м веке, потеряли навыки рождения детей и вынуждены снова обучаться им. На курсах по подготовке к родам беременные женщины учатся вновь умению проводить схватку и потугу, дыханию в родах и многому другому. Нашим прапрабабушкам такие курсы были не нужны, умение быть матерью своему ребенку передавалось из поколения в поколение, преподавалось самой жизнью. Возможно, изучая традиции рождения в разных культурах, мы сможем пополнить свои умения и знания о самом волнующем событии в жизни семьи — рождении ребенка?

«Маме надо быть сильной. Спартанцы считали, что только сильная мать родит сильного воина. По сегодняшним меркам, если женщина в беге развивает скорость более четырех своих ростов в секунду, если из виса поднимает ноги к турнику 5-10 раз подряд и может подтянуться до подбородка, то это обещает более легкие, быстрые и безболезненные роды.

Будущей маме полезно не только «гулять на свежем воздухе», но и бегать, плавать, заниматься специальной гимнастикой».

Каждая ли будущая мама сегодня способна на это? Едва ли, если учесть, что сегодня большинство женщин имеют «сидячую» работу и ведут малоподвижный образ жизни.

Мы считаем себя продвинутыми и просвещенными. Многие процессы в нашей жизни практически полностью автоматизированы и поставлены на поток. Мы живем в век технологий. И рождение детей тоже чем-то похоже на конвеерное производство: с момента зачатия (а в отдельных случаях и до него) — вы сразу попадаете в поток. Сначала это регулярное посещение женской консультации, курсы будущих мам, выбор клиники для родов, одежда для беременных, йога для беременных, косметика для беременных, аква-аэробика и гимнастика для беременных, затем беби-йога, восстанавливающие процедуры и т.д. — чем не конвейер?

Вроде бы все логично, ведь беременность — это особенное состояние женщины, но почему тогда мы стали сложнее рожать?

И. Панов «Ожидание». 2005 г.

Сегодня количество , сложных и искусственных родов, недоношенных детей увеличилось в разы. И это не смотря на то, что медицина вроде бы шагает вперед.

Быть может, в данном вопросе стоит обратиться к опыту прошлых поколений и сделать шаг назад, чтобы понять, в чем же дело?

Как известно, раньше практически каждая семья была многодетной. И это было не трое детей, как сегодня, а 7, 9, 12 и более детей. Кесарево сечение еще не применялось, как и анестезия, и другие «вспомогательные» средства. Женщины «трудились» практически каждый год, рожая по ребенку. И далеко не всегда их труд облегчали. Что уж говорить о декретном отпуске, пособиях, молочной кухне и доступном детском питании. А нужно ли это все было раньше?

Материнство предлагает вспомнить, как рожали наши прабабушки.

Боль вчера и сегодня

«Сплошной опрос крестьянок и женщин, занятых тяжелой физической работой (в Чехословакии) показал, что у 14% женщин роды проходили вообще безболезненно, большинство считало боль «вполне терпимой», и лишь немногие называли ее сильной. Когда европейские доктора поехали к индейцам Северной Америки, то узнали, что там женщины ожидают ребенка с радостью и обычно роды идут легко и без болей. Если учесть, что у животных рождение детенышей тоже, как правило, не причиняет матерям страданий, то вывод напрашивается сам собой: европейским женщинам разговорами о болях просто внушают, что роды болезненны».

Из книги Б. П. и Л. А. Никитиных «Мы, наши дети и внуки» (1978-1988 гг.)

Говорят о том, что решающее влияние на ход родовой деятельности и возникновение боли имеет установка роженицы, ее общий настрой. Облегчает процесс и мысль о том, что эта боль несет в себе благие цели. Специалисты по обезболиванию считают, что боль, которую не считают вредной, легче переносится.

Исследованию боли во время родов посвящено много . Интересны наблюдения за племенами индейцев Северной Америки, где роженица часто просто останавливала своего коня, расстилала прямо на снегу теплую накидку и спокойно рожала ребенка. Затем она заворачивала в тряпку новорожденного, снова садилась на коня и догоняла своих соплеменников, которые даже не всегда замечали, что она только что родила. Этот феномен подтвердился во время Второй Мировой Войны, когда женщины, находящиеся в немецких лагерях принудительного труда, приходили в кабинет врача сразу после работы, достаточно легко рожали и через несколько часов снова отправлялись на работу. Ученые объясняют это так: в рамках тяжелых условий жизни и необходимости выживания в суровых природных условиях женщины не позволяют себе проявлять родовые страхи и комплексы, что и обеспечивает легкий характер течения беременности и большей частью безболезненные роды.

В 1940-х годах роды переносятся в больницу, где роженица становится «больной», нуждающейся не в человеческой теплоте и поддержке, а четкой помощи хирурга и анестезиолога.

Как раньше рожали

В старину рождение ребенка, несмотря на кажущуюся простоту, было окружено массой обычаев, примет и обрядов. Многие из них сегодня обрели научное объяснение и вполне применимы.

Место для родов

Многие помнят рассказы о том, что крестьянки рожали прямо в поле, в хлеву или в бане. Гораздо реже встречаются упоминания о родах дома. Это связано с поверием, что место родов считается нечистым.

Интересно и предположение о причине нечистоты родильного места — дело не только в санитарных условиях, а в том, что женщины при схватках и потугах могли сквернословить.

Наиболее подходящей для родов считалась баня. Перед родами ее деревянные стены и пол начищали добела и пропаривали в определенной последовательности, чтобы роды были легкими.

Родильный стул XVIII века

Поза для родов

Приспособления, кресла для родов придуманы медиками скорее для своего удобства, нежели для комфорта роженицы.

Раньше подобных конструкций не было. Позу для родов советовала повивальная бабка, которая выполняла роль врача и акушерки в одном лице. Говорят, что простые крестьянки чаще рожали стоя, либо на корточках, часто держась руками за лавку или другую опору. Тогда как дамы из высшего общества рожали лежа.

У других народностей также встречаются «активные» позы во время родов: в Голландии в приданное невесты входил специальный стул для родов, древние египтянки рожали на корточках на специальном священном камне, в Японии тоже встречались случаи родов сидя, подложив связку соломы, у некоторых народов практиковались совместные роды — на коленях у мужа.

Как облегчить роды

Чтобы облегчить процесс родов, существовало поверье — открыть все, чтобы ребенок легче пришел в этот мир. С этой целью отворяли двери и окна, ящики, печные заслонки, развязывали каждый узел на одежде роженицы, расплетали волосы.

В Китае рядом с роженицей открывали зонт, а в Индии ей давали ключ.

Сообщать о родах старались только повитухе, не посвящая в это посторонних людей — опасались «сглаза». Повитуха пробиралась в дом огородами, чтобы не привлечь внимания.

Во время родов перед иконами зажигали венчальные свечи.

Иногда, чтобы снять напряжение, роженице давали пожевать собственные волосы. Есть упоминание об этом у М. А. Булгакова в рассказе «Записки юного врача»: «Раза три привозили нам рожениц. Лежит и плюется бедная женщина. Весь рот полон щетины. Примета есть такая, будто роды легче пойдут».

Деревенские «бабки» иногда обильно посыпали родовые пути сахаром — чтобы ребенок, почувствовав сладенькое, скорее появился на свет. Там же у Булгакова: «…Приезжаю я к роженице… Ну, понятное дело, исследую, чувствую под пальцами в родовом канале что-то непонятное: то рассыпчатое, то кусочки… Оказывается, сахар-рафинад! …Знахарка научила. Роды, говорит, у ей трудные. Младенчик не хочет выходить на Божий свет. Стало быть, нужно его выманивать. Вот они, значит, его на сладкое и выманивали!»

Спать после родов маме не давали, так как считали, что если она заснет, малыша могут подменить черти.

К. В. Лемох «Новый член семьи». 1880-е

Новорожденный

Перевязывали пуповину обычно материнским волосом, как бы связывая мать с малышом. Затем переставшую пульсировать пуповину обрезали.

Повитуха совершала над младенцем прообраз популярной сегодня беби-йоги: разглаживала ручки, ножки, животик, «правила» головку.

Если рождался слабый ребенок, то его отправляли для «пропекания» в печь. Дело в том, что материнская утроба считалась своеобразной печью. И если малыш «не допекся», то его на лопате трижды помещали внутрь остывающей печи, считая, что теперь он будет более сильным и крепким.

Затем малыша обмывали. Это делали в специальной воде, приготовленной по особенному: с использованием соли, куриного яйца и серебряной монеты: от болезней, чтобы был белым и чистым, для богатства. При этом приговаривали: «Мыла бабушка не для хитрости, не для мудрости, Мыла ради доброго здоровьица, Смывала причище, урочище, призорище (разные виды сглаза). Водушка текуча, Анюшка ростуча, Водушка в землю, Анюшка кверху». После воду выливали на избу снаружи — на угол, где были иконы. Старались плеснуть повыше, так как считали, что от этого зависит рост малыша.

Сегодня за помощью обращаются к остеопатам. А раньше бабка повитуха сама делала послеродовый массаж — вправляла золотник (на языке знахарей так именуют матку), «ставила на место» внутренние органы. Не исключено, что в том числе и эти манипуляции становились причиной материнской смертности, которая, как известно, была высокой. Современные медики категорически запрещают любой массаж живота в течение двух месяцев после родов.

В различных губерниях существовали традиции по закапыванию под стеной дома или под деревом, в некоторых закопать ее следовало отцу и на этом месте посадить дерево. Закапывать ее следовало особенным образом, соблюдая вековые традиции.

Совместные роды

Говорят, что совместные роды — отнюдь не новомодная новинка. В старину, если отец не был на охоте или в дальнем странствии, он тоже принимал участие в процессе деторождения: развязывал пояс, поил водой жену, при сильных болях касался коленом ее спины. Интересно, но сегодня , чтобы снять нагрузку с позвоночника, учат на специальных курсах будущего отца.

Новорожденного ребенка заворачивали в отцовскую рубаху — чтобы «батя любил», а затем в отцовский тулуп — чтобы был богат. При этом рубаху снимали прямо с отца, чтобы она сохраняла родной запах.

Самого отца угощали кашей с солью и перцем и приговаривали: «Солоно и горько рожать».

В это же время, отец присутствовал на родах не у всех древних народов. Этого не было, например, в Китае и Древнем Риме. Там все домочадцы на время родов покидали дом.

Крещение

Раньше на Руси ребенка обычно на девятый день от рождения (нередко и раньше). В этот день он обретал свое имя. Если крестить в этот срок не могли, то ребенка старались ни на минуту не оставлять без присмотра. До момента крещения всех детей звали Богданами. Отсюда и народная поговорка: «Рожден, а не крещен, так Богдашка».

Считалось, что после крещения малыш становится крепче здоровьем. Стоит упомянуть и то, что малыша в купели окунали в прохладную воду, тем самым запуская защитные реакции организма.

Существовали свои , связанные и с таинством крещения. Например, считалось, что если с отрезанной прядью волос поплывет — значит ребенок будет здоровым, закружится — к счастью, а если утонет — это дурной знак. Об этом упоминает Л. Н. Толстой в романе «Война и мир»: «…Нянюшка сообщила ему, что брошенный в купель вощечок с волосками не потонул, а поплыл по купели».

Хорошим знаком был крик ребенка при опускании в купель.

Чепчик после крещения не снимали целых 12 дней. Крестильную одежду далее не использовали, а оставляли для крещения других детей, чтобы они были дружны между собой.

А. Венецианов «На жатве. Лето»

После родов — сразу в поле?

Конечно, по современным представлениям, на Руси не было отпуска по беременности и родам. Но представление о том, что в поле, соответствуют скорее последнему столетию, в то время как до 20-го века это было далеко не так.

В начале 12-го века внучка Владимира Мономаха, Евпраксия, написала трактат о женской гигиене, в котором говорится, что беременная должна остерегаться усталости, а после трудов родин ей важно отдыхать и содержать свое тело в чистоте — мыться в бане каждые три дня. Кормящей матери следует всячески помогать — освобождать от тяжелой работы и давать дополнительное питание.

«Несоблюдение этого основного гигиенического правила может повлечь за собой, по меньшей мере, неправильность в положении матки, причиняющее страдания на всю последующую жизнь, не говоря уже о других болезнях». Это цитата из дореволюционной книги В. Жука «Мать и дитя».

Г. Плосс описал в своем трехтомнике под названием «Женщина» подходы к послеродовому периоду у разных народов, где отметил, что при отсутствии отдыха у родильниц «…вследствие слишком раннего оставления постели развиваются опущения и изменения положения матки, выпадения влагалища и т.п., которые впоследствии служат постоянным источником болезней и преждевременной хилости».

Отрывок из книги В. Бердинского «Крестьянская цивилизация в России»: «…А после родов роженицы кладутся на пол на ржаную солому, где лежат неделю. Во все это время каждый день, по два раза, согревается баня, куда она ходит в самой изорванной одежде с костылем в руке, чтобы показать, что роды ей дались нелегко — избежать «уроков», отчего можно заболеть. Из бани возвращаясь, нужно опираться на плечо повитухи или мужа».

Цитата из брошюры «Самоврачевание и скотолечение русского старожилого населения Сибири»: «Три дня, пока делаются роженице три бани, она должна лежать в постели. После трех дней, смотря по состоянию ее здоровья, бабушка или оставляет ее в постели, или советует „похаживать помаленьку по избе, чтобы крови не застаивались“. Иные лежат в постели до пяти, даже до девяти „дёнъ“, если есть кому „ходить по-дому“… Шесть недель родившая считается полумертвой… Вот как эти ребята достаются! (…) По настоящему-то, по правилу-то, как прежние старухи говаривали, и корову ей нельзя доить шесть недель. Только это исполняют в больших семьях, где есть кем замениться».

Послеродовый «отпуск» важен для дальнейшего здоровья женщины, он увеличивает шансы на благополучную следующую беременность и роды.

Женщины, находящиеся в суровых жизненных условиях, например во время войн, недавно овдовевшие, были вынуждены практически сразу после родов отправляться «в поле», так как кто-то должен был кормить семью. Мало кто знает о последствиях таких «ранних выходов». Эти женщины затем носили особую перевязь, которая проходила между промежностью и завязывалась на плече. Это приспособление придерживало выпадающие внутренние органы.

В 80-х годах прошлого столетия в Чехословакии была поставлена цель доказать пользу от раннего вставания после родов. Исследуемых женщин разделили на 2 группы: первая поднималась с постели через 2-4 часа после родов, а вторая через 2-3 суток. За мамами ухаживал персонал. На 7-9 сутки медики с удивлением констатировали факт, что во второй группе — с более долгим лежанием, женщины имели меньше послеродовых осложнений, лучше чувствовали себя физически и эмоционально.

Но кто же ухаживал за молодой мамой после родов? Не стоит забывать про повитуху, которая помогала и после родов: существовал целый ряд традиций, по которым женщину «очищали и расслабляли», настраивали на новую в ее жизни роль — мамы. Помогали и соседки, которые приходили помочь по хозяйству и приносили с собой готовую еду.

Как пишет Татьяна Гшвенд, перинатальный педагог, все старались преследовать единую цель — помочь молодой женщине, поддержать ее, дать ей ресурсы для скорейшего эмоционального и физического восстановления.

В былые столетия уровень оказания медицинской помощи был значительно ниже, чем сейчас. Сказывался и недостаток гигиены, и частые эпидемии и другие бедствия, зачастую приводившие к повышению материнской и детской смертности.

Но при этом надо признать, что в целом уровень здоровья, физической силы и крепости матерей был довольно высоким. Постоянная физическая активность, свежий воздух и натуральные продукты способствовали повышению защитных сил организма. Увы, многие из нас сегодня лишены всего этого, что сказывается в том числе на протекании беременности и родов.

Давайте же постараемся взять лучшее из опыта предков, не отвергая в то же время достижений современной медицины, которых прабабушкам подчас так не хватало!

Рождение ребенка на Руси считалось особым таинством, открывающим двери между мирами. Оно, как и смерть, знаменовало переход души из мира запредельного, неведомого человеку, в реальный, физически ощутимый.

Когда женщина чувствовала приближение родов, она втайне читала родильную молитву либо писала ее на листе (если была грамотной) и, завернув в шапку, передавала батюшке в церковь. Об этом никто из посторонних не должен был знать, чтобы не произошло ничего лихого.

Подготовка к родам

Обычно во время беременности женщины на Руси много работали даже на поздних сроках. Физическая нагрузка была не только вынужденной (нужно было заботиться о семье), но и желательной. Опытные повитухи, матери и свекрови советовали будущим матерям много двигаться. Это считалось залогом легких родов. Женщина на Руси обычно работала вплоть до первых схваток. Как только они начинались, старшие женщины начинали готовить баню и посылали за повитухой.

Еще в дохристианской Руси была распространена традиция прощаться с роженицей в этот момент, ведь была велика вероятность смертельного исхода родов. Также славянки частенько рожали вне дома, где-нибудь в поле, рощице. Это было связано с тем, что роженица в моменты сильной боли могла ругаться, сквернословить, а это «загрязняло» атмосферу дома. Самым оптимальным местом для появления на свет ребенка считалась баня. К тому же в ней можно было рожать в самый лютый мороз.

Перед родами стены бани изнутри тщательно вымывали до белизны. Обязательно зажигали свечи перед иконой и читали молитву. К полатям привязывали пояс (кушак), за который женщина могла держаться во время потуг. Баню жарко топили, чтобы будущей матери и новорожденному было тепло. Женщине обязательно расплетали косы, а на ее одежде развязывали все узлы. Это было необходимо для того, чтобы раскрылась матка и тело роженицы выпустило малыша. По аналогии с узлами в доме открывали все замки, лари, сундуки.

Рождение

Женщина могла рожать лежа, но чаще это происходило на корточках или даже стоя, в полусогнутом положении. Роженицу располагали головой к рукомойнику. Самой лучшей повитухой считалась пожилая женщина с большим опытом в этой сфере. Крайне важно, чтобы и у нее самой были здоровые детки. Лучше всего, чтобы было побольше мальчиков, потому что в русских семьях более желательным было рождение сына.

Будущий отец должен был снять с правой ноги рожающей жены сапог. Затем ему следовало поднести ей ушат чистой ключевой воды, а после этого развязать пояс на ее сарафане. Муж мог присутствовать во время самого процесса, но многие мужчины старались не мешать женам и не смущать их. Зато они всегда находились где-то рядом, в смежной комнате.

По старинному обычаю мужчина должен был стонать во время родов и кричать, как бы принимая на себя часть боли своей жены. Заодно он привлекал к себе внимание разной нечисти, которая имеет обычай подступать к роженице или новорожденному. Мужчина как бы брал удар на себя.

Повитуха руководила всем процессом. Подсказывала роженице, как себя вести, успокаивала ее и направляла. Когда малыш появлялся на свет, она 3 раза прикусывала пуповину и сплевывала ее через левое плечо, одновременно читая заговор против пупочной грыжи. Мальчику перерезали пуповину на топорище, чтобы рос умелым хозяином. Девочке – на веретене, чтобы стала хорошей пряхой да рукодельницей.

Русские традиции. Как проходили роды на Руси

Русские традиции. Как проходили роды на Руси

• Незадолго до родов день и час рождения старались особенно утаить. Даже родильную молитву упрятывали в шапку и только тогда относили священнику в церковь.

Наши предки верили: рождение, как и смерть, нарушает невидимую границу между мирами умерших и живых. Поэтому такому опасному делу нечего было происходить вблизи людского жилища. У многих народов роженица удалялась в лес или в тундру, чтобы никому не повредить. И у славян рожали обычно не в доме, а в другом помещении, чаще всего – в хорошо истопленной бане. Домашние прощались с родильницей, сознавая всю опасность, которой подвергается ее жизнь. Родильницу укладывали около рукомойника и давали в руку кушак, привязанный к брусу полатей, – чтобы держалась. Во все время родов перед святыми иконами зажигали венчальные или крещенские свечи.

• Чтобы материнское тело лучше раскрылось и выпустило дитя, женщине расплетали волосы, в избе раскрывали двери и сундуки, развязывали узлы, открывали замки. Бесспорно, психологически это помогало.

• Будущей матери обычно помогала немолодая женщина, бабушка-повитуха, опытная в подобных делах. Непременным условием было, чтобы она сама имела здоровых детей, желательно мальчишек.

• Кроме того, при родах нередко присутствовал муж. Теперь этот обычай возвращается к нам в качестве эксперимента, заимствованного за границей. Между тем славяне не видели ничего необычного в том, чтобы рядом со страдающей, испуганной женщиной был сильный, надежный, любимый и любящий человек.

Мужу родильницы отводилась особая роль при родах: прежде всего он должен был снять сапог с правой ноги жены и дать ей напиться, затем развязать пояс, а после – прижимать колено к спине роженицы, чтобы ускорить роды.

• Бытовал у наших предков и обычай, сходный с так называемой кувадой народов Океании: муж нередко кричал и стонал вместо жены. Зачем?! Этим муж вызывал на себя возможное внимание злых сил, отвлекая их от роженицы!

• После благополучных родов бабушка-повитуха закапывала детское место в углу избы или во дворе.

• Сразу же после рождения мать касалась рта младенца пяткой и приговаривала: «Сама носила, сама приносила, сама починивала». Делалось это, чтобы ребенок рос спокойным. Сразу после этого повитуха перерезала пуповину, завязывала ее и заговаривала грыжу, закусывая пупок 3 раза и сплевывая 3 раза через левое плечо. Если это был мальчик, пуповину перерезали на топорище или стреле, чтобы рос охотником и мастеровым. Если девочка – на веретене, чтобы росла рукодельницей. Перевязывали пупок льняной ниткой, сплетенной с волосами матери и отца. «Привязать» – по-древнерусски «повить»; вот откуда «повитухи», «повивальные бабки».

• После заговаривания грыжи младенца мыли, приговаривая: «Расти – с брус вышины да печь – толщины!», обыкновенно мальчику клали в воду яйцо или какую-то стеклянную вещь, девочке – только стеклянную. Иногда в едва нагретую, чтобы не обжечь, воду клали серебро для очищения и чтобы ребенок рос богатым. Чтобы младенца не сглазили, мыли его первый раз в воде, слегка забеленной молоком, потом «для богатства» клали на вывернутый тулуп. Обмывая младенца, повитуха «выправляла его члены» – исправляла голову, которая обычно бывает мягкой как воск. Во многом от ее умения зависело, каким быть ребенку: круглоголовым, длиннолицым или вообще уродом. Обмывши младенца, пеленали его в узкий длинный свивальник и наголовник. Если боялись, что будет младенец беспокойным, пеленали его в отцовские порты. Чтобы младенец рос красивым и пригожим, покрывали его зеленой материей. Первое время младенца оставляли «на свободе», и лежал он где-нибудь на лавке, пока не забеспокоится, не закричит и не «попросит зыбки». Зыбка – это овальный ящик из луба, с донышком из тонких дощечек, сделать который должен был отец. Если роды происходили в избе, то отцу первому вручали младенца, и он укладывал его в зыбку, как бы признавая тем самым свое отцовство.

• Бывало, что младенца клали в колыбель – деревянную раму со слабо натянутым на ней холстом, так что получалось удобное углубление. И колыбель, и зыбку привешивали к «очепу» – длинному шесту, одним концом крепящемуся к потолку и совершенно свободно гнувшемуся вверх или вниз. Над самой зыбкой ничего не вешали, чтобы нечаянно не закрыть младенца от ангела. Детскую перинку набивали перьями, а чаще всего – сеном, покрывали холщовыми простынями, а младенца укрывали ситцевым лоскутным одеяльцем.

• Управившись с младенцем, повитуха давала родильнице выпить толокна, пива, потом парила ее в печи, правила ей живот и сцеживала первое «плохое» молоко. Если приходилось идти в баню, молодая мать оставляла в зыбке ножницы, а под зыбкой – веник, чтобы младенца не украла «нечистая сила».

• Омовение в бане – обряд особый. Для него готовили чистое ведро и непитую воду, набранную обязательно по течению реки. Бабушка-повитуха лила воду через свой локоть и заговаривала молодую мать «от укоров и призоров». После этого повитуха собирала воду в туесок, бросала в него 3 уголька из печи и трижды окатывала водой вначале каменку, а потом – дверную скобу, нашептывая при этом заговор-моление. После такого рода волшбы вода считалась заговоренной, и повитуха набирала ее в рот, брызгала в лицо родильнице и еще раз повторяла заговор от укоров и призоров.

• На другой день после родов к счастливой матери приходили соседки и знакомые с поздравлениями и приносили ей разные сладости «на зубок». Через неделю, а иногда уже на третий день родильница возвращалась к своим обязанностям по хозяйству – но только после совершения очистительного обряда, известного как «размывание рук». Если молодой матери приходилось выходить на работу в поле, то уход за новорожденным поручался «пестунье» из домашних – старухе, а чаще всего – маленькой девочке-сестричке.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Роды на Руси: Как это было

В древности верили, что рождение, как и смерть, нарушает невидимую границу между мирами умерших и живых. Поэтому у многих народов было принято рожать вне дома

Роды принимали опытные, неоднократно рожавшие женщины-повитухи. Они не только помогали женщине во время родов, но и, при необходимости, могли оказать медицинскую помощь.

