Как выражает автор любовь к родной земле: Как выражает автор любовь к родной земле в повести о разорении рязани батыем

Содержание

ГДЗ по литературе 6 класс учебник Меркин часть 1 страница 90-112

Повесть о разорении Рязани Батыем

Страница 90

Вопросы и задания 

1. Какие черты жанра воинской повести присущи «Повести о разорении Рязани Батыем»?

Произведение посвящено событиям, связанным с нашествием Батыя на Рязань. Его центральными героями являются князья-воины, защитники родного города. Повествование опирается на свидетельства очевидцев, участников событий, устное предание о Евпатии Коловрате, рязанском боярине, воеводе, герое рязанского народного сказания XIII века, времён нашествия Батыя.

В некоторых древних источниках Евпатий Коловрат именуется Евпатий Неистовый.

 

2. Приведите доказательства того, что она могла быть включена в состав летописи.

«Повесть…» начинается с указания на дату события: «В лето 6745». Такие же указания присутствуют в летописи «Повесть временных лет». Значит, «Повесть о разорении Рязани Батыем» — часть летописного свода.

 

3. Внимательно прочитайте эпизод «Плач Ингваря Ингваревича». Что оплакивает герой? Что более всего печалит его душу?

Князь оплакивает павших «Кто не восплачется о такой погибели? Кто не возрыдает о стольких людях народа провославного?», «словно труба, рать возвещающая, словно орган, сладко вещающий». Он хоронит убитых, собирает оставшихся в живых, утешает их. Плач князя Ингваря Ингваревича наполнен чувством глубокого уважения к погибшим. Более всего печалит его душу, что погибли люди рязанские: братья его, князья, бояре, воеводы и все воинство.

 

4. Что даёт надежду на восстановление жизни в городе?

Вера в Бога дает надежду на восстановление. Ингварь Ингваревич стал править после отца своего великого князя Ингваря Святославовича. «И обновил землю Рязанскую, и церкви поставил, и монастыри построил.» «И была радость христианам, которых избавил Бог рукою своею крепкою от безбожного и зловерного царя Батыя».

 

5. Чем заканчивается повесть и каков смысл этой концовки?

 Повесть заканчивается рассказом о возрождении и обновлении испепеленной врагом Рязани, вследствие чего «И была радость христианам…». Эта концовка свидетельствует об оптимизме, жизнестойкости русского народа, его непоколебимой вере в возможность избавления от монголо-татарского ига.

 

 

В ХУДОЖЕСТВЕННОМ МИРЕ

«ПОВЕСТИ О РАЗОРЕНИИ РЯЗАНИ БАТЫЕМ»

1. Разделите повесть на части. Озаглавьте их словами из текста.

1. «…пришел на Русскую землю безбожный царь Батый.»

2. «И пришёл князь Фёдор Юрьевич на реку на Воронеж к царю Батыю.»

3. «Безбожный царь Батый оскорбился и разъярился и тотчас повелел убить баговерного князя Фёдора Юрьевича.»

4. «И пошёл против нечестивого царя Батыя, и встретили его около границ рязанских, и напали на него, и стали биться с ним крепко и мужественно, и была сеча зла и ужасна.»

5. И стал воевать царь Батый окаянный Рязанскую землю, веля убивать, рубить и жечь без милости. «

6. «И бил их Евпатий так нещадно, что и мечи притуплялись, и брал он мечи татарские и сёк ими. Почудилось татарам, что мёртвые восстали.»

7. «Кто не восплачет о такой погибели? Кто не возрыдает о стольких людях народа православного?»

8. «Благоверный князь Ингварь Ингваревич сел на столе отца своего великого князя Ингваря Святославовича. И обновил землю Рязанскую.»

 

2. Как передана битва рязанцев с войском Батыя? Выпишите ключевые слова.

Рязанцы мужественно и отважно бьются, удивляя противников своей самоотверженностью.

«стали биться с ним крепко и мужественно», «сеча зла и ужасна», «один рязанец бился с тысячей, а два — с тьмою», «бились упорно», «храбро и мужественно бились», «все полки татарские дивились крепости и мужеству рязанского воинства».

 

3. Как выражает автор любовь к родной земле?

Автор в этой великой повести выражает свою любовь к русской земле через различные слова, которые передают величественность Руси и ее народа. Автор упор делает на веру народа (христианскую), а также на веру в сам народ, веру в то, что он победит. Автор излагает следующим образом: «Пришёл на Русскую землю безбожный царь Батый…», тем самым говоря о том, что это царь нечестивый, страшный и не имеет веры. Автор в повести передаёт нам то, что народ готов пролить свою кровь, сражаться до последнего, даже умереть ради своей Родины, и не дать нечестивому царю её захватить и погубить. Они говорят: «Лучше нам смертью славу вечную добыть, нежели во власти поганых быть.» На протяжении всей повести выражается глубокая вера людей в Бога.

4. В каких словах передано отношение автора к героям?