Читай также: Сколько времени продлятся роды

Повитуха знала практические приемы, облегчающие роды, применяла лекарственные травы, стимулирующие и усиливающие схватки, обладающие и кровоостанавливающим действием. Кроме того она владела навыками оказания помощи младенцу: она отрезала пуповину, обмывала ребенка и даже вправляла вывихи.

Повитухами были женщины из бедных семей. Свое мастерство и знания они передавали из поколения в поколение. Случалось, что и дипломированные городские врачи не гнушались набираться у них опыта. Никогда среди повитух не было гневливых, сварливых, непокладистых и… черноглазых: считалось, что с такими роды всегда труднее.

Помимо бабки-повитухи, на родах могли присутствовать свекровь или мать роженицы. Другие члены семьи, а тем более муж, к роженице не допускались.

Читай также: 10 вещей, которые нужно сделать перед беременностью

Как только ребенок появлялся на свет, повитуха сообщала матери о том, кто у нее родился, отрезала пуповину (мальчику – на колуне, чтобы был хорошим мастером, девочке – на веретене или прялке, чтобы была хорошей хозяйкой).

Наряду с гигиеническими процедурами обтирания и обмывания повитуха, стараясь защитить новорожденного от нечистой силы, произносила молитвы, перекрещивала младенца, воду, полотенце и окропляла их святой водой. Иногда ребенка прикладывали к груди матери сразу после рождения, считая что молозиво для него полезно, но чаще дожидались, когда у матери появится молоко.

После родов приглашали священника, который проводил ритуальное очищение от послеродовой скверны, читая молитвы.

Читай также: Определяем пол ребенка по народным приметам

Читайте Ivona.ua в Google News

Роды на древней руси. Роды женщины в древности После родов

КАК РОЖАЛИ НА РУСИ

О беременности женщины, как правило, узнавали достаточно поздно, поскольку единственным достоверным признаком того, что женщина беременна, было явное шевеление плода. То есть, когда у женщины прекращалось «рубашечное», она предполагала, что «затяжелела», но говорили о состоявшейся беременности только после того, как плод начинал шевелиться.!!!

То, что якобы к беременным на Руси относились с благоговением, — миф. Беременность зачастую воспринималась как помеха и всегда как нечто совершенно обыденное: подумаешь, понесла, дурное дело не хитрое.

Беременность не воспринималась как таинство, это был естественный процесс, стоивший не больше внимания, чем легкий насморк.

В старину считали, что выкидыш у женщины может быть только по двум причинам: по грехам или «сделали», а не от тяжелой работы, поэтому никаких поблажек беременная не получала, работала по-прежнему много и тяжело, выполняя все свои обязанности по дому.

Как свидетельствуют историки, нередко баба шла рожать, бросив белье в корыте или недомешанное тесто. Что касается родов в поле, о которых так любят говорить почитатели естественного образа жизни, то это, конечно, иллюзия, что женщины откладывали в сторону серп, рожали, и тут же вскакивали на ноги, чтобы продолжить работу — «и ничего», и все, мол, были здоровые и крепкие.

Несмотря на то, что такие роды не были редкостью, ни одна здравомыслящая женщина не желала разрешиться в поле. Да, бывали случаи родов прямо в стогу, но это не была норма. Если начало родин заставало женщину в поле, то она старалась попасть домой, чтобы роды прошли в более подходящих условиях.


Художник: Clodt Michael K.

Хорошо, если встречалась телега, — ее могли довезти до избы, впрочем, бывало, что женщина, которую растрясло в телеге, прямо в ней и рожала. В остальных же случаях роженица добиралась до дома пешком. В поле рожали те, кто не успел добежать до дома. Случались роды и на берегу реки во время полоскания белья.

Роды принимала повитуха, она же повивальная бабка. Это женщина, овладевшая акушерским искусством и оказывающая роженицам помощь.

Повитуха контролировала весь процесс родов, который мог длиться и несколько суток, при необходимости принимала меры для исправления положения плода, для ускорения родов, пеленала родившегося младенца — повивала, от чего, собственно, и происходит наименование этих древних акушерок — повитухи.!!!

Кстати, в обязательный послеродовой курс восстановления входило и повивание родильницы — бабка дня через два-три вела ее в баню, там распаренной женщине «правили живот» и затем на несколько часов, а при необходимости — на несколько дней — туго утягивали тканевыми бинтами — это служило профилактикой грыж и выпадения матки. Но пеленание далеко не всегда спасало от этой беды.

КАК ЖЕ ПРОХОДИЛИ СОБСТВЕННО РОДЫ?


Поняв, что женщине пришло время родить, свекровь, мать или другая женщина в семье посылала кого-нибудь или сама шла за повитухой. Опять же, из боязни, что нечистая сила может навредить роженице, шли окольными путями и бабку звали не прямым текстом, а иносказательно: «Зашла бы ты нашу корову посмотреть, а то обещалась, а не идешь». Услуги повитухи оценивались примерно в десять копеек, один хлеб и один пирог. Если свекровь была скупа, и о цене договориться не удавалось, то так и приходилось женщине рожать без «квалифицированной помощи».

Роженицу обычно уводили в натопленную баню — самое чистое помещение на подворье. У кого по бедности не было бани, рожали прямо в избе. Там, в обществе повитухи, роженица переживала период схваток.

Существовало множество приемов для ускорения родов. Схватки женщина обычно переносила стоя: ее ставили в дверном проеме и заставляли висеть на брусе или на вожже, перекинутой через брус. Если процесс затягивался, то роженицу могли трижды обвести вокруг стола, принудить дуть в бутылку, опрокинуть на доске (положить на широкую доску и резко переместить из положения вниз головой в положение вниз ногами), заставить подняться по лесенке на сеновал и спуститься обратно, внезапно окатить ведром ледяной воды, или подговаривали других женщин резко ворваться в баню с криками «Горим! Пожар!», колотя при этом скалками в корыта.

Если уж дела обстояли совсем плохо, то посылали к священнику служить молебен и открыть Царские врата — последнее считалось особенно действенным. Ни о каком кесаревом сечении для простой крестьянской бабы не могло быть и речи. Если после родов плохо отходил послед, то женщине пихали в рот пальцы или ее же волосы — считалось, что возникающий при этом рвотный позыв способствует отделению плаценты. Неудивительно, что при таком родовспоможении в России до революции каждые седьмые роды заканчивались смертью женщины. Так что разговоры о том, что в старину рожали легко, тоже не более чем выдумка.

Мужчины никогда не присутствовали при родах. Исключение составляли случаи, если требовалось провести какие-то манипуляции с роженицей, например, поднять ее на доску. Только тогда могли позвать для подмоги мужиков, которые после оказания необходимой помощи тут же уходили. Никому и в голову не могла прийти такая блажь, как совместные роды.

Новорожденному пуповину перевязывали льняной ниткой и перерезали, в некоторых областях было принято, чтобы повитуха перегрызала пуповину. Пригласить на роды врача могли себе позволить только городские жители при условии, что они были платежеспособны.

О такой роскоши, как роды в родильном доме, не могло быть и речи. Загвоздка в том, что самый первый родильный дом появился в России в Москве в 1764 году и предназначался он не для комфорта рожениц и новорожденных, а для того чтобы сократить количество «уличных» родов у гулящих женщин, которые своих новорожденных детей затем обычно выбрасывали в канализацию или на свалку. Рожать в таком роддоме было позором для добропорядочной женщины, поэтому фактически до начала ХХ века рожали исключительно дома!!!

Женщине позволялось лежать три дня, после тяжелых родов — до девяти дней, потом ее поднимали, и та же повитуха ее «расхаживала».

Впрочем, такое было возможно только в больших семьях, где было кому подменить женщину. В богатых семьях роженицу освобождали от работы на весь послеродовой период — шесть недель. Если семья жила особняком, своим домом, без родни, то мать была вынуждена вставать едва ли не через час после родов и приступать к обычным домашним делам. Если роды были летом, то через три дня, максимум через неделю женщина уже шла в поле: считалось, что труд способствует быстрейшему восстановлению.


Пимоненко Николай Корнилович (1862-1912), Жатва на Украине.

Из-за этого многие женщины получали массу послеродовых осложнений в виде грыж, кровотечений, опущения матки. Единственная помощь, которую они получали, исходила от односельчанок: те на протяжении недели-двух ходили к родильнице поздравить с новорожденным и в обязательном порядке приносили с собой готовую еду, что позволяло хоть как-то облегчить ее труды по хозяйству.

Вопреки распространенному мнению, младенца не прикладывали к груди немедленно после рождения. Молозиво обычно сцеживали — оно считалось «дурным», «ведьминым молоком», способным принести младенцу хворь.

Кормили грудью по возможности, как позволяла занятость матери. Частенько женщина просила покормить ее младенца родственницу или соседку, которая была не так сильно занята по хозяйству. Если позволяли условия, то женщины стремились кормить грудью как можно дольше, «пока дитя не застыдится», но не ради самого кормления, а ради того, чтобы не беременеть, — согласно результатам обследований крестьянок в XIX веке у 80% женщин, хотя бы раз в сутки кормивших детей грудью, критические дни отсутствовали на протяжении трех-четырех, а, бывало, и семи лет. По тем временам грудное вскармливание было достаточно надежным способом предохранения.

Конечно, не могло быть и речи о какой-то культуре половых отношений. По свидетельству историков тех времен, когда, как и сколько всегда решал мужик. И в этом вопросе опять же превалировало потребительское отношение к женщинам. Мужья лезли удовлетворять свою похоть, совершенно не считаясь с самочувствием и состоянием женщины: ни критические дни, ни беременность, ни недавние роды, ни усталость не были причиной для того, чтобы «подождать». Он хочет — она обязана. При таком раскладе супружеский долг часто превращался в самое обычное грубое насилие. И ничего удивительного не было в том, что часто женщина, едва родив, через месяц-другой вновь оказывалась «брюхатою», и все повторялось по кругу…

Повитуха – одного из старейших женских ремесел. Думается, что даже древнее проституции и журналистики:)

Русское слово «повивальная бабка», «повитуха» связано с глаголом «повивать/завязывать» пуповину. Современное слово «акушерка» французского происхождения. Глагол accoucher — родить/рожать.

Немецкое слово «Hebamme» происходит от старонемецкого «Hevianna», где первая часть означает «heben» (поднимать), а вторая — «Ahnin» — „предок/бабка“. То есть слово повитуха изначально означало «поднимающая». По древнему обычаю германских племен повитуха поднимала новорожденного на щите и протягивала его отцу, и тот признавал (или не признавал) ребенка. По традициям тех суровых времен отец также имел право умертвить ребенка, если видел, что он слаб.

Английское слово midwife происходит от староанглийского „mid wife“ – „с женщиной/женой». Угадывается немецкий предлог „mit“ и немецкое существительное “Weib“(женщина), да?) То есть «вместе с женщиной/ роженицей».

1513 год. Повитуха принимает роды.

Причиной того, что женщины рожают не так легко, как в самки животных, является, конечно, вовсе не библейское проклятье дочерям Евы в момент изгнания их Эдемского сада «...и в муках будешь рожать детей своих…» , а антропологические особенности строения женского таза. В процессе эволюции и изменения климатических условий на планете человеческие особи стали ходить на двух «задних» ногах, а «платой» за прямохождение и бег стало сужение костей таза.

Чтобы снизить страх перед родами, с языческих времен на помощь призывалась магия. Амулетам и прочим оберегам приписывались свойства защиты от всякого рода нечистой силы, которая якобы подстерегает роженицу и младенца, а также свойства снижения боли и «подстраховки» от возможной смерти. Многие повитухи использовали в своей работе элементы магии. В помещении, где проходили роды, произносились магические заклинания, сжигались пучки трав, проводилось символическое окуривание, к бедрам роженицы привязывали минерал аэтит («орлиный камень»). На помощь призывались разные языческие божества.

Рождение близнецов:

Когда ребенок появлялся на свет, повихуха отрезала пуповину на длину четырех пальцев, перевязывала ее. Затем она очищала тельце от крови и слизи и купала его. Нёбо новорожденного смазывалось мёдом, чтобы возбудить аппетит. Преждевременно рожденных намазывали свиным жиром до тех пор, пока он сам не мог сохранять температуру тела.

С распространением христианства покровительницей рожениц стала считаться дева Мария, которая сама была матерью. Кстати еще в средние века многие повитухи ставили под сомнение факт девственности Марии, родившей Иисуса. Но, разумеется, они держали свое мнение при себе, так как со всесильной церковью в средние века шутки были плохи.

Роженице и ее семье следовало читать молитву «Quicumque vult ». При трудных родах в немецкоязычных регионах популярен был заговор: «О дитя, живо или мертво, выходи на свет, Господь зовет тебя!» По крайней мере чисто психологически эти меры оказывали положительное влияние на роженицу.

1505 год. Из пособия для повитух:

Ремесло повитухи в средневековье было весьма почетным и уважаемым. И так было до периода «охоты на ведьм»….

«Мрачная» эпоха средневековья ознаменовалась усилением авторитета церкви во всех аспектах жизни. И повитухи были также загнаны в тесные рамки норм, предписаний и «христианских» правил, которые они были обязаны неукоснительно выполнять.

1569 год. Родильное отделение госпиталя:

В «Молоте ведьм» (1486), инструкции по разоблачению ведьм, подробно описывалось, как распознать ведьму и чем она опасна. И повитухи были «группой риска» в этой ужасной расправе.
Учитывая жалкое состояние гигиены того времени, смерть новорожденного или роженицы были частым явлением. Тем не менее, семьи умерших часто искали виноватых. Если в какой-нибудь деревне смертность рожениц или новорожденных возрастала, подозрение падало на местную повитуху. К тому же богословы утверждали, будто ведьмы-повитухи готовят свои снадобья из некрещеных младенцев.

1471 год
:

Церковь больше всего волновало, чтобы при сложных родах, когда жизнь матери и ребенка висела на волоске, повитуха успела совершить обряд «экстренного» крещения. Ведь страшнее всего считалась не смерть, а то, что «нехристь» будет вечно гореть в геене огненной, и Cатана овладеет его душой!!! В то время как крещеный младенец может спокойно умирать, его душа сразу попадет в рай.

Повитухи получали «инструкции» по проведению «экстренного» крещения. В 21 веке эти инструкции звучат совершенно абсурдно. Даже если ребенок частично вышел из чрева матери, и дело дальше не идет, то повитуха была обязана сконцентрировать свои силы на скорейшем крещении этой вышедшей на белый свет «части» ребенка (будь то даже кисть ручки или ступня ножки), а только потом продолжать оказывать дальнейшую помощь роженице и младенцу. У каждой повитухи в сумке наряду с инструментами была бутылочка со «святой» водой (которая, понятное дело, часто кишела микробами).

В некоторых регионах повитуха могла совершать последнее причастие, принимать исповедь и отпускать грехи умирающей.

Кадр из фильма «Акушерка», другие фото ниже.

Есть определенные свидетельства, по которым историки предполагают, что повитухи в средние века были меньше других людей подвержены церковному мракобесию, не очень-то придерживались этих указаний церкви и чаще всего действовали в интересах роженицы и ребенка. Однако недоброжелатели могли донести на нее в церковные «органы», что мол она не успела покрестить ребенка. А священник при подозрении, что такая-то повитуха «не блюдет веру», мог придти и присутствовать при родах. У повитухи могли быть неприятности. А в периоды «охоты на ведьм» дело могло закончиться для нее вообще костром. Ведь женщины именно этой профессии были самыми первыми «кандидатками» в «ведьмы». Повитуха владела множеством потайных знаний – разбиралась в травах, заговорах, в ее руках находилась жизнь матери и ребенка. Иногда у нее умирала роженица или новорожденный – а не приложила ли она к этому руку? Она постоянно имела дело с некрещеными младенцами, значит, по мнению теологов была наиболее подвержена искушениям дьявола. Больной мозг церковных мракобесов придумывал совершенно бредовые сценарии – что мол повитуха может поддаться уговорам и соблазнам Сатаны и подкинуть роженице ребенка Сатаны, а некрещеного ребенка роженицы умертвить. Такие сценарии встречаются в современных фильмах ужасов, а тогда это была реальность. Кроме того инквицизия считала женщину по умолчанию нечистой, греховной. Ремесло повитухи было связано с женщинами, она прикасалась к их половым органам, а через них, по мнению теологов, в тело мог вселиться Сатана. Да и сама повитуха ведь была женщиной.

1515 год.

Хотя это было и запрещено и церковью, и профессиональной этикой, но она, будучи травницей, знала, какую травку выпить (например, отвар плодов туи, которые ядовиты), чтобы беременная «выкинула» нежелательного ребенка, так как у нее обессиленной и так уже семеро голодных по лавкам. Даже если повитуха и не занималась этим, но чисто теоретически МОГЛА. А раз МОГЛА, значит, виновата. В общем, «был бы человек, а статья найдется »(с). В годы «охоты на ведьм» сотни повитух были подвержены пытками и казнены. Некоторые перед смертью под пытками «признались», что убили десятки младенцев (прим.: под пытками и сам Папа Римский бы признался, что прелюбодействовал с Сатаной)

17 век. Повитуха пришла к роженице:

Повитуха должна была вести благочестивый христианский образ жизни. Ей вменялось в обязанности также выпытать у роженицы имя отца ребенка, если та была незамужем. Вопросам христианской морали в средние века придавалось куда больше значения, чем вопросам медицинской и психологической помощи роженицам. Остается только гадать, как повитухам тех времен удавалось сохранять баланс между профессиональной этикой и требованиями церкви. При всех их продвинутых (по тем временам) медицинских познаниях нельзя забывать, что они все же были продуктами своей эпохи, с теми же страхами и проблемами, что и другие. И они должны были жить по нормам своего времени.

Роды знатной женщины:

Интерес представляют медицинские знания повитух. С незапамятных времен хорошие повитухи знали о том, что спорынья ускоряет схватки, а белена, красавка и мак оказывают наркотическое обезболивающее действие. Они умели сшивать разрыв промежности шелковыми нитками, делали кесарево живым (правда, многие роженицы не выживали). Некоторые навыки повитух прежних времен утеряны – например, как повернуть плод нужным образом с помощью введенных в матку спиц и лент.

Семья в ожидании…

Еще в Старом Завете упоминались мудрые «знающие» женщины, которые оказывали роженицам помощь в самый ответственный момент.

Много тысяч лет обучение ремеслу повитухи у всех народов проходило по одному и тому же принципу: “learning by doing“, как сказали бы сегодня. То есть молодая начинающая повитуха училась ремеслу у старой опытной женщины, сначала просто сопровождала свою наставницу, помогала ей принимать роды, наблюдала, обучалась всем секретам, а затем и сама начинала принимать роды под присмотром старшей. Так из поколения в поколение и передавались знания и опыт.

Справедливости ради следует отметить, что не только женщины исполняли роль повивальных бабок. В отдаленных сельских регионах к роженицам из бедных слоев было обычным делом звать мужчин-пастухов в качестве в качестве повивальных «бабок». Считалось, если он умеет принимать роды у коровы или овцы, то и у женщины сможет. Но большинство повитух все-таки были женщинами.

У древнеримских, древнегреческих и персидских врачей родовспоможение не считалось частью медицины. В отдельных древних трактатах затрагивались такие «гинекологические» темы, как зачатие, беременность, бесплодие, менструация. В общем, пока процессы протекали внутри самого организма, это относилось к медицине. Но как только начиналась стадия изгнания плода из чрева матери, это была уже не медицина, а область знаний повитухи. Ученые медики ссылались на то, что это «женские дела» или довольствовались парой поверхностных советов…Например, «заставить роженицу чихнуть, чтобы плод быстрее вышел ».

Один из немногих известных трудов по акушерству, написанный мужчинами, датируется 350 годом н.э. Автор, врач Theodorus Priscianus, выражает в предисловии благодарность некой повитухе по имени Виктория, у которой он консультировался по практической части книги. «Хочу лишь поддержать тебя своими знаниями, чтобы ты, имея преимущество принадлежности к тому же полу, могла употребить эти знания для излечения женских недугов». История не сохранила никаких сведений об этой Виктории, даже неизвествестно, владела ли она грамотой, чтобы прочитать эту книгу. Мы только знаем, что она поделилась своими знаниями с доктором.

Таким образом практическая область родовспоможения была полностью в руках женщин повитух. Врачи долгое время не вмешивались в их дела. Женщины сами опытным путем находили методы помощи роженицам при осложнениях. Первые учебники по родовспоможению были написаны именно женщинами повитухами, а не врачами.

1819 год. Повитуха несет ребенка в церковь. Повитухи часто становились крестными детей, которым они помогли появиться на свет.

Одно из первых дошедших до нас имен таких «знающих» женщин это Тротула из Салерно, жившая в ХI веке. В своей книге она описала 16 вариантов осложнений при родах – например, голова не проходит через родовый канал, поперечное предлежание, ребенок идет ногами и так далее.. Как симптомы замершего плода были указаны отсутствие движений плода, впавшие глаза роженицы и ее «бесчувственность» на губах и лице. К каждому варианту осложнения Тротула дает детальные указания для повитухи.

Тротула также описывает рецепты мазей, компрессов, снадобий. Для изгнания замершего плода Тротула советует водяные или паровые ванны с определенными травами. Если это не помогает, то следуют указания, как извлечь плод по кусочкам.
Если повитуха видела, что роженица умерла, а плод еще жив, она была ОБЯЗАНА как можно скорее сделать кесарево острым бритвенным лезвием. Это было правилом у всех повитух, а также требованием церковного синода – с целью спасти жизнь ребенка. Если у повитухи не хватало мужества сделать кесарево, она должна была позвать на помощь мужчину, например, мужа роженицы. Иначе она считалась виновной в смерти ребенка и могла подвергнуться наказанию. Кесарево проводилось главным образом у умерших рожениц.

1774 год. Роды в состоятельной семье.

Если ребенок шел ногами, то следовало его слегка «втолкнуть» назад и попытаться перевернуть головой вниз. Если это не помогало, особо искусные повитухи умели ввести через родовые пути две спицы, на концах которых были привязаны тонкие ленты. С помощью спиц они особым образом оборачивали ленты вокруг ног плода, поворачивали его в нужном направлении и вытаскивали на свет божий. Эти спицы были единственным вспомогательным инструментом, которым разрешалось пользоваться повитухам. Применение щипцов являлось для них абсолютным табу, за них можно было угодить в тюрьму или по крайней мере иметь серьезные неприятности. Щипцы имели право накладывать только врачи. Акушерка была ОБЯЗАНА по первому требованию «участкового» врача предъявить ему свою сумку, чтобы он мог проверить наличие щипцов, приспособлений для абортов, а также «запрещенных» трав.

Повитуха консультирует беременную пациентку:

Когда начинались схватки, повитуха знала свое дело. Но как только наступали осложнения, у нее в средние века было немного средств. Доказательством тому была высокая смертность рожениц и новорожденных буквально до 19 века. Ведь каждое мануальное вмешательство (все эти спицы, крючки…) было сопряжено с риском занесения инфекции или кровотечением. Поворачивание плода в утробе таило в себе опасность отслоения планценты или придавления пуповины. Серьезных болеутоляющих средств не было.

Очень страшились родильной горячки, которая была обусловлена занесенной при родах инфекцией. Чаще всего она случалась при первых родах.

Данные архива города Флоренции за 1424, 1425 и 1430 годы показывают, что 20% всех замужних женщин города умирали при родах или от родильной горячки. В английских аристократических семьях в период 1330-1479 умерло 36% всех мальчиков и 29% всех девочек, не достигнув 5-летнего возраста. Данные по смертности английских рожениц составляют 25%.

Историческое исследование проливает также свет на тему бесплодия. 16-17% всех браков герцогских семей в Англии 14-15 веков были бесплодными (учитывались браки, где оба супруга доживали до нефертильного возраста).

1510.Знатная роженица:

Что касается низов, то тут более менее достоверные (отрывочные) данные по смертности рожениц из бедных слоев населения существуют только начиная с 17-18 века. Но несомненно до этого они были такими же высокими, если не еще выше, чем среди знатных рожениц. Повитухи ведь были не волшебницы. Но без их помощи смертность была бы еще выше.

18 век. Мужчина-акушер в Англии. Видно по одежде, что смотреть на гениталии роженицы ему было нельзя, он делал свою работу наощупь:

Оплата труда повитух происходила по-разному. В большинстве случаев их доходом были средства, полученные от семей рожениц. Поэтому иная повитуха предпочитала посещать богатых пациенток, а бедным время от времени отказывать. Чтобы избежать этого магистраты некоторых богатых городов сами платили (твердый) оклад своим повитухам. Например, в 1381 году город Нюрнберг платил каждой повитухе по гульдену каждые три месяца. Город Брюгге платил 12 грошей в день при 270 рабочих днях в году. Власти Ульма в 1491 году издали закон, где повитухам запрещалаось отказывать малоимущим пациенткам. Но все же абсолютное большинство повитух жили за счет оплаты своих трудов семьей роженицы деньгами или «натуралиями».

Вплоть до 20 века о повитухах во многих регионах упорно ходили слухи, что они делают также и аборты. И даже репутация тех повитух, которые никогда этого не делали, страдала из-за ее коллег, практикующих аборты. В немецком языке женщины делающие аборты, назывались Engelmacherin – «делающая ангелов ». Это могла быть как пофессиональная повитуха, так и просто решившая подзаработать таким путем домохозяйка. Последние брали за «услугу» совсем недорого, но и ведь и квалификации у них никакой не было. Аборты они делали порой самыми абсурдными и опасными методами.

Роды с мужем:

18-ый век (век Просвещения) внес значительные изменения в науку и в многовековой уклад жизни. Европейские государства стали брать под свой контроль обучение повитух. Теперь они не имели права практиковать без лицензии. А лицензию можно получить только после курса обучения при госпитале. Пациентками госпиталей были были в основном незамужние и другие беременные женщины без средств к существованию. Взамен на кров и стол они соглашались стать объектами изучения докторов, студентов и будущих акушерок.

Знатные женщины всегда рожали дома, часто под присмотром нескольких повитух.

Сцена в госпитале (кадр из фильма «Акушерка»):

Бесспорно, это было очень унизительно. С этими женщинами обращались бесцеремонно, как с подопытными кроликами. Но с другой стороны без этого опыта в госпиталях и ошибок врачей невозможно было двигать вперед медицину. Именно тем безымянными женщинам мы обязаны тем, что в 21 веке смерть роженицы или ребенка случаются чрезвычайно редко.

Повитухи, особенно пожилые и опытные, были очень недовольны тем фактом, что от них требовали лицензии. Их оскорбляло, что какой-то молодой безусый врач, вчерашний студент, который и беременную видел только на картинке, будет экзаменовать ее и указывать ей, как принимать роды. И того хуже – иметь право проверять ее саквояж на предмет «запрещенных» средств.

Середина 20-го века. Сельская акушерка (Германия):

Постепенно права акушерок были урезаны. Причем не из-за церкви, а из-за медицинского авторитета докторов-мужчин. При родовых осложнениях все чаще стали звать врача. К концу 19-го/началу 20-го веков рожать с врачами стало просто безопаснее, так как были сделаны (врачами!) открытия в области наркоза, асептики и антисептики, что сделало возможным успешное проведение кесарева сечения. Смертность рожениц существенно снизилась.

Сельская акушерка:

Стоит заметить, что в отдаленных регионах роль акушерки часто брали на себя соседки или родственницы, для которых это не было основным ремеслом, они занимались этим от случая к случаю. Ведь профессионально обученных акушерок в сельской местности остро не хватало, а рожали там много и часто. И пока самоучки не брали плату за свои услуги, они не вступали в конфликт с законом. Проблемы начинались только если они начинали брать плату за свои услуги – это было позволено только после обучения в школе акушерок и получения диплома и лицензии.

Первое купание:

Но в сельской местности акушерки вплоть до середины 20-го века оставались авторитетами в области родовспоможения.

Начало 20-го века. Сельская акушерка (страна?)

История сохранила имена некоторых известных акушерок.

Мари-Луиза Буржуа представляет французскому двору новорожденного дофина, будущего Людовика 13-го :

Мари-Луиза Буржуа принимала роды также и у Габриэль д’Эстре , фаворитки короля Генриха IV.

Юстина Зигемунд (1636-1705), придворная акушерка прусского двора, написала несколько иллюстрированных пособий.

Страница из книги Юстины Зигемунд:

Ниже два фильма, где особенно ярко показано соперничество врачей и акушерок 200 лет назад.

«Die Hebamme – Auf Leben und Tod» /»Акушерка — не на жизнь, а на смерть» (2010) с Бригиттой Хобмайер в главной роли. Тироль, 1813 год…О буднях повитухи в горной альпийской деревне. Основано на реальных событиях двухсотлетней давности, когда акушерка потеряла лицензию за непроведение «экстренного крещения ». Фильм есть полностью на ютьюбе (1,5 часа на немецком языке). Там на первой минуте фильма, когда акушерка собирает свой чемоданчик, видны спицы с лентой для переворачивания плода.

С полным оснащением для родов — к роженице:

Выяснение отношений мужем роженицы:

Проблемы с католической церковью:

Больница и студенты:

«Человеческим материалом» для больниц были женщины из низов.

Еще один фильм…

«Die Hebamme» /»Акушерка» (2014) с Йозефиной Пройс в главной роли. Марбург, конец 18-го века… Фильм рассказывает о молодой девушке, которая проходит обучение в школе для акушерок.

Ученица акушерской школы шокирована демонстрацией родов перед студентами-медиками:

Ученицам школы акушерок приходилось мыть полы в больнице:

У Гесы с детства лишь одна цель: однажды она станет такой же хорошей повитухой, как и ее мать. Ее ранняя смерть заставляет девушку перебраться в «родильный дом» Марбурга. Именно там, в нечеловеческих условиях, уважаемый профессор Килиан обучает искусству повитух. Его насильственные методы быстро вызывают в Гесе дух сопротивления. В то же время она все больше проявляет симпатию к профессору анатомии, доктору Клеменсу Хойзеру. Загадочная серия самоубийств держит город в напряжении.

Как известно, раньше практически каждая семья была многодетной. И это было не трое детей, как сегодня, а 7, 9, 12 и более детей. Кесарево сечение еще не применялось, как и анестезия, и другие «вспомогательные» средства. Женщины «трудились» практически каждый год, рожая по ребенку. И далеко не всегда их труд облегчали. Что уж говорить о декретном отпуске, пособиях, молочной кухне и доступном детском питании.

В старину рождение ребенка, несмотря на кажущуюся простоту, было окружено массой обычаев, примет и обрядов. Многие из них сегодня обрели научное объяснение и вполне применимы.

Место для родов

Многие помнят рассказы о том, что крестьянки рожали прямо в поле, в хлеву или в бане. Гораздо реже встречаются упоминания о родах дома. Это связано с тем, что место родов считалось «нечистым».

И дело не только в санитарных условиях, а в том, что женщины при схватках и потугах могли сквернословить. Поэтому самым подходящим местом для родов считалась баня. Перед родами ее деревянные стены и пол начищали добела и пропаривали в определенной последовательности, чтобы роды были легкими.

Поза для родов

Приспособления, кресла для родов придуманы медиками скорее для своего удобства, нежели для комфорта роженицы.


Источник фото: materinstvo.ru Родильный стул XVIII века

Раньше подобных конструкций не было. Позу для родов советовала повивальная бабка, которая выполняла роль врача и акушерки в одном лице. Говорят, что простые крестьянки чаще рожали стоя, либо на корточках, часто держась руками за лавку или другую опору. Тогда как дамы из высшего общества рожали лежа.

У других народностей также встречаются «активные» позы во время родов. В Голландии в приданое невесты входил специальный стул для родов, древние египтянки рожали на корточках на специальном священном камне, в Японии тоже встречались случаи родов сидя, подложив связку соломы, у некоторых народов практиковались совместные роды — на коленях у мужа.

Как облегчить роды

Чтобы облегчить процесс родов, существовало поверье — нужно открыть все, чтобы ребенок легче пришел в этот мир. С этой целью отворяли двери и окна, ящики, печные заслонки, развязывали каждый узел на одежде роженицы, расплетали волосы.

Сообщать о родах старались только повитухе, не посвящая в это посторонних людей — опасались «сглаза». Повитуха пробиралась в дом огородами, чтобы не привлечь внимания.
Во время родов перед иконами зажигали венчальные свечи.

Иногда, чтобы снять напряжение, роженице давали пожевать собственные волосы. Есть упоминание об этом у М. А. Булгакова в рассказе «Записки юного врача»:

Раза три привозили нам рожениц. Лежит и плюется бедная женщина. Весь рот полон щетины. Примета есть такая, будто роды легче пойдут.

Деревенские «бабки» иногда обильно посыпали родовые пути сахаром — чтобы ребенок, почувствовав сладенькое, скорее появился на свет. Там же у Булгакова:

…Приезжаю я к роженице… Ну, понятное дело, исследую, чувствую под пальцами в родовом канале что-то непонятное: то рассыпчатое, то кусочки… Оказывается, сахар-рафинад! …Знахарка научила. Роды, говорит, у ней трудные. Младенчик не хочет выходить на Божий свет. Стало быть, нужно его выманивать. Вот они, значит, его на сладкое и выманивали!

Спать после родов маме не давали, так как считали, что если она заснет, малыша могут подменить черти.

Новорожденный

Перевязывали пуповину обычно материнским волосом, как бы связывая мать с малышом. Затем переставшую пульсировать пуповину обрезали.

Повитуха совершала над младенцем праобраз популярной сегодня беби-йоги: разглаживала ручки, ножки, животик, «правила» головку.


Источник фото: materinstvo.ru К. В. Лемох. Новый член семьи. 1880-е

Если рождался слабый ребенок, то его отправляли для «пропекания» в печь. Дело в том, что материнская утроба считалась своеобразной печью. И если малыш «не допекся», то его на лопате трижды помещали внутрь остывающей печи, считая, что теперь он будет более сильным и крепким.

Затем малыша обмывали. Это делали в специальной воде, приготовленной по-особенному: с использованием соли, куриного яйца и серебряной монеты.

При этом приговаривали:

Мыла баушка не для хитрости, не для мудрости, Мыла ради доброго здоровьица, Смывала причище, урочище, призорище (разные виды сглаза). Водушка текуча, Анюшка ростуча, Водушка в землю, Анюшка кверху.

После воду выливали на избу снаружи — на угол, где были иконы. Старались плеснуть повыше, так как считали, что от этого зависит рост малыша.

При необходимости бабка-повитуха сама вправляла «золотник» (на языке знахарей так именуют матку), «ставила на место» внутренние органы. Не исключено, что в том числе и эти манипуляции становились причиной материнской смертности, которая, как известно, была высокой. Современные медики категорически запрещают любой массаж живота в течение двух месяцев после родов.

В различных губерниях существовали традиции по закапыванию плаценты под стеной дома или под деревом, в некоторых закопать ее следовало отцу и на этом месте посадить дерево. Закапывать ее следовало особенным образом, соблюдая вековые традиции.

Совместные роды

Говорят, что партнерские роды — отнюдь не новомодная новинка. В старину, если отец не был на охоте или в дальнем странствии, он тоже принимал участие в процессе деторождения: развязывал пояс, поил водой жену, при сильных болях касался коленом ее спины.

Новорожденного ребенка заворачивали в отцовскую рубаху — чтобы «батя любил», а затем в отцовский тулуп — чтобы был богат. При этом рубаху снимали прямо с отца, чтобы она сохраняла родной запах.

Самого отца угощали кашей с солью и перцем и приговаривали:

Солоно и горько рожать.

Крещение

Раньше на Руси ребенка обычно крестили на девятый день от рождения (нередко и раньше). В этот день он обретал свое имя. Если крестить в этот срок не могли, то ребенка старались ни на минуту не оставлять без присмотра. До момента крещения всех детей звали Богданами. Отсюда и народная поговорка:

Рожден, а не крещен, так Богдашка.

Считалось, что после крещения малыш становится крепче здоровьем. Стоит упомянуть и то, что малыша в купели окунали в прохладную воду, тем самым запуская защитные реакции организма.


Источник фото: materinstvo.ru

Существовали свои «приметы», связанные и с таинством крещения. Например, считалось, что если комочек воска с отрезанной прядью волос поплывет — значит, ребенок будет здоровым, закружится — к счастью, а если утонет — это дурной знак. Об этом упоминает Л. Н. Толстой в романе «Война и мир»:

…Нянюшка сообщила ему, что брошеный в купель вощечок с волосками не потонул, а поплыл по купели.

Хорошим знаком был крик ребенка при опускании в купель.

Чепчик после крещения не снимали целых 12 дней. Крестильную одежду далее не использовали, а оставляли для крещения других детей, чтобы они были дружны между собой.

После родов — сразу в поле?

Конечно, по современным представлениям, на Руси не было отпуска по беременности и родам. Но представление о том, что женщины сразу после родов отправлялись работать в поле, далеко не верно.


Источник фото: materinstvo.ru А. Венецианов. На жатве. Лето

В начале 12-го века внучка Владимира Мономаха, Евпраксия, написала трактат о женской гигиене, в котором говорится, что беременная должна остерегаться усталости, а после трудных родин ей важно отдыхать и содержать свое тело в чистоте — мыться в бане каждые три дня. Кормящей матери следует всячески помогать — освобождать от тяжелой работы и давать дополнительное питание.

Отрывок из книги В. Бердинского «Крестьянская цивилизация в России»:

…А после родов роженицы кладутся на пол на ржаную солому, где лежат неделю. Во все это время каждый день, по два раза, согревается баня, куда она ходит в самой изорванной одежде с костылем в руке, чтобы показать, что роды ей дались нелегко — избежать «уроков», отчего можно заболеть. Из бани возвращаясь, нужно опираться на плечо повитухи или мужа.

Цитата из брошюры «Самоврачевание и скотолечение русского старожилого населения Сибири»:

Иные лежат в постели до пяти, даже до девяти „дёнъ“, если есть кому „ходить по-дому“… Шесть недель родившая считается полумертвой… Вот как эти ребята достаются! (…) По настоящему-то и корову ей нельзя доить шесть недель. Только это исполняют в больших семьях, где есть, кем замениться.

Женщины, находящиеся в суровых жизненных условиях, например во время войн, недавно овдовевшие, были вынуждены практически сразу после родов отправляться «в поле», так как кто-то должен был кормить семью. Мало кто знает о последствиях таких «ранних выходов». Эти женщины затем носили особую перевязь, которая проходила между промежностью и завязывалась на плече. Это приспособление придерживало выпадающие внутренние органы.

Недостаток гигиены, частые эпидемии, отсутствие медицинской помощи очень сильно сказывались на показателях материнской и детской смертности в те времена.

При этом надо признать, что в целом уровень здоровья, физической силы и крепости матерей был довольно высоким. Постоянная физическая активность, свежий воздух и натуральные продукты способствовали повышению защитных сил организма. Увы, многие из нас сегодня лишены всего этого, что сказывается в том числе на протекании беременности и родов.

Александра Лукашина
Materinstvo.ru

Нарисуй символ Нового года и получи эксклюзивную игрушку в подарок! Праздничный конкурс от Fancy

Как рожали,»доделывали», крестили, купали, кормили, и пеленали младенцев на Руси.


Рождение ребенка из древних времен славяне считали чудом и даром Божьим. Но одновременно с этим только родившийся младенец считался также опасным и нечистым, принадлежащим чуждому миру. Вот поэтому он в понимании общества нуждался в «очеловечивании и доделывании», подобно некоему мягкому материалу, из которого нужно было вылепить, «сотворить» человека.

Буквально вся жизнь женщины на Руси была сосредоточена на детях, потому как многодетность по тем временам была общест­венно необходима. И только она могла гарантировать воспроизводство населения после много­численных эпидемий и кровопролитных войн, которые из века в век уносили десятки тысяч жизней.

https://static.kulturologia.ru/files/u21941/0-deti-021.jpg» alt=» Похороны первенца. (1893). Ярошенко Николай.» title=» Похороны первенца. (1893). Ярошенко Николай.» border=»0″ vspace=»5″>


Таинство рождения

переходит из мира мертвых в мир живых».

Беременные деревенские женщины до самых родов находились в трудах и заботах, и рожать иногда им приходилось и в поле, и дома в одиночку, ну и конечно же с помощью бабок-повитух. Как правило, женщины рожали вне жилого дома. Чаще всего использовалась хорошо натопленная баня, или хлев. Чтобы женская плоть быстрее раскрылась и выпустила дитя, женщинам расплетали косы, распахивали сундуки и двери. Роженице обычно помогала бабка, знающая в этом толк.

https://static.kulturologia.ru/files/u21941/0-deti-006.jpg» alt=» Новое знакомство. (1885).

Повитуха должна была принять младенца, перерезать и перевязать пуповину, обмыть и «подправить» ребенка и еще пару суток присмотреть за ним, пока мать отлеживалась и приходила в себя.

Обрезание пуповины

Согласно ритуалам считалась, что пуповина ребенка должна быть отрезана ножом или серпом на расстоянии не менее трех сантиметров. Когда отсекали пуповину мальчику, то обязательно на дубовой плахе или же на топорище, а девочке — на ольховой доске или на веретене. Этот обряд подразумевал, что мальчик станет мастером на все руки, а девчушка — трудолюбивой рукодельницей. Перевязав пупок льняной ниткой, с вплетенными в нее волосами родителей малыша, повитуха тщательно его обмывала.


Обмывание

Немалое внимание уделялось первому омыванию ребенка, который должен был войти в мир людей. Повитуха в это время как бы пыталась «слепить» новорожденного. Она гладила его головку, придавая ей округлость, сжимала ноздри, формируя носик, равняла ручки и ножки. А после процедуры купания и формирования маленького тельца, дитя заворачивали в грязную отцовскую рубаху, так как считалось, что именно старая поношенная вещь будет служить связью между поколениями. Таким образом, ребенок пропитавшись духом отца, должен был быть приобщен к человеческому роду.

И что удивительно, в последующем младенца могли не купать до шести недель. При том он покрывался красной сыпью, которую называли «цветением» и в это время мыть его было запрещено категорически. Да и в дальнейшем ребенка не особо купали, его мыли со всеми домочадцами раз в неделю.

Доделывание» ребенка

В народе считалось, что дитя из утробы матери рождается «сырым», отсюда и пошел обряд в некоторых регионах «доделывания» и «допекания». Малыша заворачивали в пресное ржаное тесто, привязывали к лопате и сажали в теплую печь подобно хлебу. Недоношенного или слабого малыша мать «перераживала», трижды протаскивая свое чадо через ворот сорочки сверху вниз, тем самым импровизируя возврат ребенка в иной мир и повторное его рождение.

Наречение именем

Приняв роды и омыв младенца, повитуха шла к священнику, который должен был окрестить ребенка и дать ему имя. И лишь в редких случаях, когда дите было очень слабое и вот-вот могло умереть, повитухе разрешалось окрестить ребенка, окунув его трижды в купель, и дать ему имя.

https://static.kulturologia.ru/files/u21941/219416765.jpg» alt=»Крещение младенца.

Крестными родителями новорожденного выбирали родственников, отдавая предпочтение молодым и холостым. Во многих местностях России было принято ребенку иметь одного крестного. Мальчика крестил крестный отец, а девочку — крестная мать.

Крестные родители должны были выкупить новорожденного младенца у бабки-повитухи на третий день после рождения и нести его в церковь. Согласно обычаю, по дороге к храму кумовьям запрещалось оглядываться и разговаривать. Само же крещение приравнивалось к рождению, которое уже было «настоящим», когда малыш должен был быть включен в мир людей. При этом крестные родители обязательно должны были подарить крестнику крестик, пояс и рубаху. Именно эти предметы отличали человека крещеного.

https://static.kulturologia.ru/files/u21941/0-deti-001.jpg» alt=»Алексей Венецианов. «Первые шаги» (начало 1830-х)» title=»Алексей Венецианов. «Первые шаги» (начало 1830-х)» border=»0″ vspace=»5″>

И существовало немало примет по которым определялась доля или ее отсутствие. Так, к примеру, если малыш рождался лицом вниз значило, что скоро умрет; если же с длинными волосами на руках, на ногах или в «сорочке» — будет счастлив; с перевитой пуповиной — будет солдат; дочь, похожая на отца, или сын, похожий на мать, — счастливы.

Очень часто доля получала свое воплощение в сваренной каше для «крестинного» обеда, на который приглашали всех глав семей деревни и после чего каждого наделяли частью каши, предназначенной для их детей. Таким образом каждый ребенок символически получал свою часть доли после очередного перераспределения.


Пеленание ребенка

В деревенском быту было заведено туго пеленать малыша почти до полугода в пеленки, сверху затягивая поясом — «свивальником». Дитя имело вид кокона и по предположению женщин это хорошо выравнивало ножки и ручки и должно было способствовать крепкому сну.

соску». Это была тряпочка, с завернутым в нее толченым сладким кренделем, или подслащенной простой кашкой.

Малышу очень рано приходилось испробовать коровье молоко, хлеб, и каши, и все то, что ели взрослые члены семьи. А ежели он был рожден летом, то и вовсе рассчитывать на грудное молоко ему не приходилось. Больше везло тем у кого в семье была еще одна мать, кормящая ребенка, тогда женщины кормили детей поочередно.

На хрупких женских плечах держалось все хозяйство, полевые работы и домашние, связанные с приготовлением еды, стиркой, уборкой, а также рождение и воспитание детей. Все эти тяготы жизни очень быстро подрывали их здоровье и женщины умирали достаточно рано.

Не менее интересна история о том 200 лет тому назад.

«>

Во все времена люди с благоговением относились к беременной женщине, роженице, матери. Еще век назад в семьях воспитывалось много детей, беременность и роды были желанным и естественным для любой женщины событием. Семья, благословенная детьми, считалось в народе, — будет счастлива. Стать матерью и быть ею в полном смысле этого слова стремилась каждая женщина.

Для большинства наших прародительниц, вплоть до середины ХХ-го века, цель жизни состояла в исполнении материнских и супружеских обязанностей как душеспасительного служения, в рождении и воспитании детей. Вспомним, что только ХХ-й век подарил женщине палитру разнообразных интересных профессий и, возможно, отобрал умение быть матерью. Исходя из жизненной цели, выстраивалось и отношение к беременности и родам.

Традиции, связанные с беременностью и родами, были знакомы каждой женщине и передавались из поколения в поколение, от матери к дочери. Еще не достигнув супружеского возраста, девочки, девушки становились участниками процессов вынашивания, рождения и воспитания детей.

В маленьких городках, селах семьи жили в небольших домах и волей-неволей девушки видели, как рожали их матери. Старшие дети могли и оказывать посильную помощь: принести воды, подать необходимое, присмотреть за младшими детьми. Поэтому, вступая в детородный возраст, женщины не имели страха перед беременностью и родами, относились к ним как к желаемым и естественным событиям. У женщин в старину было намного меньше страхов, связанных с беременностью и родами, чем у нас, живущих в ХХІ-м веке.

Поскольку рождение ребенка — великое таинство природы, существовало множество обрядов проведения беременности и родов. У каждого народа складывались свои обычаи, посвященные беременности и родам. Мы поговорим о тех, которые сложились у нашего народа. Прежде всего, следует отметить, что весть о беременности, несмотря на многочисленность семей и всю сложность быта, нашим прабабушкам приносила радость. Будущую маму оберегали от тяжелой работы, плохих новостей, ссор. В ее присутствии запрещалось ругаться, сквернословить, ей нельзя было отказать в исполнении просьбы.

Как должно вести себя беременной женщине?

Сама беременная, как считалось, должна была вести благочестивый образ жизни. Внутри нее Господь творит душу и тело человека, и как ни в какой другой период жизни беременной необходимо заботиться о своей душе, быть любящей, милостивой, доброй, кроткой, правдивой, улучшать свои душевные качества, трудиться над исправлением своих пороков. Носящей во чреве следует удерживаться от раздражения, гнева, зависти, гордости, пустословия, злобы, испуга, уныния во всех их проявлениях. Ибо все чувства, мысли, поступки, которые наполняют мать в период ожидания ребенка, непременно передадутся малышу.

В народе существовало поверье, что, например, если беременная совершит дурной поступок, то у младенца могут быть родимые пятна. Беременная женщина должна была следить за красотой своего поведения: плавно двигаться; следить за тем, что под ногами, чтобы не споткнуться; ходить осторожно. В народе говорили, что если беременная будет жевать на ходу, то ребенок будет крикливым. Строго настрого беременным запрещалось работать в праздничные дни, заниматься рукоделием. Предостережением служило поверье, что если женщина будет работать в неположенное время, ребенок в родах запутается пуповиной. Вместе с тем, женщины выполняли посильную работу и по дому, и в поле. Следовало удерживаться от лености и сонливости, быть бодрой, проворной на всякую работу, чтобы и дитя было трудолюбивым.

Нельзя было беременной женщине и слишком печалиться, даже если кто-то из близких умрет. Ее святая обязанность -в ыносить и родить ребенка. Беременным запрещалось ходить на похороны, кладбище, чтобы слишком не расчувствоваться и не повредить плоду. В народе широко были распространены и суеверия, дошедшие к нам с языческих времен. Среди них: нельзя вешать белье, вязать, держать иголку в руках, стричь волосы. Суеверия как раз наполняли женщин необоснованными страхами. В целом, народные традиции, сложившиеся на протяжении веков, старались удержать беременных женщин от всего, что может принести им вред.

Носить дитя под сердцем старались с молитвою. Беременность и предстоящие роды — события, которые показывают величие жизни. Женщины обращались за помощью к Святой Троице, Божьей Матери, святым, старались читать молитвенное воздыхание беременной, чаще исповедовались и причащались Святых Таинств. Перед родами было принято брать благословение у священника и служить молебен с акафистами в честь икон Божьей Матери «Феодоровская», «Помощница в родах». Благодаря молитвам к этим иконам Богородицы случались и чудеса в родах: не могущие разрешиться от бремени — разрешались, сильные родовые боли — проходили, и даже открывающиеся кровотечения в родах — останавливались.

Как проходили роды?