«удальцы и резвецы рязанские», «Ни один из них не повернул назад»

 

5. Расскажите подробно, с использованием цитат из текста, о Евпатии Коловрате и его подвиге. Какими словами переданы чувства Евпатия Коловрата? Выпишите гиперболы, с помощью которых воссоздаётся богатырский образ Евпатия.

Евпатий Коловрат «. ..услышал о нашествии зловерного царя Батыя, и выступил из Чернигова с малой дружиною». Когда приехал в Рязань, увидел, что натворил Батый, «собрал небольшую дружину — тысячу семьсот человек, которых Бог соблюл вне города. И погнались вслед безбожного царя.» Внезапно напали на станы Батыевы. «И стали сечь без милости.» «И бил их Евпатий так нещадно, что и мечи притуплялись.» «И ездил средь полков татарских так храбро и мужественно, что и сам царь устрашился». И послал Батый шурича своего Хостоврула на Евпатия, а с ним сильные полки татарские. «И съехался Хостоврул с Евпатием. Евпатий же был исполин силою и рассёк Хостоврула наполы до седла.» «…и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил, одних пополам рассекал, а других до седла разрубал». Испугались татары силы Евпатия и навели на него множество орудий для метания камней и едва убили его. Когда тело Евпатия принесли Батыю он сказал: «Если бы такой вот служил у меня — держал бы его у самого сердца своего.» И отдал тело оставшимся рязанским войнам и велел их отпустить.

«И велел царь Батый отпустить их и ничем не вредить им.

Слова, которые передают чувства Евпатия Коловрата: «И вскричал Евпатий в горести души своей, распаляясь в сердце своём».

Герой имеет общие черты с былинными богатырями. Автор подчёркивает богатырскую силу Евпатия Коловрата. Гиперболы, с помощью которых воссоздается богатырский образ Евпатия: «исполин силою», «крепкий исполин», «это люди крылатые, не знают они смерти», «бьются — один с тысячею, а два — с тьмою.»

6*. Прочитайте произведения, посвящённые Евпатию Коловрату. Подумайте, почему русские писатели XIX века обращались к образу этого героя.

Русские писатели XIX века обращались к образу Евпатия Коловрата, так как этот образ показывает моральную силу русского бойца, его удаль, отвагу, стойкость и преданность родине.

 

«Поучение» Владимира Мономаха (Фрагмент)

Страница 97

Вопросы и задания 

1. О чём говорится в «Поучении» Владимира Мономаха, к чему призывает автор?

Владимир Мономах писал послание для своих потомков: детей, внуков и всех жителей княжества тогдашних и будущих. В первую очередь князь говорил о Боге и о том, что к нему надо стремиться всю жизнь, почитать его и молиться. Следующее — это труд. Даже минимальная работа лучше безделья, а Богу приятны труды человека.

2. На каком учении основаны наставления князя? Как называется книга, где они сформулированы?

Речь идет о «Поучении детям» Владимира Мономаха, в котором он подавал образ идеального князя: богобоязненного и высоконравственного. Известно, что в своем «Поучении…» князь большое внимание уделил религиозному аспекту. Владимир Мономах цитировал Псалтырь, а именно – 36 и 55 псаломы.

3. Какие мысли из «Поучения» не потеряли своей значимости и в наши дни? Обоснуйте свою точку зрения.

Мысли из «Поучения Владимира Мономаха» не потеряли своей значимости и в наши дни: Не забывайте Бога, гордости не имейте в сердце и уме, старых людей уважайте, на войну выйдя, не ленитесь, лжи остерегайтесь, напоите и накормите просящего. Убогих не забывайте, подавайте сироте и вдовцу, рассудите сами, а не давайте сильным губить человека.

Старых чтите, как отца, а молодых, как братьев. всего чтите гостя. Не пропустите человека, не приветив его, и доброе слово ему молвите.

4. Чем произведения древнерусской литературы похожи на фольклорные тексты?

Произведения древнерусской литературы, похожи на фольклорные своей певучестью языка, которая присутствует в каждом из них.  Также эти два литературных направления одинаково образуются. В них происходит героизация защитников Родины, а также очень сильно проявляется любовь создателей произведений к Родине. По сути произведения древнерусской литературы — это и есть фольклор, просто во времена их создания не было литераторов.

5. Какие стороны человеческой жизни и черты характеров людей раскрылись перед вами, когда вы читали тексты древнерусской литературы?

любовь к родине, мужество, отвага

6. Что объединяет все прочитанные вами произведения древнерусской литературы?

они все отображают бытовое хозяйство и исторические событие людей

7. Что прославляют авторы древнерусских текстов, прочитанных вами?

свою родину

Страница 99

Живое слово 

1. Опираясь на вступительную статью к разделу «Из древнерусской литературы», подготовьте небольшой рассказ об особенностях литературы этого периода.