Деревенские женщины и многие горожанки не знали специальных приготовлений к родам, до последней минуты они выполняли свои семейные обязанности. Очень часто у сельских женщин роды происходили во время работы: в поле, на дороге, на ярмарке. О родах украинок, современниц наших пра-прабабушек, рассказывают: «Бывало придет баба с поля, а в подоле — дитя. Пшеницу жала и рожала. Охала, ахала, дитя принесла, сама серпом пуповину и перерезала». Рассказывали и такие истории: «Пойдет баба на ярмарок, приходит — с дитятею. И приданное ему купила». Исследователи-этнографы заметили, что сельские женщины рожали легче городских, поскольку сами больше трудились, были крепче здоровьем.

Если роды протекали дома, конечно, старались пригласить в дом, повитуху или акушерку. Кстати, профессиональные акушерки появились в российских землях только в 1797 г., при царствовании императрицы Марии Федоровны, которая основала Повивальный институт. До этого повивальное искусство передавалось от матери к дочери или у повитух были помощницы, которым они передавали свои секреты. Как правило, повитухами были опытные, не раз рожавшие женщины, которые оказывали помощь в родах и знали в этом толк. Помимо умения принимать роды, повитуха должна была обладать безупречной репутацией, быть доброй, кроткой, молчаливой, ловкой, трудолюбивой.

Повитуха приходила в дом, крестясь, переступала порог и читала молитву, а потом принималась за дело. Перед иконами теплилась лампада, зажигались Сретенские, Пасхальные свечи, кто-то из членов семьи читал молитвы, Евангелие, призывая на помощь Господа. В родах испрашивали помощи у святых великомучениц Варвары и Екатерины. Повитуха направляла действия женщины в родах, заваривала напитки из трав, делала растирания, поддерживала промежность, окропляла роженицу святой водой. Главным образом, повитуха должна была подхватить новорожденного, чтоб не упал, не ударился. В родах женщине полагалось ходить, переступать через пороги. Роженице распускали волосы, развязывали все узлы на одежде. В доме открывали все сундуки, двери, символично помогая процессу раскрытия шейки матки. Если роды затягивались, затруднялись, повивальная бабка просила пойти в церковь и попросить священника помолиться о роженице и открыть Царские врата.

В Украине для облегчения родовых болей применяли отвары из цвета ржи, клали роженице теплые компрессы из соли и семян льна, устраивали теплые купели из капустного листа и шелухи лука. В России женщины рожали в банях, там и от глаз подальше, и тепла больше, и боли меньше в натопленном местечке.

Как только дитя родится, повитуха начинала читать молитву, кропила дитя и мать Святой водой, давала матери, прикладывала к груди. Только потом ребеночка мыли, пеленали, давали отцу или клали в колыбель или на печь. Что касается присутствия мужа в родах, то в одних регионах Украины приветствовалось его участие: муж вместе с женой стонал, пел молитвы, приседал, поддерживал жену под спину, бедра. Есть местности, где муж забирал детей и шел к родственникам, оставляя жену на попечение повитухи.

Повитуха ожидала рождения плаценты, которую называли «место» и помогала завязать и перерезать пуповину. Перерезали пуповину на Библии. Бывало и так, что пуповину мальчика обрезали на топоре, а девочки — на гребне, это связывалось с приобретением в будущем достойных мужских и женских качеств и умений. Завязывалась пуповина льняной или конопляной нитью, «чтоб в семье дальше рождались дети». Пуповину отрезали и перевязывали с молитвой и пожеланиями долгих лет, здоровья, счастья. Если рядом был отец, то пуповину доверяли перерезать ему. После того как пуповина отсохнет, ее клали между иконами в сундук, сохраняя до семилетия ребенка. По достижению семи лет пуповину вынимали и давали ребенку развязать. Если дитя справлялось с заданием, то будет смекалистым, трудолюбивым.

Плаценту — «место» или «послед», «гнездо» закапывали там, где ребенок родился, в доме или во дворе под молодое плодовое дерево.

После родов: как это было

Первые три дня мама держала дитя на руках или в колыбельке, которую делал отец. Повитуха приходила в дом и после родов, смотрела на состояние матери и ребенка, помогала помыться, купала новорожденного в купели с настоем трав, заваривала матери травы для облегчения послеродового периода. В первые дни после родов женщина отдыхала, устраивали «родины», в которых участвовали женщины-родственницы, соседки, подруги. Если их помощь требовалась, они помогали по хозяйству, и приносили с собой угощение. Как правило, через 3-5 дней мама уже возвращалась к домашним делам. Ребенка старались покрестить как можно скорее, чтобы дитя могло стать полноправным членом Церкви Христовой и было защищено Ангелом-Хранителем от злых сил. По истечению сорока дней после родов женщина приходила в церковь, где совершался обряд очищения и введения в храм.

Так рожали в старину. В наше время женщины утратили во многом умение рожать своих детей в гармонии с естеством организма и природой. Несмотря на развитие цивилизации, развитие и совершенствование медицинских приборов мы, живущие в ХХІ-м веке, потеряли навыки рождения детей и вынуждены снова обучаться им. На курсах по подготовке к родам беременные женщины учатся вновь умению проводить схватку и потугу, дыханию в родах и многому другому. Нашим прапрабабушкам такие курсы были не нужны, умение быть матерью своему ребенку передавалось из поколения в поколение, преподавалось самой жизнью. Возможно, изучая традиции рождения в разных культурах, мы сможем пополнить свои умения и знания о самом волнующем событии в жизни семьи — рождении ребенка?

Родов в Древней Руси. Роды женщины в древности Как рожали женщины в славянские времена

Сейчас много говорят о том, как в старину устраивался быт беременной и недавно родившей женщины. Есть мнение, что беременные и рожавшие как сыр в масле катались. Особенно грешат сторонники так называемых естественных родов, длительного грудного вскармливания и совместного сна, выдумывая всякие небылицы.А как обстояли дела на самом деле?

Увы, ничего этого не произошло. Женщины, как правило, узнавали о беременности довольно поздно, так как единственным достоверным признаком того, что женщина беременна, были явные шевеления плода. То есть, когда женщина переставала «рубашку», она предполагала, что «потяжелела», но о беременности говорили только после того, как плод начал шевелиться.

То, что к якобы беременным женщинам в России относились с почтением, — это миф. Беременность часто воспринималась как помеха и всегда как нечто совершенно обыденное: подумаешь, натерпелась, худое дело не хитрое.Беременность не воспринималась как таинство, это был естественный процесс, который стоил не больше внимания, чем легкий насморк. В старину считалось, что выкидыш у женщины может быть только по двум причинам: за грехи или «наделал», а не от тяжелой работы, поэтому никаких поблажек беременная не получала, она по-прежнему много и упорно работала. , делая всю ее домашнюю работу. Как свидетельствуют историки, нередко женщина шла рожать, бросив в корыто нижнее белье или несмешанное тесто. Что касается родов в поле, о которых так любят говорить почитатели естественного образа жизни, то это, конечно, иллюзия, что женщины отложили серп, родили и тут же вскочили на ноги, чтобы продолжить свое дело. — «и ничего», и все.якобы они были здоровы и крепки.


Несмотря на то, что такие роды были не редкостью, ни одна здравомыслящая женщина не захотела разрешиться в поле. Да, были случаи родов прямо в стоге сена, но это не было нормой. Если начало родины застало женщину в поле, то она старалась попасть домой, чтобы роды прошли в более подходящих условиях. Ну, а если была телега, то ее можно было довезти до избы, однако бывало, что женщина, которую трясло в телеге, рожала прямо в ней.В других случаях роженица добиралась домой пешком. Те, кто не успел добраться до дома, рожали в поле. Роды случались и на берегу реки во время полоскания белья, случалось, что женщины успевали родить во время «шоппинга» — на ярмарке.

Роды принимала акушерка, она акушерка. Это женщина, овладевшая искусством родовспоможения и оказывающая помощь роженицам. Акушерка контролировала весь процесс родов, которые могли длиться несколько дней, в случае необходимости принимала меры по исправлению положения плода, ускорению родов, пеленала новорожденного ребенка — вертела, от чего, собственно, и произошло название этих древние повивальные бабки — родом повивальные бабки.Кстати, в обязательный курс послеродового восстановления входило и родовспоможение родильницы — бабушка через два-три дня отводила ее в баню, где распаренную женщину «правил живот» и то на несколько часов, а при необходимости , в течение нескольких дней ее туго перетягивали тканевыми бинтами — это служило профилактикой грыж и выпадения матки. Но пеленание не всегда спасало от этой беды.

Как на самом деле прошли роды?

Понимая, что женщине пора рожать, свекровь, мать или другая женщина в семье посылала кого-то или сама следовала за акушеркой.Опять же, из опасения, что роженице могут навредить злые духи, пошли окольными путями и бабушку назвали не в прямом тексте, а иносказательно: «Если бы ты пришла посмотреть на нашу корову, иначе ты обещала, а ты не идут». Услуги акушерки оценивались примерно в десять копеек, один хлеб и один пирог. Если свекровь скупилась, и договориться о цене не удавалось, то женщине приходилось рожать без более или менее квалифицированной помощи.

«Жнец», К.Маковский

Роженицу обычно водили в баню с подогревом — самое чистое помещение во дворе. Те, кто по бедности не мылись, рожали прямо в избе. Там, в сопровождении акушерки, роженица переживала период родов. Способов ускорить роды было много. Женщина обычно переносила схватки стоя: ее ставили в дверной проем и заставляли висеть на перекладине или на поводьях, перекинутых через перекладину. Если процесс затягивался, то роженицу можно было трижды обвести вокруг стола, заставить дуть в бутылку, опрокинуть на доску (поставить на широкую доску и резко передвинуть из перевернутого положения в изнаночное), заставить подняться по лестнице на сеновал и спуститься обратно, внезапно облив ведром ледяной воды или уговорив других женщин ворваться в баню с криками «Мы горим! Огонь! », пока колотят по корытам скалками.

Если дела были совсем плохи, то отправляли молебен к священнику и открывали Царские врата — последнее считалось особенно действенным. Ни о каком кесаревом сечении для простой крестьянки не могло быть и речи. Если послед после родов плохо отошел от плаценты, то женщине засовывали в рот пальцы или волосы — считалось, что возникающие рвотные позывы способствуют отделению плаценты. Неудивительно, что при таком родовспоможении в дореволюционной России каждые седьмые роды заканчивались смертью женщины.Так что разговоры о том, что в старину рожать было легко, тоже не более чем вымысел.

Мужчины никогда не присутствовали при родах. Исключение составляли случаи, когда требовалось провести с роженицей какие-то манипуляции, например, поднять ее на доску. Только тогда можно было позвать на помощь мужчин, которые, оказав необходимую помощь, тут же ушли. Никто и подумать не мог о такой прихоти, как о совместных родах.

Пуповина новорожденного перевязана льняной нитью и перерезана; в некоторых районах было принято, чтобы акушерка перегрызла пуповину.Пригласить врача на роды могли себе позволить только городские жители при условии их платежеспособности. О такой роскоши, как роды в родильном доме, не могло быть и речи. Загвоздка в том, что самый первый родильный дом появился в России в Москве в 1764 году и предназначался не для удобства рожениц и новорожденных, а для того, чтобы уменьшить число «уличных» родов у гуляющих женщин, которые тогда обычно бросали своих новорожденных в канализацию или на свалку. Родить в таком роддоме было позором для добропорядочной женщины, поэтому, по сути, до начала ХХ века рожали исключительно дома.

Женщине давали лежать трое суток, после тяжелых родов — до девяти суток, затем ее поднимали наверх, и «выгуливала» ее та же акушерка. Однако это было возможно только в многодетных семьях, где было кем заменить женщину. В состоятельных семьях роженицу освобождали от работы на весь послеродовой период — шесть недель. Если семья жила обособленно, в собственном доме, без родственников, то мать была вынуждена вставать почти через час после родов и приступать к своим обычным домашним делам.Если роды были летом, то через три дня, максимум через неделю, женщина уже шла в поле: считалось, что роды способствуют быстрейшему выздоровлению. Из-за этого многие женщины получили массу послеродовых осложнений в виде грыж, кровотечений, опущения матки. Единственная помощь, которую они получали, была от односельчан: на неделю-две они ездили к матери, чтобы поздравить ее с новорожденным, и в обязательном порядке привозили с собой готовую еду, что позволяло хоть как-то облегчить ее домашние дела. .

Вопреки распространенному мнению, младенец не брал грудь сразу после рождения. Молозиво обычно сцеживали — оно считалось «плохим», «ведьминым молоком», способным вызвать у младенца болезнь. Нас кормили грудью по возможности, насколько позволяла занятость матери. Часто женщина просила родственницу или соседку, которая не так занята домашними делами, покормить ее ребенка. Если позволяли условия, то женщины стремились кормить грудью как можно дольше, «пока дитя не устыдится», но не ради самого кормления, а для того, чтобы не забеременеть, — по результатам опросов крестьянок в XIX века 80% женщин хотя бы раз в сутки кормили детей грудью, критические дни отсутствовали в течение трех-четырех, а иногда и семи лет.В то время грудное вскармливание было достаточно надежным методом предохранения.

Конечно, ни о какой культуре сексуальных отношений не могло быть и речи. По словам историков тех времен, когда, как и сколько всегда решал крестьянин. И в этом вопросе опять возобладало потребительское отношение к женщинам. Мужья лезли удовлетворять свою похоть, совершенно не считаясь с самочувствием и состоянием женщины: ни критические дни, ни беременность, ни недавние роды, ни усталость не были поводом «ждать».Он хочет — она ​​должна. В этой ситуации супружеский долг нередко превращался в самое обычное жестокое насилие. И не было ничего удивительного в том, что часто у женщины, едва родив, через месяц-другой снова оказывался «живот», и все повторялось по кругу…

В России до XVIII века и акушерство, и гинекология находились на более низкой ступени развития, чем во многих других странах, и даже не делились на разные отрасли медицины.В языческой Руси беременные женщины призывали на помощь богов, приносили им жертвы, колдовали, верили в приметы и чудодейственную силу растений. Самым «сильным» амулетом, кстати, считалась всесильная трава. По одним данным, это белая речная кувшинка, по другим — зверобой, а по другим — растение из рода молочая.

С этим было немного лучше, когда Русь уже приняла христианство: беременная женщина могла рассчитывать только на помощь самой старой и опытной женщины в семье или акушерки.Вот что предписывали суровые правила Домостроя: «Исцеление должно совершаться милосердием Божиим, истинным покаянием, благодарением, и прощением, и милосердием, и нелицемерной любовью ко всем». Вот именно, и никаких врачей! При этом русские женщины упорно продолжали, и правильность некоторых из этих убеждений, как ни странно, в той или иной степени подтверждает современная медицина.

Бабушкины суеверия

— Беременной женщине нельзя есть тайком и наспех. Исходя из логики, беременная женщина будет тайком есть, если, например, она способна вызывать аллергию. Так же и с едой на скорую руку: пища недостаточно перерабатывается, а значит, хуже усваиваются питательные вещества. Все это вредит плоду.

Беременная женщина не должна сидеть со скрещенными ногами. Ведь в таком положении нарушается кровообращение в ногах, что может привести к варикозу.

Беременной женщине нельзя поднимать руки и спать на спине. Врачи подтверждают это в ряде случаев при поздних сроках беременности: есть риск преждевременных родов и осложнений.

Беременным женщинам нельзя носить украшения из золота и серебра. Здесь медицина не ставит абсолютных запретов, но все же беременные женщины склонны к отекам, и им стоит отложить ношение любимых украшений «на потом». Ведь у многих будущих мам есть отеки не только на ногах, но и на руках.

Беременным нельзя смотреть на уродства, пожары, присутствовать на скандалах, драках, похоронах. Не нужно быть экспертом, чтобы оценить всю глубину этой народной мудрости: отрицательные эмоции будущей маме совершенно противопоказаны. Ей прописан психологический комфорт. Даже беременным женщинам строго запрещалось злословить, воровать и пить. Этот запрет также не требует отдельных комментариев.

В то же время, даже по сей день, они пришли к самому, не поддающемуся рациональному объяснению. Например, почему беременной нельзя вязать, шить и вышивать? Или почему будущая мама не может сама заранее позаботиться о приданом для малыша?

Иван Грозный и родовспоможение

В каждой русской семье — от крестьянской до боярской — всегда было много детей, роды повторялись из года в год, а потому не воспринимались как какое-то экстраординарное событие.Люди радовались, если пополнение в семье шло благополучно, и с философским смирением воспринимали потерю малыша. Первую попытку как-то систематизировать акушерство государство предприняло лишь в конце XVI века.

«Грозный царь» не оставил в народе доброй памяти. Между тем некоторые его начинания вполне можно назвать прогрессивными для своего времени. Так, именно при Иване Грозном был создан Аптекарский приказ. По сути, это первый государственный орган, который управляет системой здравоохранения, в том числе родовспоможения.Было определено, что мужчины не имеют права заниматься акушерством, а в родах должна принимать участие повивальная бабка или повивальная бабка (от «крутить» — брать младенца). Эта еще не имела необходимого образования, но уже опиралась на собственные знания и знания, накопленные в ее семье и передававшиеся из поколения в поколение.

Институт акушерства

Кто может стать акушеркой? Пожилая женщина, часто вдова и всегда «детская». Старый историк пишет: «Девушка, хоть и пожилая женщина, не может быть повивальной бабкой.Какая же она бабушка, если сама ее не мучила? С ней трудно рожать, и дети не всегда будут живы…». На все трудные роды приглашалась акушерка, обязательно мыла и парила роженицу с новорожденным в ванне и ухаживала за ним первые дни.

Очередной прорыв в акушерстве и гинекологии произошел в середине 18 века. В России стали выпускать «акушерок с дипломом»: открывались акушерские институты и акушерские школы.Эти специальные учебные заведения готовили высшие и средние медицинские кадры в области акушерства. У «акушерки» было высшее медицинское образование, по факту она была акушером-гинекологом; У «деревенской акушерки» было среднее медицинское образование. Были и просто «акушерки» — слушатели, получившие заочное образование. Их работа уже не шла своим чередом, а строго регламентировалась особым уставом.

Акушерка начала с того, что одела роженицу в чистую рубашку, напоила крещенской водой и зажгла свечу перед иконами.Она строго следила за тем, чтобы в доме были развязаны все узлы: от кос женщин до замков на дверях. Дескать, так роды быстрее закончатся. Несмотря на свой профессионализм, акушерка оказывала будущей маме колоссальную психологическую помощь, постоянно твердя, что все будет хорошо. она обвязывала новорождённого ниткой, обвитой волосами матери, — чтобы связь между ними осталась на всю жизнь.

Сразу после рождения акушерка выполняла действия, аналогичные современной бэби-йоге: разглаживала ручки, ножки, животик малыша, «правила» головку.Если малыш был слаб, то акушерка могла… отправить его в печь. Новорожденный был там трижды на широкой деревянной лопате при малейшей жаре. Это было символическое действие: малыша как бы «выпекали», чтобы он рос здоровым и крепким.

Не мужское дело

Так модно нынче наши предки и во сне не могли мечтать. Мужу было приказано держаться подальше от рожающей жены, но все же быть в пределах досягаемости. Ведь если что-то пойдет не так, то именно он должен был усердно молиться и ходить с образами по дому.

И лишь Петру Первому удалось слегка пошатнуть устоявшиеся традиции: во времена его правления наконец-то появилась возможность допускать к роженице врача-мужчину. Великий реформатор всячески привлекал в Россию европейских врачей, издав специальный указ, согласно которому обязывал иностранцев готовить наших врачей. А кроме того, одаренная молодежь получила возможность учиться за границей, в том числе и медицине. Вскоре в нашей стране были открыты школы «для врачебной и хирургической практики», постепенно совершенствовалось акушерское образование.Появились первый учебник «Как женщина должна поддерживать себя во время беременности, во время родов и после родов», первые учебники для будущих акушеров-гинекологов и первые талантливые русские ученые. Самое известное имя того времени — теоретик и практик акушерства и гинекологии Нестор Амбодик-Максимович, который первым в нашей стране применил акушерские щипцы. Но это новая страница в истории родовспоможения в России, заслуживающая отдельного рассказа.

Во все времена люди с почтением относились к беременной женщине, роженице, матери. Столетие назад многие дети воспитывались в семьях, беременность и роды были желанным и естественным событием для любой женщины. Семья, благословленная детьми, считалась в народе счастливой. Каждая женщина стремилась стать и быть матерью в полном смысле этого слова.

Для большинства наших предков вплоть до середины ХХ века целью жизни было исполнение материнского и супружеского долга как душеспасительное служение, в рождении и воспитании детей.Напомним, что только XX век подарил женщине палитру различных интересных профессий и, возможно, отнял способность быть матерью. На основе жизненной цели строилось и отношение к беременности и родам.

Традиции, связанные с беременностью и родами, были знакомы каждой женщине и передавались из поколения в поколение, от матери к дочери. До достижения брачного возраста девочки и девушки становились участниками процессов вынашивания, рождения и воспитания детей.

В маленьких городках и селах семьи жили в домиках и волей-неволей девочки видели, как рожают их матери. Старшие дети тоже могли оказать посильную помощь: принести воды, обеспечить необходимым, присмотреть за младшими. Поэтому, вступая в детородный возраст, женщины не боялись беременности и родов, относились к ним как к желательному и естественному событию. У женщин в старину было гораздо меньше страхов, связанных с беременностью и родами, чем у нас, живущих в 21 веке.

Так как рождение ребенка является великой тайной природы, было много обрядов беременности и родов. У каждого народа были свои обычаи, посвященные беременности и родам. Мы будем говорить о тех, которые сложились у нашего народа. В первую очередь следует отметить, что известие о беременности, несмотря на большое количество семей и всю сложность жизни, доставило радость нашим прабабушкам. Будущая мать оберегалась от тяжелой работы, плохих новостей, ссор. В ее присутствии запрещалось ругаться матом, ругаться матом, ей нельзя было отказать в исполнении просьбы.

Как вести себя беременной женщине?

Сама беременная женщина, как считалось, должна была вести благочестивый образ жизни. Внутри нее Господь творит душу и тело человека, и как ни в какой другой период жизни беременной женщины необходимо заботиться о ее душе, быть любящей, милосердной, доброй, кроткой, правдивой, исправлять ее. душевных качеств, работать над исправлением своих пороков. Носитель в утробе матери должен воздерживаться от раздражения, гнева, зависти, гордыни, пустословия, гнева, страха, уныния во всех их проявлениях.Ведь все чувства, мысли, действия, которыми наполнена мама в ожидании малыша, обязательно перейдут к малышу.

Существовало поверье, что, например, если беременная женщина совершит плохой поступок, то у ребенка могут быть родимые пятна. Беременная женщина должна была следить за красотой своего поведения: двигаться плавно; следи за тем, что у тебя под ногами, чтобы не споткнуться; ходить осторожно. В народе говорили, что если беременная женщина жует на ходу, ребенок будет громким. Беременным строго запрещалось работать в праздники или заниматься рукоделием.Предостережение заключалось в убеждении, что если женщина будет работать в неподходящее время, ребенок во время родов запутается в пуповине. При этом женщины выполняли всю работу, которую могли, как дома, так и в поле. Следует воздерживаться от лени и сонливости, быть энергичным, подвижным в любой работе, чтобы ребенок был трудолюбивым.

Беременная женщина не может слишком грустить, даже если умирает кто-то из ее близких. Ее священный долг – выносить и родить ребенка. Беременным женщинам запрещалось ходить на похороны, кладбища, чтобы не слишком взволноваться и не повредить плод.В народе были широко распространены суеверия, дошедшие до нас из языческих времен. Среди них: нельзя вешать нижнее белье, вязать, держать в руках иголку, стричь волосы. Суеверия наполняли женщин необоснованными страхами. Вообще народные традиции, сложившиеся веками, старались уберечь беременных женщин от всего, что могло бы им навредить.

Ребёнка пытались носить под сердцем с молитвой. Беременность и предстоящие роды – события, показывающие величие жизни.Женщины обращались за помощью к Святой Троице, Богородице, святым, пытались прочитать молитвенное воздыхание беременной, чаще исповедовались и причащались Святых Таин. Перед родами принято было брать благословение у священника и служить молебен с акафистами в честь икон Божией Матери «Феодоровская», «Помощница в родах». Благодаря молитвам этим иконам Божией Матери в родах происходили чудеса: разрешались те, кто не мог избавиться от бремени, проходили сильные родовые схватки и даже прекращались кровотечения, открывшиеся во время родов.

Как прошли роды?

Деревенские женщины и многие горожанки не знали особой подготовки к родам, до последней минуты выполняли свои семейные обязанности. Очень часто сельские женщины рожали во время работы: в поле, в дороге, на ярмарке. О родах украинок, современниц наших прапрабабушек, говорят: «Бывало, с поля приходила баба, а в Подоле — дитя. Ужалила и родила пшеницу. Огала, ахала, дитя принесла и сама перерезала пуповину серпом.Еще рассказывали такие истории: «Поедет баба на ярмарки, придет с ребенком. И она что-то ему купила». Исследователи-этнографы заметили, что сельские женщины рожали легче, чем городские, потому что сами больше работали и имели лучшее здоровье.

Если роды протекали дома, конечно, старались пригласить повивальную повивальную бабку в дом.Кстати, профессиональные повивальные бабки появились в русских землях только в 1797 году, во времена правления императрицы Марии Федоровны, которая основала Повивальный институт.До этого повивальные бабки передавались от матери к дочери или у повивальных бабок были помощники, которым они передавали свои секреты. Как правило, повивальными бабками были опытные женщины, не раз рожавшие, оказывавшие помощь в родах и знающие в этом толк. Помимо умения рожать, повивальная бабка должна была иметь безупречную репутацию, быть доброй, кроткой, молчаливой, ловкой, трудолюбивой.

Акушерка вошла в дом, перекрестилась, переступила порог и прочитала молитву, а потом принялась за дело.Перед иконами горела лампада, зажигались Сретенская и Пасхальная свечи, кто-то из членов семьи читал молитвы, Евангелие, призывая на помощь Господа. В родах просили помощи у святых великомучениц Варвары и Екатерины. Повивальная бабка руководила действиями роженицы, варила напитки из трав, делала растирания, поддерживала промежность, окропляла роженицу святой водой. В основном акушерке приходилось поднимать новорожденного, чтобы он не упал, не ударился.В родах женщине полагалось ходить, перешагивать пороги. Роженице распустили волосы, развязали все узлы на одежде. В доме были открыты все сундуки и двери, символически помогая процессу раскрытия шейки матки. Если роды затягивались, то были в убытке, повивальная бабка просила пойти в церковь и попросить священника помолиться за роженицу и отворить Царские врата.

В Украине отвары ржаного цвета применяли для облегчения родовых схваток, роженицам прикладывали теплые компрессы из соли и семян льна, устраивали теплые ванны из капустного листа и луковой шелухи.На Руси женщины рожали в банях, где и далеко от глаз, и тепла больше, и меньше боли в нагретом месте.

Как только ребенок родился, акушерка начала читать молитву, окропила ребенка и мать святой водой, подала матери, приложила к груди. Только после этого младенца купали, пеленали, отдавали отцу, клали в люльку или на печь. Что касается присутствия мужа при родах, то в некоторых регионах Украины его участие приветствовалось: муж стонал вместе с женой, пел молитвы, сидел на корточках, подпирал жену под спину, бедра.Есть районы, где муж забирал детей и уезжал к родственникам, оставляя жену на попечение акушерки.

Акушерка дождалась рождения плаценты, которую назвала «местом» и помогла перевязать и перерезать пуповину. Перережьте пуповину на Библии. Случалось и так, что мальчикам отрезали пуповину на топоре, а девочкам — на гребне, это было связано с приобретением в будущем достойных мужских и женских качеств и умений. Пуповину перевязывали льняной или конопляной нитью, «чтобы дети рождались дальше в семье.Пуповину отрезали и перевязывали с молитвой и пожеланиями долгих лет, здоровья и счастья. Если отец был рядом, то пуповину доверяли перерезать его. После высыхания пуповины ее помещали между иконы в сундучке,содержание ребенка до семилетнего возраста.По достижении семилетнего возраста пуповину удаляли и разрешали ребенку развязывать.Если ребенок справился с заданием,то он будет сообразительным,трудолюбивым.

Плаценту — «место» или «послед», «гнездо» закапывали там, где родился ребенок, в доме или во дворе под молодым плодовым деревом.

После родов: как это было

Первые три дня мать держала ребенка на руках или в колыбели, которую сделал отец. Повивальная бабка приезжала на дом после родов, смотрела на состояние матери и ребенка, помогала умываться, купала новорожденного в купели с травяным настоем, заваривала матери травы для облегчения послеродового периода. В первые дни после родов женщина отдыхала, устраивала «родины», в которых участвовали родственницы, соседки, подруги.Если нужна была их помощь, они помогали по хозяйству и приносили с собой еду. Как правило, через 3-5 дней мать уже возвращалась к домашним делам. Ребенка старались как можно скорее крестить, чтобы ребенок мог стать полноправным членом Церкви Христовой и быть защищенным Ангелом-Хранителем от злых сил. По истечении сорока дней после родов женщина приходила в церковь, где совершался обряд очищения и введения в храм.

Так рожали в старину. В наше время женщины во многом утратили способность рожать своих детей в гармонии с природой тела и природой. Несмотря на развитие цивилизации, развитие и совершенствование медицинских приборов, мы, живущие в 21 веке, утратили навыки рождения детей и вынуждены учиться им заново. При подготовке к родам беременные заново учатся умению осуществлять схватки и потуги, дыханию во время родов и многому другому.Нашим прапрабабушкам такие курсы были не нужны, умение быть мамой своему ребенку передавалось из поколения в поколение, учила сама жизнь. Может быть, изучая традиции рождения в разных культурах, мы сможем пополнить свои навыки и знания о самом волнительном событии в жизни семьи – рождении ребенка?

«Мама должна быть сильной. Спартанцы считали, что только сильная мать родит сильного воина. По нынешним меркам, если женщина в беге развивает скорость более четырех своих ростов в секунду, если она 5-10 раз подряд поднимает ноги с виса на турник и может подтягиваться до подбородка, тогда это обещает более легкие, быстрые и безболезненные роды.

Будущей маме полезно не только «гулять на свежем воздухе, но и бегать, плавать, заниматься специальной гимнастикой».

Способна ли сегодня на это каждая будущая мама? Вряд ли, учитывая, что сегодня большинство женщин имеют сидячую работу и ведут сидячий образ жизни.

Мы считаем себя продвинутыми и просвещенными. Многие процессы в нашей жизни практически полностью автоматизированы и поставлены на поток. Мы живем в век технологий. И рождение детей тоже чем-то похоже на конвейерное производство: с момента зачатия (а в некоторых случаях и до него) ты сразу попадаешь в поток.Сначала это регулярное посещение женской консультации, курсы для будущих мам, выбор клиники для родов, одежда для беременных, йога для беременных, косметика для беременных, аквааэробика и гимнастика для беременных, затем бэби-йога, восстановительные процедуры и т.д. — чем не конвейер?

Вроде бы все логично, ведь беременность — это особое состояние женщины, но почему тогда нам стало труднее рожать?

И.Панов «Ожидание». 2005 год

Сегодня значительно увеличилось количество сложных и искусственных родов, недоношенных детей. И это несмотря на то, что медицина вроде бы движется вперед.

Может быть, в этом вопросе стоит обратиться к опыту прошлых поколений и сделать шаг назад, чтобы понять, в чем дело?

Как известно, раньше почти каждая семья была многодетной. И это было не трое детей, как сегодня, а 7, 9, 12 и более детей.Кесарево сечение еще не применялось, как и наркоз и прочие «вспомогательные средства». Женщины «работали» почти каждый год, рожая ребенка. И их работа не всегда облегчалась. Что уж говорить о декрете, пособиях, молочной кухне и доступном детском питании. Все это было необходимо раньше?

Материнство предлагает вам вспомнить, как рожали наши прабабушки.

Боль вчера и сегодня

«Сплошное обследование крестьянок и женщин, занятых тяжелым физическим трудом (в Чехословакии), показало, что у 14% женщин роды были вообще безболезненными, большинство считало боль «вполне терпимой», и лишь единицы называли ее сильной.Когда европейские врачи отправились к индейцам Северной Америки, они узнали, что там женщины с радостью ждут ребенка и что обычно роды проходят легко и безболезненно. Если учесть, что у животных рождение малышей, как правило, не причиняет страданий матерям, то вывод напрашивается сам собой: европейским женщинам просто говорят о боли, что роды болезненны. »

Из книги Б. П. и Л. А. Никитиных «Мы, наши дети и внуки» (1978-1988)

Говорят, что настрой роженицы, ее общий настрой оказывает решающее влияние на течение родов и возникновение болей.Облегчает процесс и мысль о том, что эта боль несет благие цели. Специалисты по обезболиванию считают, что боль, которая не считается вредной, легче переносится.

Изучению боли во время родов посвящено много работ. Интересны наблюдения племен индейцев Северной Америки, где роженица часто просто останавливала свою лошадь, расстилала теплую накидку прямо на снегу и спокойно рожала ребенка. Затем она завернула новорожденную в тряпку, снова села на лошадь и догнала своих соплеменников, которые даже не всегда замечали, что она только что родила.Это явление подтвердилось во время Второй мировой войны, когда женщины в немецких исправительно-трудовых лагерях приходили к врачу сразу после работы, довольно легко рожали и через несколько часов возвращались к работе. Ученые объясняют это так: в рамках тяжелых условий жизни и необходимости выживать в суровых природных условиях женщины не позволяют себе проявлять родовые страхи и комплексы, что обеспечивает легкое течение беременности и преимущественно безболезненные роды.

В 1940-х годах роды переносят в больницу, где роженица становится «больной», нуждающейся не в человеческом тепле и поддержке, а в точной помощи хирурга и анестезиолога.

Как рожали до

В старину рождение ребенка, несмотря на его кажущуюся простоту, было окружено массой обычаев, примет и ритуалов. Многие из них сегодня нашли научное объяснение и вполне применимы.

Место для родов

Многие помнят рассказы о том, что крестьянки рожали прямо в поле, в сарае или в бане. Гораздо реже упоминается о родах дома.Это связано с поверьем, что место рождения считается нечистым.

Интересное предположение о причине нечистоты места родов не только в санитарных условиях, но и в том, что женщины могли сквернословить во время схваток и потуг.

Баня считалась самой подходящей для родов. Перед родами ее деревянные стены и пол отполировали добела и пропарили в определенной последовательности, чтобы роды прошли легко.

Кресло для родов, 18 век

Поза для родов

Устройства, кресла для родов изобрели врачи для собственного удобства, а не для комфорта роженицы.

Таких сооружений раньше не было. Положение при родах рекомендовала акушерка, выполнявшая роль врача и акушерки в одном лице. Рассказывают, что простые крестьянки часто рожали стоя или на корточках, часто держась руками за скамейку или другую опору.Тогда как дамы из высшего общества рожали лежа.

Другие народности также имеют «активные» позы при родах: в Голландии в приданое невесты входил специальный стул для родов, древние египтянки рожали сидя на специальном священном камне, в Японии также были случаи родов сидя с пучок соломы совместных родов — на коленях у мужа.

Как облегчить труд

Для облегчения процесса родов существовало поверье — открывать все, чтобы ребенку легче было прийти в этот мир.С этой целью открывали двери и окна, ящики, печные заслонки, развязывали все узлы на одежде женщины, распускали ей волосы.

В Китае рядом с роженицей раскрыли зонт, а в Индии ей дали ключ.

О родах старались сообщать только акушерке, не подпуская к ней посторонних — опасались «дурного глаза». Повивальная бабка пробралась в дом с огородами, чтобы не привлекать внимания.

Во время родов перед иконами возжигали венчальные свечи.

Иногда, чтобы снять стресс, матери разрешалось жевать собственные волосы. Об этом есть упоминание М.А. Булгакова в рассказе «Записки молодого врача»: «Трижды приносили нам рожениц. Бедная женщина лежит и плюется. Весь рот в щетине. Есть такая примета, что роды пройдут легче. »

Деревенские «бабушки» иногда посыпали родовые пути сахаром, чтобы ребенок, почувствовав сладость, скорее появился на свет. Там же у Булгакова: «…Прихожу к роженице… Ну, конечно, исследую, чувствую под пальцами в родовых путях что-то непонятное: то рассыпчатое, то кусочки… Оказывается, сахар-рафинад! … Знахарь учил. По ее словам, роды — это тяжело. Малыш не хочет выходить на свет Божий. Поэтому вам нужно его выманить. Так выманили его на сладости! »

Маме не давали спать после родов, так как считали, что если она заснет, ребенка могут заменить черти.

К. В. Лемох «Новый член семьи». 1880-е годы

Новорожденный

Пуповину обычно перевязывали волосами матери, как бы привязывая мать к младенцу. Затем перерезали переставшую пульсировать пуповину.

Акушерка провела над малышкой прототип популярной сегодня бэби-йоги: разгладила ручки, ножки, животик, «правила» головку.

Если рождался слабенький ребенок, то его отправляли «запекать» в печь.Дело в том, что чрево матери считалось своеобразной печью. А если малыш «не доедал», то его трижды помещали внутрь охлаждающей печи на лопатке, считая, что теперь он будет все сильнее и сильнее.

Потом ребенка помыли. Делалось это в особой воде, приготовленной особым образом: с использованием соли, куриного яйца и серебряной монеты: от болезней, чтоб была белая и чистая, к богатству. При этом говорили: «Бабушка мылась не для хитрости, не для мудрости, Мылом ради здоровья, Смыла волосы, тракт, призорище (разные виды сглазов).Вода течет, Анюшка растет, Вода в земле, Анюшка наверху. После этого воду вылили в избу снаружи — на тот угол, где стояли иконы. Мы старались плескаться повыше, так как считали, что от этого зависит рост младенца.

Сегодня обращаются за помощью к остеопатам. А раньше послеродовой массаж делала сама бабушка-акушерка — ставила золотник (на языке знахарей так называется матка), «ставила на место» внутренние органы.Не исключено, что в том числе эти манипуляции стали причиной материнской смертности, которая, как известно, была высокой. Современные врачи категорически запрещают любой массаж живота в течение двух месяцев после родов.

В разных губерниях существовали традиции закапывания его под стеной дома или под деревом; в некоторых отец должен был зарыть его и посадить на этом месте дерево. Его следует хоронить особым образом, соблюдая вековые традиции.

Совместные роды

Говорят, что совместные роды отнюдь не новомодная новинка.В старину, если отец не был на охоте или в дальней дороге, он тоже принимал участие в процессе родов: развязывал пояс, давал жене напиться воды и с сильной болью касался коленом ее спины. . Интересно, но сегодня для того, чтобы снять нагрузку с позвоночника, будущего отца обучают на специальных курсах.

Новорожденного ребенка завернули в отцовскую рубаху – чтобы «папа любил», а потом в отцовский тулуп – чтобы он был богат. При этом рубашку сняли прямо с отца, чтобы она сохранила свой родной запах.

Самого отца угостили кашей с солью и перцем и сказали: «Соль и горько рожать».

В то же время отец не присутствовал при рождении всех древних народов. Такого не было, например, в Китае и Древнем Риме. Там все домочадцы покидали дом во время родов.

Крещение

Раньше в России ребенок обычно на девятый день от рождения (часто и раньше).В этот день он получил свое имя. Если крестить в этот период не удавалось, то старались ни на минуту не оставлять ребенка без присмотра. До момента крещения всех детей называли Богданами. Отсюда народная поговорка: «Родился, не крестился, так Богдашка».

Считалось, что после крещения младенец укрепляется здоровьем. Стоит упомянуть, что младенца в купели окунали в прохладную воду, тем самым запуская защитные силы организма.

Были некоторые связанные с таинством крещения.Например, считалось, что если прядь волос при отрезанном плавает, то ребенок будет здоров, кружится – к счастью, а если утонет – это плохой знак. Лев Толстой упоминает об этом в романе «Война и мир»: «…Нянька сообщила ему, что воск с волосками, брошенными в купель, не тонет, а плавает в купели».

Плач ребенка, спускавшегося в купель, был добрым знаком.

Шапку не снимали после крещения 12 дней. Крестильную одежду уже не использовали, а оставляли для крещения других детей, чтобы они дружили между собой.

Венецианов А. «На жатве. Лето»

После родов — прямо в поле?

Конечно, по современным представлениям декретного отпуска в России не было. Но представление о том, что находится в поле, соответствует скорее прошлому веку, тогда как до ХХ века это было далеко не так.

В начале XII века внучка Владимира Мономаха Евпраксия написала трактат о женской гигиене, в котором говорится, что беременная женщина должна остерегаться усталости, и после трудов родины ей важно отдохнуть и содержать ее тело в чистоте — мыться в бане каждые три дня.Кормящей маме нужно всячески помогать – освобождать от тяжелой работы и давать дополнительное питание.

«Несоблюдение этого элементарного гигиенического правила может привести как минимум к нарушению положения матки, вызывая страдания на всю оставшуюся жизнь, не говоря уже о других заболеваниях.» Это цитата из дореволюционной книги В. Жука «Мать и дитя».

Г. Плосс описал в своем трехтомнике под названием «Женщины» подходы к послеродовому периоду у разных народов, где отметил, что при отсутствии отдыха у родильниц «»….в результате слишком раннего оставления постели развиваются опущения и изменения положения матки, опущения влагалища и др., которые в последующем служат постоянным источником болезней и преждевременной дряхлости».

Выдержка из книги В. Бердинского «Крестьянская цивилизация в России»: «…А после родов рожениц укладывают на пол на ржаную солому, где они лежат неделю. За все это время каждый день дважды , прогревается баня, где она ходит в самой рваной одежде с костылем в руке, чтобы показать, что роды дались ей нелегко — чтобы избежать «уроков», от которых можно заболеть.Возвращаясь из бани, нужно опереться на плечо акушерки или мужа. »

Цитата из брошюры «Самолечение и анималотерапия русского старожила Сибири»: «Три дня, пока делаются три ванны роженице, она должна лежать в постели. Через три дня, в зависимости от самочувствия, бабушка либо оставляет ее в постели, либо советует «походить по избе помаленьку, чтобы кровь не застаивалась».Другие лежат в постели до пяти, даже до девяти «дней», если есть с кем «походить по дому»… Шесть недель родов считаются полумертвыми… Вот так у этих ребят получается! (…) В самом деле, по правилу, как говаривали старухи, и корову нельзя доить шесть недель. Только это выполняется в многодетных семьях, где есть кем заменить».

Послеродовой «отпуск» важен для дальнейшего здоровья женщины, повышает шансы на успешное течение следующей беременности и родов.

Женщины, находившиеся в суровых бытовых условиях, например, во время войн, недавно овдовевшие, вынуждены были идти в поле почти сразу после родов, так как кто-то должен был кормить семью. Мало кто знает о последствиях таких «ранних выходов». Затем эти женщины носили специальную перевязь, которая проходила между промежностью и завязывалась на плече. Это устройство удерживало выпавшие внутренние органы.

В 80-х годах прошлого века в Чехословакии была поставлена ​​цель доказать пользу раннего вставания после родов.Исследуемые женщины были разделены на 2 группы: первая вставала с постели через 2-4 часа после родов, а вторая через 2-3 дня. О мамах заботился персонал. На 7-9-й день врачи с удивлением констатировали тот факт, что во второй группе — с более длительным лежанием у женщин было меньше послеродовых осложнений, лучше чувствовалось физически и эмоционально.

Но кто ухаживал за молодой мамой после родов? Не стоит забывать и о акушерке, которая помогала и после родов: существовал ряд традиций, согласно которым женщина «очищалась и расслаблялась», настраивалась на новую роль в своей жизни – матери.Помогали и соседи, которые пришли помочь по хозяйству и принесли с собой готовую еду.

По словам перинатального педагога Татьяны Гшвенд, все стремились преследовать общую цель – помочь молодой женщине, поддержать ее, дать ей ресурсы для скорейшего эмоционального и физического выздоровления.

В прошлые века уровень медицинского обслуживания был намного ниже, чем сейчас. Сказывались также отсутствие гигиены и частые эпидемии и другие бедствия, зачастую приводящие к росту материнской и детской смертности.

Но надо признать, что общий уровень здоровья, физической силы и силы матерей был достаточно высоким. Постоянные физические нагрузки, свежий воздух и натуральные продукты повысили защитные силы организма. Увы, многие из нас сегодня лишены всего этого, что сказывается в том числе и на течении беременности и родов.

Попробуем взять лучшее из опыта наших предков, не отвергая при этом достижений современной медицины, которых так не хватало иногда прабабушкам!

Рождение ребенка на Руси считалось особым таинством, открывающим двери между мирами.Оно, как и смерть, знаменовало собой переход души из мира потустороннего, неизвестного человеку, в реальный, физически осязаемый.

Когда женщина чувствовала приближение родов, она тайно читала родовую молитву или писала ее на листке (если была грамотной) и, завернув в шапочку, передавала священнику в церкви. Никто из посторонних не должен был знать об этом, чтобы ничего лихого не случилось.

Подготовка к родам

Обычно во время беременности женщины в России много работали, даже на поздних сроках.Физические нагрузки были не только вынужденными (необходимо было заботиться о семье), но и желательными. Опытные акушерки, мамы и свекрови советовали будущим мамам много двигаться. Это считалось ключом к легким родам. Женщина в России обычно работала до первых схваток. Как только они начались, старухи стали готовить баню и послали за повивальной бабкой.

Еще в дохристианской Руси была распространена традиция прощаться с роженицей в этот момент, ведь была велика вероятность фатальных родов.Также славянки часто рожали вне дома, где-нибудь в поле, в роще. Это было связано с тем, что в моменты сильных болей роженица могла ругаться, сквернословить, а это «загрязняло» домашнюю атмосферу. Баня считалась самым оптимальным местом для рождения ребенка. Кроме того, в нем можно было рожать в самый сильный мороз.

Перед родами стены бани тщательно вымыли изнутри до белизны. Обязательно зажгите свечи перед иконой и прочтите молитву.К полу привязывался пояс (кушак), за который женщина могла держаться во время потуг. Баню топили горячо, чтобы будущей маме и новорожденному было тепло. Косы женщины были распущены, и все узлы на ее одежде были развязаны. Это было необходимо для того, чтобы матка раскрылась и тело роженицы высвободило ребенка. По аналогии с узлами в доме открывались все замки, сундуки, сундуки.

Рождение

Женщина могла рожать лежа, но чаще это происходило на корточках или даже стоя, в согнутом положении.Роженицу уложили головой к умывальнику. Пожилая женщина с большим опытом в этой области считалась лучшей акушеркой. Крайне важно, чтобы у нее самой были здоровые дети. Лучше всего, чтобы мальчиков было больше, потому что в русских семьях желательнее было иметь сына.

Будущему отцу пришлось снять сапоги с правой ноги роженицы. Тогда он должен был принести ей кадку с чистой родниковой водой, а потом развязать пояс на ее сарафане.Муж мог присутствовать во время самого процесса, но многие мужчины старались не мешать женам и не смущать их. Но они всегда были где-то рядом, в соседней комнате.

По старинному обычаю мужчина должен был во время родов стонать и кричать, как бы принимая на себя часть боли жены. В то же время он привлек внимание разной нечисти, имеющей обыкновение приближаться к роженице или новорожденному. Казалось, мужчина принял на себя удар.

Акушерка наблюдала за всем процессом. Она рассказала роженице, как себя вести, успокоила ее и направила. Когда ребенок родился, она 3 раза перекусила пуповину и выплюнула ее через левое плечо, при этом читая заговор против пупочной грыжи. Пуповину мальчику перерезали топором, чтобы он вырос искусным хозяином. Девушке на веретене стать хорошей пряхлицей и рукодельницей.

Роды в России ужасны

МОСКВА — 

Это один из тех промозглых, покрытых коркой снега дней, когда небо выглядит как помойка, температура в офисе не поднимается выше мороза, а доктор С.Владимир Николаевич Серов мечтает о Санта-Барбаре.

Не город. Мыльная опера. Телевизионная мелодрама годами приводила россиян в уныние, а также вдохновила Серова мечтать. Он вслух восхищается медицинским обслуживанием в сериале. Он хотел бы снять это с телевидения и привить российскому обществу. Начиная с собственной акушерской практики.

Ибо, как с грустью признает Серов, российские родильные дома неряшливы, плохо оборудованы, забиты. Они следуют правилам советских времен.Мужья не могут помочь своим женам во время схваток или обнять новорожденных. Роженицы не могут видеть семью или друзей, или даже акушеров, которые занимались их беременностью. Положения Минздрава настолько подробны, что регулируют и позу кормления: матери должны лежать на боку, чтобы кормить ребенка грудью.

По сравнению с «Санта-Барбарой» или даже реальной Америкой российские «родильные дома» суровы, душны, страшны. И опасны. в специализированных государственных больницах, которые делают здесь все аборты и роды.Сотни других умирают от затянувшихся последствий неудачных абортов, которые разрушают их репродуктивные органы и осложняют будущую беременность.

Правда, материнская смертность в России и близко не стоит с ужасными потерями в Китае, Индии или бедной Африке. Но россияне не любят сравнивать себя со странами третьего мира. Они смотрят на нации, которые считают равными, и съеживаются.

У россиян в шесть раз больше шансов умереть при родах, чем у американцев. На каждые 100 000 живорождений умирает 53 россиянина.Соединенные Штаты и Великобритания сообщают о восьми погибших; В Японии — 11.

— Система у нас плохая, — сказал Серов. — Это ничуть не современно.

Действительно, в российском акушерстве мало что является современным, по крайней мере, по американским меркам.

В родильных домах к младенцам относятся почти как к товару, который нужно производить на конвейере. Декреты коммунистической эпохи регулируют каждый аспект, от обязательных клизм во время родов до послеродовой одежды.

В Соединенных Штатах «мы приложили усилия, чтобы гуманизировать процесс родов и сделать его более семейным», — сказал доктор.Брайан Коос, заведующий акушерским отделением Медицинского центра Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе.

В России, однако, личный выбор и индивидуальные отношения остаются малоприоритетными.

Как сказал Серов: «Они как фабрики».

Он работает заместителем директора одного из таких заводов — Центра акушерства и гинекологии, клиника из шлакоблоков с выщербленными полами. Самый веселый постер — это реклама Tampax.

Предполагается, что это роддом-витрина, зарезервированный для женщин с высоким риском беременности или с большим влиянием.

Но там есть общие родильные залы, построенные, когда уединение считалось буржуазным упадком. На каждом этаже есть только два телефона-автомата, поэтому гордые матери должны стоять в очереди, чтобы объявить о доставке. Грязные окна отмечены номерами, чтобы мужья, которым запрещено посещать клинику, могли найти комнаты своих жен и кричать приветствия с тротуара внизу.

— Наши роддома, — сказал Серов, — немного похожи на тюрьмы.

По иронии судьбы, несколько реформ, охвативших родильные дома, могут привести к увеличению материнской смертности.

Новый капиталистический дух, например, породил опасный медицинский рынок. Все женщины имеют право на бесплатное медицинское обслуживание — от УЗИ до абортов — в местных родильных домах. Но в настоящее время во многих родильных домах открыты «коммерческие отделы», предлагающие лучшее обращение с богатыми. Взятки также могут обеспечить первоклассное обслуживание.

«Женщины, которые не могут позволить себе оплату, на самом деле получают минимальный уход, которого недостаточно», — сказал Рудольф Хоффманн, директор проекта ЮНИСЕФ, руководивший недавним исследованием российского акушерства.

В некоторых родильных домах состоятельные женщины могут зацепить не только отдельные палаты и внимательных медсестер. Они могут заплатить эквивалент 800 долларов, чтобы заказать кесарево сечение. Операция проводится бесплатно, если это необходимо по медицинским показаниям. Но сейчас некоторые врачи готовы делать это по просьбе женщины и в обмен на деньги — практика, которая «абсолютно неприемлема» в Соединенных Штатах, сказал Коос.

Кесарево сечение проводилось относительно редко в России, применялось в 10% родов, по сравнению с примерно 25% в Америке.Однако этот процент вполне может возрасти, поскольку богатые женщины стараются избежать боли при родах. А чем больше операций, тем больше риск заражения.

Сильная зависимость России от абортов — более двух третей беременностей прерываются — также повышает уровень материнской смертности.

Хотя в уличных киосках теперь продаются презервативы и таблетки, россияне по-прежнему считают аборт удобной и бесплатной формой контроля над рождаемостью.

Средняя женщина прерывает девять беременностей. Когда она, наконец, решает вынашивать ребенка до срока, она подвергается гораздо большему риску преждевременных родов, слабых схваток и кровотечения, говорят в Российской ассоциации планирования семьи.

«Аборты составляют четверть всех случаев материнской смертности, — говорится в сообщении ассоциации, — и признаков снижения не наблюдается».

Сокращение числа абортов потребует серьезного просвещения населения. Некоторые медики считают, что необходима еще более широкая пропагандистская кампания.

Они хотели бы научить новому и, как они надеются, более безопасному отношению к беременности. И они начали бы с представления западного взгляда на то, что беременность должна быть радостным партнерством для пар, а не пугающим неотложным состоянием здоровья для женщин, которые приходится терпеть в одиночестве.

Немногие врачи пускают мужей в родильные залы — и то только после того, как они пройдут медицинские тесты, подтверждающие их здоровье. Тех мужчин, которым удается присутствовать на родах, сразу после этого выгоняют, не давая возможности поприветствовать своих младенцев.

Опасаясь, что микробы могут проникнуть внутрь, даже если посетители не будут входить, Министерство здравоохранения также требует, чтобы акушеры тщательно осматривали вещи каждой женщины.

В прошлые десятилетия женщины жаловались, что привратники забирали даже их очки как возможные заразные агенты.Список табу изменился, но женщины по-прежнему не могут носить мохнатые тапочки или читать старые книги в родильных отделениях, чтобы не разбрасывать зараженную пыль. Цветы запрещены в послеоперационных палатах, где до полудюжины женщин пережидают обязательный пятидневный период выздоровления.

Карантин молодых матерей в России, безусловно, доставляет неудобства таким пациенткам, как Наташа Козловская, которой приходилось поддерживать связь с мужем посредством записок, переданных доброй медсестрой.

Но хуже, чем неудобство, разделение беременных женщин наносит ущерб здоровью пациентов, доктор.— сказала Фролова Ольга Георгиевна.

Изоляция женщины начинается задолго до первых схваток. Обычно она сама посещает занятия по подготовке к родам и воспитанию детей. Неосведомленные о физических и психологических нагрузках во время беременности мужчины часто ожидают, что их жены будут продолжать готовить, убирать и работать до наступления срока родов.

«Нужно изменить отношение общества, особенно мужчин», — сказала Фролова, заведующая отделением акушерства РАМН. «К беременным женщинам следует относиться с особой заботой и уважением.

На первый взгляд, система соцзащиты советского типа нянчится с женщинами.

Беременные россиянки имеют право на бесплатные осмотры каждые две недели. Ожидается, что они возьмут оплачиваемый отпуск по беременности и родам, начинающийся за восемь недель до родов, и смогут оставаться дома со своими детьми, получая регулярные чеки на пособие, в течение 18 месяцев. Работодатели должны занимать рабочие места в течение трех лет.

И пока американские матери жалуются на то, что их слишком рано выписывают из роддома, русские остаются под наблюдением не менее пяти дней.

После выписки мать и младенец могут рассчитывать на последующее наблюдение медсестры.

Хотя на бумаге преимущества выглядят утешительно, на самом деле они могут способствовать повышению уровня смертности.

Медицинская система России работает по принципу бригады тегов. Женщины проходят регулярные осмотры в местных поликлиниках, которые занимаются только гинекологией. Когда начинаются схватки, они должны спешить в родильный дом, где за дело берется незнакомый акушер.

Многие гинекологи клиник обучены вопросам репродуктивного здоровья и благополучия плода.Таким образом, по словам Серова, они могут упустить из виду другие медицинские проблемы, которые могут повлиять на беременность.

«Женщины умирают во время родов от болезней, которые мы не выявляем в женских консультациях», — сказал он.

Хроническая нехватка медицинского оборудования и лекарств в России также досаждает клиникам.

«Линия защиты для действительно безопасного материнства находится в [крупных, региональных] больницах», — сказала Хоффманн из ЮНИСЕФ.

Но вместо того, чтобы направлять своих пациентов к специалистам, добавил он, плохо подготовленные клиницисты либо не видят, либо просто игнорируют возможные осложнения.

После прибытия роженицы у дежурного врача мало шансов изучить ее историю болезни. В лучшем случае он может заглянуть в записную книжку от врача поликлиники, когда мечется от кровати к кровати в общем родильном зале.

За одну смену врач может родить дюжину или более детей — столько же, сколько американский акушер может родить за месяц. В одной недавней газетной статье утверждалось, что врач в доме рождения № 4 установил рекорд, приняв 37 детей за 24 часа.

Что касается ежемесячных пособий, то деньги далеко не уходят.Новоиспеченные мамы получают около 27 долларов в месяц, что позволяет купить одноразовых подгузников на 10 дней. Единовременная премия за рождение ребенка, равная примерно $170, покрывает стоимость хорошей коляски или, может быть, подержанной кроватки.

Заоблачные цены, наложенные на политическую неопределенность и социальные волнения, привели к тому, что рождаемость в России за последние годы достигла рекордно низкого уровня. На самом деле население страны действительно сокращается. Чтобы рождаемость не отставала от смертности, среднестатистической женщине пришлось бы родить 2 ребенка.2 детей за всю жизнь. Вместо этого рождаемость упала до рекордно низкого уровня в 1,4 ребенка на одну женщину в 1994 году. — спросила Оксана Кунаева, которая в марте ждет первенца.

Денежные проблемы молодых женщин начинаются задолго до рождения их детей и могут способствовать повышению уровня смертности. С ростом цен на свежие продукты и качественное мясо у женщин все чаще возникают проблемы с вынашиванием здоровой беременности.Случаи анемии почти утроились за шесть лет, часто встречается дефицит витаминов.

Измученные плохим питанием, стрессом и высоким уровнем нарушений кровообращения и болезней сердца, женщины вступают в роды с мучительным риском осложнений. Государственное исследование, проведенное два года назад, пришло к выводу, что только 40% беременностей заканчивались «нормальными» родами.

В том же исследовании содержится призыв к общенациональному стремлению сократить уровень материнской смертности вдвое к рубежу веков.Но пока ставки остаются на прежнем уровне.

Надеясь ускорить прогресс путем внедрения западных медицинских технологий, Женский госпиталь Маги в Питтсбурге открыл медицинские клиники и классы для родовспоможения по всей России.

26-летняя Ирина Степанова совершает трехчасовую поездку на метро туда и обратно, чтобы узнать больше о своей беременности на уроке Маги. «Раньше для меня все это было похоже на темный лес», — сказала она.

Ее учитель, Ольга Ояренкова, записалась на программу обучения Маги после многих лет помощи акушерам в традиционном родильном доме.Роженицы будут в ужасе, не зная, чего ожидать. Не имея никакого образования, кроме слухов, они очень громко кричали, надеясь, что их дети услышат их голоса и легко появятся на свет.

Ояренкова сейчас преподает более современные методы обращения с родами, как Ламаз. Хотя она продвигает западные идеи, она все же должна соблюдать российские правила. Таким образом, она продолжала вставлять предостережения, когда показывала американское видео о родах.

Когда на нем была изображена женщина, идущая по коридору в начале родов, Оджаренкова со вздохом вмешалась: «Мы разрешаем это здесь только в том случае, если ваш партнер с вами.На видео женщина в постели охлаждается льдом. — К сожалению, здесь это запрещено, — извиняющимся тоном сказала она.

Слушая торжествующий саундтрек к видео, студентка спросила, может ли она принести магнитофон, чтобы помочь ей пережить ранние схватки. Ожаренковой пришлось еще раз повторить свою мантру: «Здесь так нельзя».

Она печально добавила: «Вы знаете нашу систему».

В доисторической могиле обнаружена смерть во время родов в Сибири

Археологи говорят, что они сделали мрачное открытие в Сибири: могила молодой матери и ее близнецов, которые все умерли во время трудных родов около 7700 лет назад.

Находка может быть старейшим подтвержденным свидетельством существования близнецов в истории и одним из самых ранних примеров смерти во время родов, говорят исследователи.

Могила была впервые раскопана в 1997 году на доисторическом кладбище в Иркутске, российском городе недалеко от южной оконечности озера Байкал, самого древнего и самого глубокого пресноводного озера в мире. Кладбище получило название Локомотив, потому что оно было открыто в основании холма, вырубленного во время строительства Транссибирской магистрали в 1897 году.[8 Ужасных археологических открытий]

Кости эмбриона отчетливо видны вокруг живота, таза и бедер этой женщины, похороненной между 7630 и 7725 годами назад, согласно углеродному датированию. кладбище частично занято городской застройкой, полностью не раскопано. Все 101 тело, найденное до сих пор в Локомотиве, принадлежало сообществу охотников-собирателей, которые бродили по местности между 8000 и 7000 лет назад.

Анджела Ливерс, археолог из Университета Саскачевана в Канаде, изучает эти сообщества в рамках Археологического проекта Байкала и Хоккайдо. В 2012 году Лиеверс повторно посещал некоторые из костей, найденных в «Локомотиве», которые находились на хранении в Иркутском государственном университете. Находившиеся в рассматриваемой могиле первоначально были интерпретированы как мать в возрасте от 20 до 25 лет и одинокий ребенок. Но когда Ливерс вытащила коробку с останками плода, она сказала, что быстро поняла, что там были дубликаты четырех или пяти хрупких костей.

«Через 5 минут я сказал своему коллеге: «О, черт возьми, это близнецы», — сказал Ливерс LiveScience.

Анализируя первоначальное размещение останков, Ливерс реконструировал травматический сценарий родов, который даже сегодня — с современной медициной и возможностью кесарева сечения — был бы рискованным для матери и ее детей.

Казалось, что один из близнецов мог быть в тазовом предлежании (в положении с опущенными ногами) и был частично доставлен, сказал Лиеверс.Второй близнец был расположен головой вниз и, похоже, остался в утробе матери. Ливерс считает, что ребенок с тазовым предлежанием мог быть пойман в ловушку или заперт со своим братом или сестрой, что привело к фатальным затрудненным родам.

Материнская смерть была обычным явлением в доисторические времена. Тем не менее, трудно найти археологические свидетельства смерти женщины во время родов. Даже если ребенок матери остался в утробе матери после ее смерти, газ из разлагающегося тела может вытеснить плод наружу при так называемом рождении в гробу.

О находке сообщалось в февральском номере журнала Antiquity.

— Меган Гэннон, LiveScience

Это сокращенная версия отчета LiveScience. Прочитать полный отчет. Подпишитесь на Меган Гэннон в Twitter и Google+. Следите за LiveScience на Twitter , Facebook и Google+ .

Русские обряды и обычаи

У славян было много обрядов и обычаев, особенно в языческие времена.Русские обряды и обычаи придавали структуру и форму жизни людей от рождения до смерти.

Русские родовые обряды и обычаи

Пуповину мальчика обычно перерезали стрелой или топором. Русские считали, что это сделает его хорошим охотником или ремесленником. Девочке перерезали пуповину веретеном, так как она вырастет, чтобы вести домашнее хозяйство.

Имя, данное при рождении, знали только родители и близкие родственники.Все остальные знали ребенка по прозвищу. Это было сделано для того, чтобы злые духи не знали настоящего имени ребенка, и чтобы другие не могли сглазить ребенка. Этот русский обряд сохранился до сих пор: когда люди представляются, они не говорят «меня зовут», а говорят «называют меня», что относится к их прозвищу, а не к их настоящему имени.

Русские обряды и обычаи для детей и подростков

Девочки начинают готовиться к замужеству примерно с 7 лет.Матери обучали своих дочерей ряду бытовых навыков, таких как прядение, ткачество и шитье. Отцы давали в приданое большие сундуки.

Русские обряды для детей касались как мальчиков, так и девочек. Мальчики проводили большую часть времени с отцами, выезжая на охоту, рыбалку и помогая по дому. Подробнее…

Русский брачный обряд

Свадьба, так же как рождение и смерть, рассматривалась как переходный этап в жизни человека.Этот переход требовал большой внутренней силы, а также поддержки со стороны окружающих. Русские думали, что во время этих переходов душа человека особенно подвергается влиянию злых духов.

Молодоженов оберегали различными оберегами. Вышивка, носимые амулеты, подарки особого значения, свечи, символическая еда и специальные песни могут быть использованы для защиты новой пары. Подробнее…

Русский погребальный обряд

Славяне думали, что после смерти душа уходит в мир мертвых, и этим могут воспользоваться злые духи.Вот почему многие русские погребальные обряды защищали живых. Ремни носили даже те, что были частью повседневной жизни. Предметы, которые могли понадобиться усопшему, клали в его или ее могилу, например, подушку, наполненную волосами, собранными при жизни человека. Русские собирали все волосы, отрезанные во время стрижки, чтобы использовать их специально для своих похорон. Подробнее…

Прочие русские обряды и обычаи

Неотъемлемым русским обычаем была встреча с мужем, возвращавшимся из путешествия, будь то с охоты, рыбалки или войны, с последующим походом в баню и сытным обедом.Русские верили, что в дальней дороге может вселиться нечисть. Баня помогала очистить тело и душу человека, а плотный обед возвращал человека в нормальное состояние.

Купальская ночь, хотя сейчас она имеет религиозное значение, сначала была языческим праздником, когда изготавливали амулеты для защиты от русалок. Эта древняя славянская традиция была призвана предотвратить серьезные и опасные события, которые могли бы помешать жизни.

На многих фольклорных праздниках возрождаются русские обряды и обычаи.Люди вспоминают древние легенды и пытаются найти бабушек, которые помнят тайны былых лет. Расшифровываются значения и использование амулетов, отмечаются старинные праздники, рассказываются детям о традициях и культуре предков. Посетив фольклорный фестиваль, вы сможете погрузиться в атмосферу древней Руси и познакомиться с культурой этой удивительной страны. Подробнее…

Культурная война: расследование родовспоможения в «Докторе Живаго»

Стефани С.Колелло
Нью-Йорк, США

 

Надпись: «Сияет сталинская нежность к нашим будущим детям!»

Мне посчастливилось провести год, изучая трансформацию российских практик родовспоможения через призму русской литературы — попытка, которая на первый взгляд может показаться надуманной. Однако я быстро понял, что ни одна сцена рождения не написана как пресловутый «остров»; часто проистекающие непосредственно из общественного восприятия женщин, плодородия и самой жизни, обычаи деторождения являются «культурными продуктами определенных исторических моментов.» 1 Каждая сцена отражает опыт автора, который пишет историю рождения, «вступая в переговоры с преобладающими идеологиями», присутствующими в исторический и культурный момент жизни автора. 2 Здесь я решил поделиться одной из моих любимых сцен из скандального романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго », чтобы подчеркнуть присутствие того, что я буду называть культурной войной, , наложенной советскими нормами на российскую практику рождаемости.

В традиционной русской практике как беременность, так и роды держались в максимально возможной тайне, чтобы защитить мать и новорожденного от «злых сил», которые могли быть настроены против них, вольно или невольно, завистливыми соседями и незнакомцами.Считалось, что беременная женщина особенно уязвима для сил, вызванных «дурным глазом», или сглаз , из-за ее уникального контакта с духовным царством во время рождения, где она служила сосудом, переносящим душу из него в человеческое. область. Для защиты женщины часто рожали в одиночку или с помощью одной акушерки, так как обычно считалось, что «чем больше людей будет знать о родах, тем труднее будет» из-за увеличения шансов родиться. сглаз. 3

Еще одной ключевой чертой традиционной русской практики родовспоможения было ритуальное исключение мужчин и бездетных женщин из места рождения из-за полного отсутствия у них предварительного доступа к этому уникальному порталу между духовным и физическим мирами. Они могут «заразиться» от этого контакта, причинив вред себе или роженице. 4 Таким образом, основной характеристикой традиционных ритуалов и подготовки к родам была исключительная роль и действия успешно родивших женщин в родах.Традиционная акушерка или повитуха была самой важной фигурой, участвовавшей в родах, помимо матери и ребенка. Она часто была овдовевшей женщиной в постменопаузе, «дети которой пережили младенчество». 5 Из-за крайней уязвимости беременных женщин и новорожденных младенцев во время родов акушерка направляла душу ребенка во время его перехода из «другого» мира в физический мир. 6 Акушерки были уважаемыми членами общества, поскольку «контакт с духовным миром был нагружен силой, что приводило к лиминальному статусу для всех, кто участвовал в ритуале. 7

Однако во время сталинского террора 1930-х годов деревенские акушерки стали преследоваться, и к 50-м годам их почти не осталось. Медикализация активно продвигалась советским правительством как способ преобразования и в идеале уничтожения верований и обычаев традиционной русской деревенской жизни, включая ритуал родов. 8 Лидеры раннего советского периода предприняли предвыборную кампанию против этих традиций, как описывает Дэвид Рансел: «Офицеры и медицинский персонал ОММ [Отдел охраны материнства и младенчества] согласились, что целью должно быть не простое изменение нескольких практик. , но инициируя систематическую атаку на деревенскую культуру» [курсив мой]. 9

Таким образом, медикализация родов использовалась Советским государством как оружие как способ ведения культурной войны — устранения отсталых «народных» ритуалов и внедрения регламентированные, научно обоснованные «советские» ритуалы. Обе стороны этой битвы можно наблюдать в сценах родов, встречающихся в русской литературе, поскольку роли деревенских акушерок ( повитухи) , фельдшеров и акушерок-мужчин ( акушери) и врачей-мужчин взаимодействуют с беременной женщиной и проведите ее через процесс родов.В медицинских учреждениях женщины — и особенно женщины-акушерки — часто составляли силу, выступающую против введенных Советским Союзом реформ в родильных домах, поскольку они пытались «[посредничать] вступление… . . современных научных представлений о рождении и уходе за ребенком». 10

Медицинский персонал, пытавшийся превратить «обратные» русские практики в научные советские, сам был продуктом столетий народных обычаев. Они не могли избежать своей «системы народных верований при переходе от традиционных норм к медицинской модели», и, следовательно, были созданы некоторые новые медицинские практики, оправдывающие сохранение досоветских обычаев; они проявились как подсознательное сопротивление советским правилам. 11 Например, в отличие от западных больниц, в Советской России мужчин по-прежнему не допускали в родильные дома на протяжении всего ХХ века. Советская аргументация этой практики была основана на страхе, что мужчины «заразят» палаты бактериями, игнорируя тот факт, что рождение ни в коем случае не является бесплодным событием. Даже сегодня, в чем я лично убедился в больнице в Москве в 2013 году, заметно отсутствие мужчин в родильных отделениях и акушерских отделениях.

Сохранение народных верований и обычаев в известном романе Бориса Пастернака « Доктор Живаго » (1957) демонстрирует негативную реакцию на навязанные советские обычаи при родах.В своем бунтарском романе, который был запрещен к публикации в СССР, Пастернак использует яркие образы роженицы как связующее звено между духовным и человеческим царствами, а также показывает важность акушерки и бездействия мужчин в сцене родов. . Устойчивость этих взглядов и традиций противостояла господствовавшей советской идеологии по искоренению духовности и традиционных суеверий.

Пастернак описывает одухотворенность события, сравнивая роженицу с «лодкой, которая курсировала между неведомой страной и континентом жизни, по водам смерти, с грузом новых иммигрантских душ.” 12 Эта неизвестная страна – духовное царство, континент жизни – мир людей, а грузом была душа ее новорожденного сына. Он также утверждает, что ее «подняли выше, ближе к потолку, чем обычные смертные». 13 Она была поднята в духовное царство и вернулась, достигнув порогового статуса, традиционно признаваемого роженицами. По ее возвращении он понимает, что «поскольку никто не исследовал страну, где она была зарегистрирована, никто не знал языка, на котором с ней можно говорить.” 14

Ритуальное исключение мужчин продолжается в этой сцене наряду с важностью духовных аспектов рождения. Доктор Живаго высаживает свою жену Тоню в гинекологическое отделение больницы и оставляет ее на попечение акушерки. Ожидается, что он не будет присутствовать при родах, и с ним свяжутся только в «время нужды». 15 Кроме того, говорят, что он стоит «за дверью родильного дома» — похоже, он даже не заходил в палату. 16 Во время родов он слышит крики Тони из коридора, но, как объясняет рассказчик, ему не разрешают ее видеть (« ему нельзя было к ней »). 17 Читатель видит его разочарование этим исключением, поскольку он «кусает сустав до крови». 18 Когда доктор Живаго пытается подобраться к ней поближе в гинекологическую палату, его останавливает огромный мужчина-гинеколог в вестибюле: «Куда ты идешь?» — прошептал он, задыхаясь, так, что новая мать не должна слышать.«Вы в своем уме?» — спрашивает он. Доктор Живаго раздраженно отвечает: «Я не хотел… . . Дайте мне взглянуть. Вот отсюда, через щелку», на что гинеколог отвечает: «О, ну это другое. Хорошо, если нужно. 19  Мужу запрещается физически находиться рядом со своей женой, молодой матерью, после рождения, но причина этого не понятна современному читателю. Можно было бы утверждать, что его присутствие было бы для нее утешением. Но, как диктовали традиционные верования, как изображал Пастернак, его присутствие было запрещено.

Хотя гинеколог в больнице мужчина, что свидетельствует о постепенном переходе от народных к советским «медицинским» практикам, мы замечаем, что Тоня имеет непосредственный контакт только с медицинским персоналом женского пола — медсестрой ( нянюшка ) и фельдшером ( акушерка ). Доктор Живаго заглядывает внутрь родильного зала и видит, что «внутри палаты спиной к двери стояли две женщины в белых мундирах; это были акушерка и медсестра». 20 Акушерка и медсестра образуют барьер между роженицей и внешним миром, стоя спиной к ридеру.Эта защитная позиция отражает особую уязвимость роженицы как духовного портала, поскольку акушерки пытаются оградить ее от непосвященных. Роль женщины в этой обстановке снова очевидна, так как именно женщина-медсестра обслуживает новорожденного, а не мужчина-гинеколог: «На ладони медсестры, извиваясь, лежало нежное, визжащее, крошечное человеческое существо, потягивающееся и сжимающееся. как темно-красный кусок резины». 21 Пол ребенка объявляет медсестра, а не гинеколог-мужчина. 22 У этих женщин самый непосредственный контакт с Тоней до, во время и после родов. На самом деле, мы не видим никакого взаимодействия между гинекологом-мужчиной и Тоней во время этой сцены. Существование этого гинеколога-мужчины, однако, отражает растущее движение к медикализации деторождения, отмеченное усилением вмешательства мужчин в прежде исключительно женскую сферу. 23 Однако ограниченное участие женщин в родах и исключение мужчин из места рождения намекают на сохранение основных досоветских традиций.

Пастернаковское описание исключения мужчин и одухотворенный образ роженицы демонстрируют сопротивление в обществе новым антидуховным и антитрадиционным советским уставам. Через эти сцены мы можем заглянуть в мир Пастернака и действия тех, кто его окружал, сознательно или бессознательно сопротивлявшихся советскому регулированию, поддерживая досоветские ритуалы рождения.

 

Ссылки

  1. Тесс Косслетт. Женщины, пишущие о родах: современные рассуждения о материнстве. Издательство Манчестерского университета. 1994. Печать 3.
  2. Косслетт, Женщины, пишущие Роды , 3.
  3. Жанмари Руйе-Уиллоби,. «Обычаи рождения: древние традиции в современном обличье». Славянский и восточноевропейский журнал 47.2 (2003): 229. Печать.
  4. Rouhier-Willoughby, «Обычаи рождения», 230.
  5. Rouhier-Willoughby, «Обычаи рождения», 230.
  6. Rouhier-Willoughby, «Обычаи рождения», 230.
  7. Rouhier-Willoughby, «Обычаи рождения», 230.
  8. Дэвид Л. Рэнсел. Деревенские матери: смена трех поколений в России и Татарии . Блумингтон: Издательство Индианского университета, 2000. Печать. 42.
  9. Рансел, Деревенские Матери , 46.
  10. Рансел, Деревенские Матери, Доктор Живаго. Нью-Йорк: Пантеон, 1958. Печать. 104
  11. Пастернак, Доктор Живаго, 104.
  12. Пастернак, Доктор Живаго, 104-105.
  13. Пастернак, доктор Живаго, 101.
  14. Pasternak, доктор Чживаго, 101.
  15. Pasternak, доктор Живаго, 103.
  16. Pasternak, доктор Чживаго, 103.
  17. Pasternak, доктор Zhivago, 104.
  18. 104.
  19. Pasternak, Доктор Живаго, 104.
  20. Pasternak, Доктор Живаго, 104.
  21. Pasternak, Доктор Живаго, 103.
  22. Heather Cahill.«Мужское присвоение и медикализация родов: исторический анализ». Journal of Advanced Nursing, 33(3), (2001): 334–42. Получено с http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/11489022.

 


 

СТЕФАНИ С. КОЛЕЛЬО является резидентом четвертого года комбинированной программы внутренних болезней и педиатрии (Med-Peds) в больнице UPenn и CHOP, окончив ее в 2022 году. в кардиологии с акцентом на врожденные пороки сердца и кардио-акушерство.

 

Выделено на фронтисписе  Весна 2017 г. – Том 9, выпуск 2
Весна 2015   | Разделы  | Роды, беременность и акушерство

исторический отчет

Введение:
   Рождение ребенка часто называют самым священным и духовным расширение прав и возможностей время в жизни женщины. Русская культура всегда считалась роды как очень личное и особое событие, на котором присутствовали только женщины и в окружении по обычаю и суеверию.В 1800-х годах стало ясно, что традиционные практики во время родов были основной причиной чрезвычайно высокой детской смертности и лежит в основе многих проблем со здоровьем у женщин. Исправлять эта национальная проблема, правительство начало вмешиваться в жизнь своих крестьянок с современными медицинскими идеями, инициировав битву между традиции и современная медицина. Миссия девятнадцатого века Российское правительство познакомило крестьянок с современной медициной. замены традиционных акушерок подготовленными профессионалами, показывает, насколько сложно это замена надежных традиционных практик, которые были центральными для большинство людей в течение сотен лет с современной медициной.

Крестьянки
Прежде чем обсуждать методы родовспоможения, важно понять, как Русские крестьянки жили в 1800-х годах. Женщины в сельской местности Российской империи составляли часть крестьянского населения, которое до двадцатого века, составляли восемьдесят семь процентов от общего числа наций Население (Пушкарева, 220). Они вели трудную жизнь, выполняя тяжелую работу, равную человек, работающий в домашнем хозяйстве, на ферме и в поле.Мужчины полностью поняли жизненно важную роль женщин в ведении домашнего хозяйства; один крестьянин объяснил исследователю в 1880 году, нам в равной степени нужны жена и лошадь (Эванс, 149). На протяжении девятнадцатого века их доля поля работы значительно увеличилось, так как мужчины стали искать несельскохозяйственную работу для поддержки семьи (Марш, 113). Беременность не освобождала женщин от работы, потому что их трудовой вклад было решающим; нередко женщина рожала прямо в поле.Кроме такой изнурительной жизни, у крестьянок не было хорошее понимание гигиены. Для них понятие чистоты включал удаление потенциально вредных духовных и человеческих агентов с традиционными лечебными травами и заклинаниями. Сочетание этих экономические и культурные факторы заставляли женщин, особенно беременных, легко подвержен болезням и заболеваниям (Эванс, 116). Что еще более важно, женщины в сельской местности России не имели ни доступ ни желания лечиться у адекватных акушеров с современным медицинское образование и настаивал на том, чтобы полагаться исключительно на традиционных акушерок. во время родов.В результате в девятнадцатом веке Россия был самым высоким уровнем младенческой смертности в Европе (219).

Традиционные средства правовой защиты

Знахары — народные целители
     Русские крестьяне никогда не признавали физического или естественные причины в качестве источников болезни и полагались исключительно на принятые традиционные лечения. На протяжении веков единственным практикующим врачом в Русская деревня была народной целительницей, знахаркой.Быть целителем занятие, которым занимались в основном женщины, хотя были и мужчины-целители. (знахари) (Эванс, 148). Крестьяне относился к этим специалистам с высочайшим уважением и почетом за их способность сочетать повседневные навыки и сверхъестественные силы для лечения людей. Следуя суеверным верованиям, знахарка давала лекарства, которые люди верили и доверяли, например, снадобьям, травам, и заклинания (55).

Повитуха — крестьянская повивальная бабка
     Крестьянская повивальная бабка повитуха была самой известный и часто консультируемый целитель.Не каждый целитель мог удержать это самое почетное место в крестьянском обществе (Эванс, 157). Помимо наличия всех полномочий рядового знахаркой, повитухой могла быть только женщина, обычно старше, которая должна была иметь хотя бы одного ребенка; девственницы никогда не могли быть повивальными бабками (156). Повитуха была вызвана во время родов, чтобы обеспечить мать с практической и религиозной поддержкой, помогая при рождении. Роды расценивался не как медицинское событие, а как начало жизни сопровождаться ритуалами, молитвами и песнопениями.Крестьянская акушерка могли бы предоставлять все эти традиционные услуги, в дополнение к взятию на себя домашние дела в течение трех дней после родов, чтобы позволить матери восстановиться и набраться сил. Все эти услуги от известного член крестьянской общины были и дешевы, и доступны на месте, и поэтому высоко ценились, обеспечив крестьянским повивальным бабкам огромную популярность. (Рансел, 229).
К сожалению, практика этих неподготовленных с медицинской точки зрения крестьянских акушерок способствовала к очень высокой детской смертности в России и к слабому здоровью крестьянки.Женщины обычно рожали дома или в теплая, чистая и личная баня, баня (Эванс, 51). Акушерка помогала матери в родах. Несмотря на то что ее суеверные и естественные средства для облегчения родов, облегчения боль, быстрые роды и другие проблемы, связанные с родами, были приняты крестьян столь же полезными и полезными, они чаще причиняли больше вреда матери и ребенку чем хорошо. Как отмечает Роуз Л. Гликман в «Российских женщинах»: Проживание, Сопротивление, Трансформация, повитухи были как известно начинкой тряпки в задний проход матери, чтобы ребенок не вышел неправильно прохода, побуждал [мать] к рвоте, заставлял ее неоднократно прыгать с скамейку и подвесил ее вниз головой за ноги (Эванс, 159).Для быстрых и безболезненных родов дым от сожженного фиолетового куколь был направлен во влагалище женщины. Если плод умер раньше рождению, ложный чемерица и ферментированное козье молоко, как полагали, помогали изгнать его из матки (55). Гигиена не рассматривалась. Акушерки часто не моют свои руки перед проверкой раскрытия шейки матки; но действительно было так, что повитухи не очень чистые руки завели бесчисленные миллионы младенцев в этот мир (159). Эти роды практики часто оставляли матерей и новорожденных больными.Их условия еще более усугублялись возвращением к повседневной жизни в условиях плохого жилья, гигиена, диета, одежда и, самое главное, отсутствие надлежащего акушерского уход привел к высоким показателям инфицирования и младенческой смертности (Ransel, 220). Однако даже высокая младенческая смертность была рационализирована крестьянские пословицы и поговорки, которые описывали его как форму населения контроль (Эванс, 131).

Признание проблемы
     В 1860–1870-х годах российские медицинские реформаторы стали стремиться уменьшить ненужную младенческую и материнскую смертность, в результате некомпетентности повитухов при подготовке сельских акушерок. Было очевидно, что крестьянам необходимо было внедрить современную акушерскую помощь. населения путем обучения акушерок работе в сотрудничестве с врачами. К концу 1870-х годов в провинциальных городах насчитывалось более двадцати школ. которые давали таким женщинам одно-двухлетнее образование (Рансел, 220). Однако, хотя большинство акушерок обучались с намерением работающих в сельской местности, девяносто процентов из них сочли это более экономически выгодно работать в городах, где спрос на профессиональные акушерки.Работа в частной практике в городах предложили лучшие условия труда и более легкий контакт с врачом в случае сложных родов. Даже крестьянки, завербованные для обучения, которые составляли очень малую часть всех обучаемых на акушерство, решила переехать в города и заниматься частной практикой после окончания обучения в городских вузах (225). Кроме того, в связи с ограниченным финансированием организации родовспоможения, местные органы власти были не в состоянии предоставить много оплачиваемых должностей для акушерок и, следовательно, не смогли перераспределить популяцию акушерок после повышение квалификации.В 1905 г. земства, главные сельские государственные работодатели, предоставили только 2200 акушерских должностей для более чем 10 000 обученных акушерки (221). Как результат, женщины в сельской местности остались без современной медицинской помощи.
     Было также ясно, что крестьянки не считали подготовленных акушерок необходимыми и поэтому не готовы принять этих медицинских работников. Роды были частным и священный акт, окруженный традиционными обычаями; но крестьяне рассматривал медицинских работников как доброжелательных колонистов [и] незваных гостей из чужой культуры (Эванс, 160). Повитухи же не были чужими; они были внимательны, сострадательных и заботливых членов крестьянского общества. Врачи были разочарованы конкуренцией со стороны этих крестьянских акушерок, которые безоговорочное доверие своих пациентов (160). Повитухи обычно были старше молодых подготовленных акушерок, которые часто не в состоянии доказать свое медицинское превосходство. В трудных родах, когда вызывали обученных акушерок, им все равно нужно было вызывать ибо помощь врачей и в одиночку были не успешнее повитухи. Поэтому крестьяне неохотно обращались к обученным акушеркам; они имели не доверяли им и не могли позволить себе их услуги. Следовательно, когда встал выбор между известной и проверенной традиционной повитухой и молодая, неопытная обученная акушерка, которая, казалось, больше не превосходящие в уходе, чем последние, крестьянки продолжали обращаться к повитуха (Рансел, 228). В На рубеже веков правительство все еще боролось со своим неудавшимся попытка оказать современную акушерскую помощь на селе.

Решение
     Наконец, врачи отметили, что для достижения успеха среди крестьян ввести таких медицинских работников, которые могли завоевать доверие и стать такими же популярными у крестьянок, как и повитухи. мы. Проблема была не в том, кого обучать, а в том, чтобы обеспечить грамотное медицинские работники. Женщины обучались в течение одного-двух лет в качестве акушерок были не в состоянии обеспечить медицинскую помощь, которая была бы достаточно адекватной, чтобы выиграть доверие крестьянок.В некотором смысле такие акушерки зарекомендовали себя неправильно и оттолкнуло крестьянок от обращения к современной медицинской помощи каждый раз не могли помочь при тяжелых родах (Рансел, 231). Поэтому в 1890-х годах провинциальные правительства стремились разместить тех горожанок в сельской местности, которые обучались не только как акушерки, а как фельдшеры. Фельдшер обладал широкими общемедицинскими знаниями, обычно четыре года обучения, которым предшествует предварительное общее образование. Медицинский совет признал школы с комбинированной подготовкой для фельдшер и акушерка; а в 1879 году школа в Кишиневе разрешила такие комбинированный курс впервые.Скоро все медицинские работники, мужчин и женщин, были обеспечены курсы по акушерству и гинекологии (233). Фельдшер-акушерка, таким образом, выступала в роли акушера-гинеколога, Работа в русской деревне. Применяя свои медицинские знания и успешно леча болезни, фельдшер-акушерка постепенно утвердилась ее медицинское превосходство как целителя. Наконец-то грамотный врач. профессиональный становился таким же популярным среди крестьянства, как и традиционный акушерство — это формула успеха (235).Демонстрируя свои способности в успешной помощи женщинам в трудных родов, фельдшеров-повитух, постепенно становились все более популярными среди крестьян женщины. Их репутация росла, а личные отношения и доверие вскоре было создано важное значение для крестьянок при родах. В стороне от оказания помощи женщинам при родах, эти женщины-врачи также могли обеспечить уход во время беременности и в послеродовой период, тем самым уменьшая инфекции и болезни. Таким образом, постепенно внедрялась современная медицинская помощь. крестьянству, ликвидировав лишние болезни и смертность среди женщин и младенцы (234).
     Переход девятнадцатого века от традиционного акушерок современным медицинским работникам, что российское крестьянское население опыт был медленным, но стоящим процессом. Родовые практики, на основе суеверий и натуральных средств, которыми пользовались крестьянские повивальные бабки веками наносили ущерб здоровью матерей и их новорожденных. Современные врачи стремились устранить эту практику, работая с Правительство готовит профессиональных акушерок для сельских районов России. Империя.Современной медицине бороться с традициями оказалось непросто, поскольку медицинские реформаторы изо всех сил пытались завоевать популярность среди крестьянства. В конце концов, именно некомпетентность повитуха в трудных родах доказал крестьянкам, что успешная практика сельских врачей-повитух можно было доверять. Установив такое превосходство, русское правительство а медицинские реформаторы наконец-то смогли обеспечить большинство россиян населения с современным родовспоможением.

*Графика с сайта bestanimations.com

«Я никогда не вернусь в этот ад — я не хочу больше рожать в этой стране»

За весь двадцатилетний период правления Владимира Путина была сознательная попытка повысить рождаемость в России. В своем последнем Послании Федеральному Собранию президент объявил об увеличении пособий беременным женщинам. Вслед за этим более двадцати женщин из разных регионов страны, дети которых либо умерли во время родов, либо получили родовые травмы, опубликовали видеообращение к Путину с просьбой устранить некачественную медицинскую помощь при родах.

«Важные истории» проанализировали данные о материнской и младенческой смертности и пообщались с семьями, чьи дети либо перенесли травму, либо умерли во время родов. Сегодня мы расскажем вам, почему, несмотря на все обещания правительства, женщины в России до сих пор боятся рожать.

Почему в России страшно рожать

Оператор и видеомонтажер: Глеб Лиманский. Редакторы: Роман Анин, Петр Рузавин

Как мы считаем

Для оценки качества медицинского обслуживания рожениц в России мы анализируем несколько статистических показателей.

Младенческая смертность – это смерть детей в возрасте до одного года. Коэффициент указывает количество младенческих смертей на каждую 1000 новорожденных детей в течение одного года. Каждый год Федеральная служба государственной статистики публикует собственные данные о младенческой смертности. Для международного сравнения мы используем данные, предоставленные ЮНИСЕФ за 2019 год (показатель младенческой смертности).

Не каждый случай младенческой смертности напрямую связан с родами. Поэтому следует учитывать еще одну важную цифру: перинатальная смертность — количество смертей плода после 22 недель беременности и количество смертей среди новорожденных в течение первых семи дней жизни на каждые 1000 полных рождений в течение одного года.В этот показатель включены мертворождения — дети, рожденные без признаков жизни после 22 недель беременности. Такие данные публикует Федеральная служба государственной статистики.

Есть еще одна важная цифра: количество абортов. Данные об абортах публикуются Министерством здравоохранения Российской Федерации и включают как искусственно прерванные беременности, так и самопроизвольные аборты (выкидыши), которые мы также учитывали как случаи потери матерью ребенка.

Минздрав публикует также данные о здоровье новорожденных, например, абсолютное число больных и родившихся больными на 1000 живорождений. Особого внимания заслуживает «родовая травма» как причина заболеваемости детей раннего возраста.

Коэффициент материнской смертности — число женщин, умерших от осложнений беременности, родов и послеродового периода, на каждые 100 000 живорождений. Данные об этом публикует Федеральная служба государственной статистики.Для международного сравнения мы используем данные, предоставленные Организацией Объединенных Наций (ООН) за 2017 год — последний доступный период.

«Бывает»

В 2019 году новорожденная дочь тулячки Анастасии Асаулко умерла через двадцать дней после тяжелых родов. Анастасия пыталась добиться от врачей ответа на свой вопрос: как такое могло случиться со здоровым ребенком, выношенным доношенным? Врачи, по ее словам, ответили: «Бывает». Случай с Анастасией — лишь одна из полумиллиона подобных трагедий, выпавших на долю молодых мам только в 2019 году.В России одна семья ежеминутно сталкивается с потерей ребенка (если считать момент зачатия до первого дня рождения ребенка) или прерыванием беременности.

Каждая четвертая беременная женщина в России теряет беременность в результате аборта или выкидыша. В 2019 году по этим причинам было прекращено более 500 000 беременностей. Еще 8 000 детей родились мертвыми (по данным Росстата). До трети детей, рожденных живыми, родились с патологиями (по данным Минздрава) — это более 400 тыс. детей, жизнь которых теперь зависит от медицинской помощи.

В России каждые 30 минут происходит мертворождение или смерть новорожденного (либо при рождении, либо на первом году жизни — прим. ред.). Уровень младенческой смертности в России постепенно снижается, но по сей день он все еще значительно выше, чем в большинстве развитых стран. Например, в 2019 году уровень младенческой смертности в Финляндии и Норвегии составлял 1,8, а в Исландии — 1,2. В том же году уровень младенческой смертности в России был в несколько раз выше — пять на каждую 1000 новорожденных — так же, как в Чили, Бахрейне, Северной Македонии, Катаре, Шри-Ланке и Мальте.

В 2020 году умерло более 6000 детей в возрасте до года. В среднем это 4,5 случая на 1000 новорожденных. Но почти в половине регионов России уровень младенческой смертности значительно выше, чем в остальной части страны. В Чукотском автономном округе самый высокий показатель – 15,1 случая на 1000 новорожденных. И если общий показатель по стране с каждым годом может снижаться, то в некоторых регионах все наоборот. «Такие показатели, как младенческая и материнская смертность, — это KPI (ключевые показатели эффективности — прим.примечание) качества родовспоможения в стране и в регионах», — говорит Анастасия Новкунская, социолог из Европейского университета, специализирующаяся, в том числе, на изучении родовспоможения.

‘Я не мог переступить порог своей квартиры; там были вещи ребенка»

Для Анастасии Асаулко и ее мужа беременность была долгожданной: они пытались пять лет. «Вся наша семья ждала этого ребенка. Занятия йогой для беременных, фотосессии, курсы — все было для ребенка и меня.Все было куплено: коляска, ребенок растет. Все было выстирано и выглажено, — вспоминает Анастасия. Когда она родила в 2019 году, ей было 26 лет.

Семья Асаулко выбрала для родов Тульский областной перинатальный центр — единственный в области. Анастасия думала, что в центре будут квалифицированные специалисты, хорошее оборудование и помещения, а также реанимация. По ее словам, перед процедурой ЭКО (экстракорпорального оплодотворения) московские врачи в плановом порядке проводили тщательное обследование здоровья пары: «Мы должны были быть как космонавты: ни инфекций, ни проблем со здоровьем», — говорит Асаулко.Во время беременности «все было нормально, как и у большинства женщин».

Через три дня после поступления Анастасии в перинатальный центр отошли воды, но схватки не начались. Врачи дали ей две партии таблеток, чтобы вызвать роды, поставили капельницу с окситоцином (гормон, который вводят роженицам для стимуляции схваток — прим. ред.) и провели несколько консультаций, чтобы выбрать способ родов.

Все это время электронный фетальный монитор (ЭФМ) был подключен к животу Анастасии для контроля сердцебиения плода.Она провела около восьми часов в ожидании начала схваток, и в этот момент она заметила, что EFM теперь показывает четыре удара, тогда как до этого цифра никогда не опускалась ниже девяти (EFM работает по шкале от одного до десяти). цифра ниже пяти считается отклонением от нормы — прим. ред.). «Я уже паниковала, требовала: «Сделайте что-нибудь, схватки не идут, ребенок мучается». Анастасия просила врачей сделать кесарево сечение, чтобы «ребенок не мучился», но они сказали «Вы сами родите» и ввели вторую капельницу с окситоцином, а также эпидуральную анестезию.

Тульский перинатальный центр

Фото: Глеб Лиманский / Важные истории

После этого, по словам Анастасии, она «осталась совсем одна». Левая сторона ее тела онемела — она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. «Я так понимаю, мы упустили момент, когда мне нужно было начинать тужиться, мне никто не говорил, что делать. А когда я начала звать на помощь, потому что поняла, что рожаю, было уже поздно. Я увидела на ЭСМ, что у ребенка не было сердцебиения, там была просто ровная линия.Я начала кричать, они говорили: «Толкай». — Почему нет сердцебиения? Я закричал. Мне никто не ответил». После этого, рассказывает Анастасия, врач, который принимал роды, нажал ей на живот, чтобы ребенок вышел.

Потом врачи отвезли ребенка в травмпункт. Девочка родилась в тяжелом состоянии с асфиксией и гипоксией (эти состояния характеризуются недостатком кислорода — прим. ред.). Анастасия говорит, что видела страх в глазах медиков: «Я видела, как они себя ведут, и мне стало в два раза хуже.Я понял, что они понятия не имеют, что происходит, и не понимают, как это произошло. Один из врачей сказал мне: «Мы не знали, что ограничены во времени». Кто тогда должен был знать меня? Это были мои первые роды, и я не знала, как это сделать. Со мной все время должен был быть кто-нибудь, по крайней мере акушерка, и врач должен был приходить ко мне каждые полчаса. Но никого не было, поэтому и получилось так, как получилось».

Новорожденная дочь Анастасии двадцать дней провела в реанимации.«Мы с мужем ездили туда, брали книги, читали ей сказки, песни и стихи, молились и крестили дочку», — рассказывает Анастасия, вспоминая их посещения реанимации. «Это был сущий кошмар: видеть, как твой ребенок лежит там, беспомощный, весь в этих трубочках, и ты ничего не можешь сделать, это отчаяние — ты хочешь помочь своему ребенку, но не можешь. Это так больно. И грустно, и ты не знаешь, что будет дальше». В этот период супруги пытались получить помощь от других врачей, и они хотели отвезти ребенка в другую клинику.Но специалисты из Москвы сказали им, что дочку в таком состоянии никуда увезти нельзя — она не доедет; она бы не выжила.

Так и случилось, — говорит Анастасия. Тульский перинатальный центр закрыли на стерилизацию (плановая санитарно-гигиеническая обработка — прим. ред.), а дочь перевели в Тульскую детскую областную клиническую больницу. «Мы добрались туда, но уже видели, что состояние ребенка ухудшилось. И я, и мой муж попрощались с ней там.Я уже знал, что осталось всего несколько часов. В этой больнице ребенок прожил сутки», — рассказывает нам Анастасия. «В тот момент мы жили с моими родителями, потому что не могли вернуться в квартиру. Там были детские вещи: коляска, кроватка; Я не мог переступить порог своей квартиры. Позвонили моему мужу [из больницы]. Я слышал, как он плачет. Ему не нужно было ничего мне говорить. Единственное, что я помню, — это падение», — говорит она, вспоминая момент, когда ей сказали, что ее ребенок умер.

«Еду рожать и думаю: выживем ли мы с ребенком сегодня или нет»

Анастасия считает, что в смерти ее дочери виноваты врачи, принимавшие ребенка: «Почему-то , они все передавали друг другу все в тот день. Может, потому, что была пятница, все торопились домой», — размышляет она.

После похорон Анастасия решила через суд выяснить настоящую причину смерти дочери: «В то время, когда моя дочь лежала в реанимации и была еще жива, по телевизору шла «Прямая линия» с Владимиром Путиным, и я записал видеообращение, написал ему письмо с просьбой помочь моему ребенку.Я не получил ответа. Когда у нас были похороны, я понял, что должен что-то сделать. Я не мог просто оставить все так, с вопросом о том, как это произошло, висящим в воздухе. И ответ, который мне дали — «Бывает» — не укладывался у меня в голове. Здоровый ребенок — и это результат? Анастасия Асаулко

Судмедэксперты подтвердили, что медики допустили ошибки при родах (в «Важных историях» есть заключение экспертизы).Во-первых, их действия привели к «гиперстимуляции матки»: увеличилась скорость введения окситоцина Анастасии — это не соответствовало требованиям клинических рекомендаций Минздрава РФ по родоразрешению. По мнению экспертов, именно это могло вызвать гипоксию плода.

Во-вторых, врачи не проводили постоянного наблюдения за состоянием плода — это не позволяло диагностировать гипоксию и своевременно произвести родоразрешение.Как пишут следователи, если бы врачи вовремя распознали гипоксию и провели вакуум-экстракцию (это операция по искусственному извлечению ребенка с помощью специального аппарата — прим. ред.), «была бы вероятность ребенок родился живым с менее выраженной асфиксией и более оптимистичным прогнозом для жизни». в соответствии с требованиями», и что ошибки врачей способствовали развитию гипоксии плода и не позволили осуществить роды в срок, все это вместе не могло быть непосредственной причиной гибели ребенка.

Алла Бадаева, заведующая отделением акушерской патологии беременных Тульского перинатального центра и врач, принявший роды Анастасии, отказалась обсуждать этот случай с «Важными историями». Медицинский директор центра Олег Черепенко, который также принимал участие в родах, также отказался говорить с нами об этом.

Сейчас Анастасия продолжает попытки подать в суд на врачей. «Я хочу, чтобы эти люди больше не совершали ошибок. Моя мама сказала мне: «Они ошиблись, они знали это; Я видел это в их глазах, они, вероятно, больше не будут делать ничего подобного».Но я знаю, что после моего будут другие дела, я знаю, что они это сделают. Я знаю, что они и дальше будут рисковать», — говорит Анастасия.

Анастасия Асаулко с мужем и сыном Архип. Май 2021

Фото: Глеб Лиманский / Важные истории

После трагедии Анастасии удалось снова забеременеть и сейчас они с мужем воспитывают сына Архипа. Она боялась рожать второй раз. «Когда я узнала, что снова беременна, это должно было стать благословением, но для меня это стало катастрофой.Я провел все девять месяцев, думая, что то же самое произойдет снова. Я никому не доверял. Я попросилась на кесарево, так было намного легче, и я родила здорового ребенка. Я плакала от радости. Но я знаю, что у нас могло быть два благословения; наша дочка тоже сейчас бегала бы, но ее нет, — говорит Анастасия. «Мы живем в современном мире с таким количеством технологий, но они все еще не могут рожать детей. И я не хочу снова рожать. Серьезно, я пошел туда, думая: выживем я и мой ребенок или нет.О чем это? Нет, я больше не готова к этому, тем более к нынешним врачам»

«Почему вы так рано приехали рожать?»

Екатерина Пульчева из г. Щёкино Тульской области потеряла близнецов в том же Тульском перинатальном центре в 2017 году: Мальчик прожил трое суток после родов, девочка две недели. По словам Екатерины, врачи перинатального диспансера, видимо, ошиблись с датой родов и стали причиной преждевременных родов: дети родились в восемь месяцев.«Врач, принимавший ребенка, начал кричать [на меня]: «Он недоношенный, он не готов, почему ты так рано пришла рожать?» Но что значит «я пришла родить»? Сама я к ним не ходила, роды были плановые, все было решено медперсоналом», — говорит Екатерина. Через три дня Екатерине сообщили, что ее сын умер. «Мы успели его покрестить в пять часов, а в семь вечера мне сказали, что наш мальчик ушел, — вспоминает Екатерина.

Состояние дочери ухудшилось; она впала в кому.Екатерина рассказывает, что пыталась помочь дочери и перевести ее в другое учреждение, но врачи тульского перинатального центра целый месяц не выписывали ребенка: «Мы были готовы оплатить пребывание ребенка и транспортировку; мы были готовы сделать все, чтобы спасти нашего ребенка. На что сказали, что это пока не нужно, что они этим занимаются, что консультировались с врачами в московских поликлиниках, что таких маленьких не возьмут. Когда мы начали шуметь — больные или здоровые, мы собирались драться за нашего ребенка, — мне дали документы на выписку.А на следующий день у нас была назначена встреча в Морозовской больнице [в Москве] на консультацию к одному из главных профессоров. Мы уже были у двери, когда у меня зазвонил телефон и нам сказали, что наша дочь умерла. У нас все еще есть вопросы о том, почему она умерла именно в этот момент. Не раньше, не позже, а именно тогда, когда мы были готовы отправиться в поликлинику».

После случившегося семья Пульчевых подала в суд на врачей перинатального центра. «Мы с мужем долго пытались пройти через все это.Сначала у нас обоих был только один вопрос: За что? Потом прошло какое-то время, и у нас возник другой вопрос: почему это случилось с нами, почему это случилось с нашими детьми? Врачи принесли извинения за снисходительность, неуважительность, но по сей день своей вины не признали».

Как и в случае с Анастасией Асаулко, судмедэксперты обнаружили ошибки в действиях врачей (в «Важные истории» есть заключение экспертизы): Неполное обследование беременной, несвоевременное назначение лечения обоим детям, отсутствие контроля ЧСС плода во время родов.Все это привело к ошибочному диагнозу и неадекватным методам лечения, но, по мнению экспертов, само по себе это не могло стать причиной ухудшения состояния Екатерины и гибели детей.

В апреле 2021 года тульский Минздрав объявил выговор директору перинатального центра Олегу Черепенко за «недостаточный контроль за действиями персонала». Тогда в том же апреле пять женщин подали жалобу на работу врачей Тульского перинатального центра в совместном видеообращении.После этого следственный комитет возбудил уголовное дело по факту «Халявного исполнения служебных обязанностей» — дело касалось дел, происходивших в центре в период с 2017 по 2021 год.

Екатерина Пульчева с дочерью Полиной. Май 2021

Фото: Глеб Лиманский / Важные истории

После смерти близнецов Екатерине Пульчевой удалось родить здорового ребенка — тоже в Туле, но в другом роддоме и другим способом родовспоможения. «Если есть риск, что что-то [не так] с матерью или ребенком, сразу делают экстренное кесарево сечение; они не допускают необратимых ошибок, из-за которых ребенок или мать становятся инвалидами», — говорит она.По словам Екатерины, после случившегося ей было страшно снова рожать: «Я очень боялась рожать, боялась, что нам придется снова все это проходить, ждать столько времени и что снова что-то случится. Когда родилась Полина и мы взяли ее на руки, мы почувствовали все эти радости, мы почувствовали, что стали родителями. Мы стали особенно ощущать, что у нас отобрали, что у нас отобрали в роддоме. Сколько радости они лишили нас. Мы с мужем часто думаем о других малышах, о близнецах, какими они были бы сейчас; их было бы трое, маленькая детская.Может быть, уже три с половиной года, но такого не забываешь», — говорит Екатерина.

«Нам сразу сказали, что она умрет»

По данным Минздрава, каждый третий ребенок в России рождается больным. Только в 2019 году это 461 000 детей. В отдельных регионах ситуация еще хуже: например, в Ненецком автономном округе, Кабардино-Балкарии и Новгородской области более половины детей, родившихся в 2019 году, родились с различными заболеваниями.В Архангельской области и Камчатском крае — почти вдвое.

У восьми процентов больных новорожденных диагностирована родовая травма — повреждения, возникшие в процессе родов, возможно, в результате действий акушеров. В 2019 году более 35 000 детей получили родовые травмы. По словам акушера-гинеколога, директора Международной академии здорового образа жизни Елены Березовской, родовая травма зависит от способа родов, и в некоторых случаях ее можно избежать.

Дочь москвички Татьяны Бенграф Оливия получила травму при родах в родильном доме № 27 г. Москвы (ныне Центральная клиническая больница имени Спасокукоцкого). В результате травмы дочь страдает множественными заболеваниями: тяжелым поражением центральной нервной системы, детским церебральным параличом (ДЦП) и эпилепсией.

Татьяна винит в случившемся врачей поликлиники. Другие матери, пострадавшие во время родов, также подали жалобы на свою работу.Сейчас несколько врачей отстранены от работы, а бывший главврач родильного дома находится под следствием.

«Мы, конечно, ждали Оливию и пошли на УЗИ [там] и уже было видно, что она похожа на своего папу. Все было хорошо, все анализы идеальные», — говорит Татьяна. Она говорит, что заранее познакомилась с врачом, который собирался принять роды. Этот врач пообещал, что роды пройдут без эпидуральной анестезии, а если возникнут проблемы, Татьяне сделают кесарево сечение.Но все произошло совсем иначе. Ей ввели несколько доз эпидуральной анестезии и окситоцина для стимуляции родов. В результате Татьяна перестала чувствовать часть своего тела, а сердцебиение у малышки упало. По мнению Татьяны, к травме могло привести косвенное воздействие лекарств. Акушер-гинеколог Елена Березовская говорит о том, что каждый такой случай нужно рассматривать индивидуально, но бывают ситуации, когда врачи злоупотребляют стимуляторами родов.«Иногда пытаются ускорить роды, вызывают роды, когда организм матери совсем не готов, а врач нетерпелив, потому что их смена уже закончилась или они уезжают в отпуск», — говорит она.

Татьяна и Роман Бенграф с дочерью Оливией. Май 2021

Фото: Глеб Лиманский / Важные истории

Медики отказывались делать кесарево сечение Татьяне Бенграф на протяжении всех родов. Когда сердцебиение ребенка начало падать, врач и акушер начали выдавливать младенца.«Пока они выдавливали ребенка, они полностью убили ее для нас. Когда они вытащили ее, ее голова стала синей, что означало, что они только что раздавили ее, потому что мои бедренные кости были явно недостаточно широкими, чтобы она могла протиснуться; она была слишком велика для моего телосложения».

Врач акушер-гинеколог Елена Березовская объясняет, что такой метод насильственного выталкивания ребенка увеличивает риск родовой травмы. «Есть директива Минздрава, которая запрещает вынуждать младенцев, прием Кристеллера (хотя прием Кристеллера — это не выталкивание ребенка вот так, а давление на желудок матери, но у каждого врача якобы есть свой эксперт мнение о том, как это сделать).И хотя этот метод запрещен, его до сих пор используют во многих роддомах», — говорит она.

После этого, по словам Татьяны, дочь увезли в реанимацию. «В связи с тем, что неонатологи (врачи, лечащие новорожденных — прим. ред.) не согласились на лечебную гипотермию (процедура, облегчающая последствия травмы — прим. ред.), ее просто оставили в родильный дом: Ее просто поместили в инкубатор (устройство, в которое помещают недоношенных или больных новорожденных — прим.примечание) умереть. Она лежала совершенно мертвая, просто мертвый ребенок на искусственной вентиляции легких с трубками и катетерами. Ночью вокруг нас в палате плакали младенцы; слышать других, здоровых малышей, было невыносимо», — вспоминает Татьяна.

В результате у ребенка развились многочисленные осложнения, и он провел еще полгода в реанимации. По словам Татьяны, все это время врачи убеждали ее отказаться от ребенка: говорили, что если она заберет ее домой, то старшая дочь Татьяны увидит сестру и не захочет иметь детей, что муж уйдет от нее, что Оливия все время будет лежать, дергаться, а ее родители будут «сидеть вокруг нее и просто плакать».Но Татьяна ни разу не подумала отказаться от своего малыша. Теперь она и ее муж по очереди круглосуточно ухаживают за Оливией, кормя ее с помощью специальных приспособлений. Ежемесячно семья тратит около 30-40 000 рублей на лекарства, еще 100 000 на няню-специалиста – медработника; государство не компенсирует им эти затраты. Татьяне сложно думать о будущем своего ребенка: «Нам сразу сказали, что она умрет. Так что то, что она пережила уже три года, — это большое достижение для такого ребенка, как она.’

Татьяна сейчас ждет еще одного ребенка и признается, что больше не хочет рожать в России. «Если бы границы не были закрыты, я бы улетела куда-нибудь еще. Теперь буду думать, что делать. Я также хотел лететь куда-нибудь еще для первых родов, потому что я чувствовал [что должно было произойти]. Но я остался здесь, и теперь, конечно, жалею об этом. Мало того, что они снисходительны и неуважительны, о чем, ладно, можно было бы забыть, если бы у тебя был ребенок, и все было бы в порядке.Мало того, что они так с тобой обращаются, так еще и у тебя остается ребенок-калека, что просто ужасно. Все матери, которых я вижу, у многих из них только один ребенок, даже если ребенок жив и с ними все в порядке, говорят: «Я никогда не вернусь в этот ад — я не хочу рожать». в этой стране больше нет, — говорит Татьяна.

«В интервью, которые мы проводим для наших исследовательских проектов, женщины иногда говорят, что их первый опыт родов был настолько негативным и страшным, что они решили полностью отказаться от идеи иметь еще одного ребенка и теперь остались с единственным ребенком», — говорит Анастасия Новкунская, социолог Европейского университета, изучающая структуру родовспоможения в России и для своего исследования беседовавшая с матерями и врачами из разных регионов.«Возможно, у них был негативный опыт, но это не должно иметь такого решительного влияния на их решение о будущих детях. И далеко не всегда опыт был таким негативным. Этот стереотип во многом живуч, потому что страшилки всегда вызывают большой переполох. Случаи материнской и младенческой смертности обсуждаются много, и это создает более суровый образ, чем женщина, рассказывающая о том, что у нее все обошлось, и что врачи и акушеры были очень любезны, поддерживали, профессионально, и что она была счастлива и счастлива. благодарен за все.Эти истории тоже существуют. Статистики по ним нет, но их предостаточно, я думаю, что их даже большинство». видевшие себя жертвами того же родильного дома №27, вышли на связь с ней. В результате были отстранены от должности заведующая родильным домом Марина Сармосян и заведующая отделением патологии беременности Сусанна Паносян.Сейчас Сармосян находится под следствием в рамках возбужденного против нее уголовного дела. Также уволены заведующие каждым из отделений родильного дома. Уволенные врачи не верят в связь ДТП с уголовным производством. Они опубликовали обращение, в котором назвали случившееся «враждебным захватом» больницы. По их мнению, увольнения были необходимы, чтобы освободить место для врачей из другой больницы, закрытой на ремонт.«Потом на следствии она [Паносян] сказала мне: что ты хочешь, я получила за твое рождение только 19 тысяч [рублей]? Почему деньги имеют значение? Это как раз показывает все их отношение к женщинам», — говорит Татьяна, заплатившая за ее рождение 160 000 рублей по договору.

«Иди лечись и приезжай к нам на роды»

Во время родов страдают не только дети, но и матери. Ситуация с материнской смертностью в России, согласно официальной статистике, с каждым годом улучшается, но все еще находится на одном уровне с такими странами, как Саудовская Аравия, Таджикистан, Турция, Уругвай.

Семьдесят четыре процента материнских смертей происходят по «акушерским» причинам; остальные — из-за болезней, вызвавших осложнения во время беременности. Врач акушер-гинеколог Елена Березовская считает, что все случаи материнской смертности можно считать обязанностью акушеров, поскольку даже в случаях экстрагенитальных (не связанных напрямую с беременностью — прим. ред.) заболеваний именно врачи специализируются на этих заболеваниях. болезни и беременность, которые наблюдают беременную женщину.«Я бы на сто процентов назвала это обязанностью акушеров. Всю эту группу действительно можно было бы понизить, если бы подход к пониманию женских проблем был правильным», — говорит она.

В России каждые два дня от осложнений во время беременности или родов умирает одна женщина. Большинство умерших находились под наблюдением врачей, и в 42% случаев эти смерти считались предотвратимыми. К таким случаям Минздрав относит, например, смерть в результате осложнений от наркоза.«Повестка дня в области устойчивого развития» (цели, которые ООН поставила перед странами к 2030 году — прим. ред.) предлагает положить конец всем случаям предотвратимой материнской смертности. России пока не удалось решить эту задачу.

В 36 регионах страны уровень материнской смертности выше, чем в остальной части страны. Псковская область является наихудшей (56,6 случаев на каждые 100 000 матерей, родивших живых детей), за ней следуют Сахалинская область (51,7) и Тульская область (44,5). Ситуация в Псковской области сопоставима по уровню материнской смертности в Эквадоре, в Сахалинской области с островным государством Тонга, а в Тульской области с Монголией.

Социолог Анастасия Новкунская говорит, что региональные различия могут быть связаны с количеством родильных домов и наличием медицинского персонала. «Если у вас возникла какая-то чрезвычайная ситуация во время беременности или родов, а ближайший родильный дом находится не в пятнадцати минутах езды, это может сильно повлиять на развитие ситуации. Но даже если, скажем, вы живете рядом с каким-то родильным отделением, а акушер-гинеколог у них всего один, и они не всегда работают круглосуточно, это тоже может повлиять на то, как быстро вам окажут неотложную помощь.’ 

Материнская смертность в российских деревнях выше, чем в городах: 10,4 умерших на 100 000 населения в деревнях против 8,6 в городах. И этот разрыв увеличивается с каждым годом. Причины материнской смертности также различаются в селах и городах. Например, в селе наиболее частой причиной материнской смертности является аборт, произведенный вне медицинского учреждения, — это происходит почти в два раза чаще, чем в городе.

В 2017 году Арам Мачкалян из Волгограда потерял новорожденного сына, а через десять дней после рождения умерла и его жена Елена.«У нас с женой были мечты, у нас были большие жизненные планы. Мы хотели большую семью. Мы договорились, что у нас будет даже третий ребенок, а потом посмотрим, как сложится жизнь», — вспоминает Арам. Первый раз Елена рожала в частной клинике. Второй раз семья решила родить ребенка в государственной больнице.

Арам Мачкалян с дочерью. Май 2021

Фото: Глеб Лиманский / Важные истории

Арам и Елена Мачкаляны

Фото из архива Арама Мачкаляна

Беременность протекала без осложнений, но перед родами, на новогоднем утреннике, у женщины поднялась температура.Когда Арам вызвал скорую помощь, Елену увезли в больницу в другом городе — в 33 километрах от их дома. Врачи сказали Араму, что всех беременных женщин, у которых подозревают грипп, увозят в эту часть области — в больницу №2 г. Волжского. Через несколько дней в больнице у Елены началось маточное кровотечение, и ее перевели в Волжский перинатальный центр. «Последний раз я проверяла, для чего существует перинатальный центр, чтобы справиться с какими-то осложнениями, чтобы как-то [не допустить] того, чтобы что-то случилось с ребенком, с матерью — для этого он и был построен.Мне никогда не приходило в голову, что такое может случиться», — говорит Арам. Но Елену несколько раз возили туда и обратно, пока она была больна; в перинатальном центре ей сказали: «Иди лечись и приезжай к нам на роды». Но когда у Елены начались роды, больница снова отправила ее обратно в перинатальный центр.

Арам вспоминает, что видел Елену в последний раз: «Ее катали на кровати, она уже была в кислородной маске и накрыта простыней. Я помню этот образ; это останется со мной на всю оставшуюся жизнь; последний раз, когда я видел ее живой.Я попытался придать ей смелости и крикнул ей вслед: «Не волнуйся, мы здесь, все будет хорошо». В ответ она посмотрела на меня — всего один взгляд». Уже через несколько часов врачи перинатального центра сообщили Араму, что его сын родился мертвым, а Елена потеряла много крови и находится в критическом состоянии. «Мы надеялись и верили, делали всякое: просили службы, люди разных вероисповеданий молились по-своему. Кто-то приносил жертвы, кто-то делал пожертвования, кто-то молился.Но это не помогло, и с этого момента я понял, что теперь я атеист. Я потерял веру», — говорит нам Арам.

Арам говорит, что они не хотели отдавать ему тело его ребенка: «Это было единственное, что было важно для меня… Он все еще был моим сыном, и я все еще хотел его, мне нужно было его забрать. Главврач заявил, что они не могут дать мне его забрать, потому что он не ребенок, это плод, и они не отдали его. Через пять дней мне все же удалось его забрать. Похоронить его по-человечески, все как положено, могилочка, надгробие, крестик.’

После похорон сына Арам потерял и жену. Через десять дней после того, как Елену перевели в новую больницу, она умерла, так и не приходя в сознание — у нее отказали внутренние органы. В выданной Араму справке причиной смерти его жены был указан аутоиммунный гепатит. Как говорит Арам, такой диагноз жене никогда не ставили, поэтому он написал заявление в Следственный комитет. Судебно-медицинская экспертиза установила, что это был неправильный диагноз: органы, в которых нашли гепатит, принадлежали другому человеку.Патологоанатомы заменили образцы. Позже суд признал их виновными и приговорил к девяти годам лишения свободы, два из которых — из-за эпизода с Еленой. «Желая скрыть реальные статистические данные материнской смертности в регионе и предотвратить негативные последствия этого для учреждений здравоохранения Волгоградской области, Кольченко и его подчиненные […] заменили гистологические образцы умершей матери на образцы печени другого человека с установленным хроническим гепатитом», — говорится на сайте суда.

Позже к двум годам лишения свободы были приговорены два врача Волжского перинатального центра, принимавшие ребенка жены Арама, Елена Попова и Наталья Андреева. Их осудили по статье «Оказание услуг, не соответствующих нормам безопасности, повлекшее по неосторожности смерть человека». Один из адвокатов врачей отказался комментировать приговор в телефонном разговоре с журналистом «Важные истории». Связаться с адвокатом второго врача не удалось.Медицинский директор Волжского перинатального центра Александр Бухтин отказался комментировать действия своего персонала.

‘Для меня важнее всего помнить. Чтобы помнить ее жизнь, нашего ребенка. Они могли бы ее спасти, но не спасли», — говорит Арам. Сейчас он воспитывает шестилетнюю дочь один. Она осталась без матери.

24 часа на работе

В историях о младенческих и материнских смертях страдают не только роженицы, но и врачи, отмечает социолог Европейского университета Анастасия Новкунская, собрав мнения врачей из разных регионов для ее исследования.«Это тяжелая работа. Смена акушера в финском родильном доме составляет максимум восемь часов. Поэтому люди не работают круглосуточно. В России врач и акушер довольно часто находятся на работе 24 часа, и понятно, что к концу этих полных смен физически относительно тяжело чувствовать себя хорошо и выполнять свои обязанности». 

«В этом избитом стереотипе о том, что в российских роддомах очень плохо, о том, что персонал неизбежно относится к вам покровительственно и грубо, причиняет вам боль и так далее, на медицинских работников, которые на самом деле там работают, часто смотрят свысока, — продолжает Новкунская.«Один из видов уязвимости, с которым сталкиваются сотрудники, работающие в сфере охраны материнства, — это нехватка средств: низкая заработная плата, постоянно меняющиеся правила труда, директивы, постоянные проверки со стороны контрольно-надзорных органов — все это создает условия, при которых это не совсем то, что нужно. идеальное рабочее место. Врачи и акушеры постоянно чувствуют эти уязвимые места: «Я сейчас буду делать то, что правильно с медицинской точки зрения, но меня обязательно оштрафуют, накажут контрольные и надзорные органы, потому что это будет противоречить каким-то санитарным правилам и нормам, каким-то требования Минздрава и так далее.«Вот как они должны работать, и более того, многие из них действительно стараются делать это в соответствии с профессиональными ценностями и какими-то гуманистическими представлениями», — говорит она.

Социолог говорит, что проблема может заключаться и в отсутствии налаженной коммуникации между врачами и пациентами. «Эта неудовлетворенность медицинской помощью часто возникает не потому, что она была действительно плохой, а потому, что она недостаточно открыта и общение между врачом, акушером и самой женщиной просто не гладкое», — говорит Новкунская.

Нехватка кадров и «стареющий» медицинский персонал также могут влиять на рост младенческой и материнской смертности при родах, считает Новкунская. Подтверждает ее мнение и статистика: по данным Росстата, за последние несколько лет снизилась обеспеченность как родильными домами, так и акушерскими койками — как для рожениц, так и для беременных с проблемами здоровья, а также количество профессиональных врачей.По словам Новкунской, это последствия оптимизации: с 2015 года в родильных домах созданы условия, при которых они должны зарабатывать своим трудом, а система родовспоможения обходится медицинским организациям относительно дорого.

«Что может серьезно вызвать некоторые тревожные вопросы и опасности, так это уменьшение численности медицинских работников и медицинских организаций, которые находятся далеко от областных центров. Потому что опять же статистика показывает общее количество специалистов, но если мы посмотрим на долю тех, кто работает в областных центрах, и тех, кто работает на окраинах, пропорции меняются.А на окраинах, насколько я понимаю, доступ к неотложной помощи, в частности, может уменьшиться», — говорит она.

Социолог отмечает, что врачи, как и пациенты, уязвимы с точки зрения морали. «Осложнения часто возникают во время родов и беременности, и врачи также будут морально и эмоционально обеспокоены ими. Более того, если возникает ситуация, когда ребенок теряется до, во время или сразу после родов, это тоже очень много воспринимается психологически; это источник стресса для врачей и акушеров, которые в это время находятся с женщиной и ребенком.Помимо моральной уязвимости, мы также наблюдаем рост количества жалоб и судебных дел в отношении медицинских организаций», — говорит Новкунская.

Не все беременные умирают в стенах медицинских учреждений: 12% умерли вне больниц, а 23% вообще не обращались к врачу во время беременности (по данным Минздрава на 2018 год). Анастасия Новкунская говорит, что в эту группу может входить определенная доля женщин из бедных семей, которые в силу экономических факторов и отсутствия образования отказываются от медицинской помощи.Есть и другая группа — сторонники естественных родов, которые сознательно решают рожать детей дома.

По данным Росстата около 5000 женщин рожают вне родильных домов (сюда входят роды на дому, роды в гинекологических отделениях стационаров, в машинах скорой помощи и других видах транспорта — прим. . Примечание). В 2020 году безусловным лидером по этому показателю стала Ростовская область: 372 женщины из этого региона рожали вне роддома.Этот показатель вдвое превышает показатель прошлого года. Такой рост можно объяснить закрытием родильных домов из-за пандемии коронавируса. Как сообщает местный Минздрав, это уже успело сказаться на количестве младенческих смертей в регионе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.