2. Опираясь на текст, представьте и устно опишите: а) картину осады и взятия Рязани; б) картину, которую увидел Евпатий после разорения Рязани.

3. Напишите изложение «Подвиг Евпатия Коловрата» или своё «поучение».

Минуты творчества  

1. Вы прочитали несколько произведений древнерусской литературы. Составьте кроссворд, используя устаревшие слова, которые вы узнали.

2. Попробуйте сделать иллюстрации к тексту «Повести о разорении Рязани Батыем». Вы можете создать стилизацию под древнерусскую миниатюру.

Как выражает автор любовь к родной земле в повести о разорении рязани батыем

предметом творческого исследования является для чехова сложный и противоречивый мир человеческой души. в небольших по объему рассказах писатель воспроизводит целых жизней людей, изменение их внутреннего мира. на современном ему материале он ставит проблемы большого общечеловеческого значения, имеющие универсальный смысл, который сохраняется надолго. в ранних юмористических рассказах чехов рассматривал разные виды “ложных представлений” — стереотипных жизненных моделей поведения, стандартов, по которым строится вся жизнь человека. для подобного явления автор нашел точное слово — “футляр”. это то, что позволяет героям рассказов строить свою жизнь по определенному шаблону, иметь единственный универсальный ответ на все разнообразные жизненные вопросы. по некому единому стереотипу строилось поведение мелкого чиновника червякова из рассказа “смерть чиновника”, полицейского надзирателя очумелова, героя рассказа “хамелеон”, но главным образцом человека, ведущего “футлярный” образ жизни, является учитель греческого языка беликов, герой рассказа “человек в футляре”. в рассказе “смерть чиновника”, написанном в 1883 году, чехов продолжает традиционную в тему “маленького человека”. нарушая давно установившуюся традицию жалости к “маленькому человеку”, автор делает своего героя смешным и жалким одновременно. червяков смешон и жалок тем, что пресмыкается и унижается добровольно. чинопочитание и раболепие стали его важнейшими определяющими чертами, его своеобразным футляром, из которого он даже не желает вылезать: “ежели мы будем смеяться, так никакого тогда, значит, и уважения к не ”. он считает своим долгом и первейшей обязанностью высказывать свое “уважение к персонам”. в рассказе “хамелеон”, написанном в 1884 году, главный герой, полицейский надзиратель очумелов тоже прячется в футляр, внешними своими проявлениями напоминая ящерицу-хамелеона, способную менять свой цвет в зависимости от обстоятельств. в основе хамелеонства очумелова заложен твердый принцип; то, что принадлежит генералу, превосходит все остальное. в рассказе “ионыч” реализуется одна из самых характерных для мира чехова ситуаций: люди разобщены, они живут каждый своей жизнью, своими чувствами, интересами, и в тот момент, когда кому-то необходимо понимание со стороны другого человека, тот занят только своими интересами. когда доктор старцев предлагает екатерине ивановне выйти за него замуж, она отвечает: “я безумно люблю, обожаю ”, то есть ей нет ни какого дела до его чувств, она занята устройством своей собственной жизни. наиболее важным произведением, относящимся к теме “футлярной жизни” и давшим ей название, является рассказ “человек в футляре”, написанный в 1898 году. этот рассказ представляет собой сочетание конкретной социальной сатиры, материала, связанного с определенной эпохой, и философских обобщений вечных, общечеловеческих вопросов. и название рассказа, и имя его главного героя сразу же были восприняты как социальное обобщение.

художники «Культурного кода» распишут более 35 фасадов в Ставропольском крае

В Ставропольском крае стартует международный фестиваль уличного искусства «Культурный код» – один из проектов президентской платформы «Россия – страна возможностей». В рамках него стрит-арт художники с мировыми именами распишут более 35 фасадов в пгт Солнечнодольске.

Фестиваль в Ставропольском крае посетят более 60 иностранных и российских художников и ассистентов. Официальное открытие состоялось вечером 21 сентября, на нем организаторы продемонстрируют несколько эскизов художников, а также презентуют полный лайн-ап фестиваля.

«В прошлом году мы открыли в Солнечнодольске первый мурал в рамках проекта. Им стало мое произведение с символом этого места, выполненное в стилистике оптической графики с применением технологии дополненной реальности. Также мы применили технологию гобо-подсветки этой работы. Я очень рад, что теперь наполнится жизнью и художественным смыслом весь поселок, который сегодня принимает художников из разных уголков планеты», – рассказал автор проекта «Культурный код», президент Фонда поддержки и развития современного искусства Дмитрий Лёвочкин.

«Мы долго готовились к этому фестивалю, который обещает стать одним из самых ярких культурных событий года. Наша задача – провести его так, чтобы он оставил самые лучшие, незабываемые впечатления. И чтобы на Ставрополье появилась новая точка общественного притяжения для жителей и гостей края. А эта созданная на фасадах домов красота пусть выражает нашу заботу и любовь к родной земле», – отметил Губернатор Ставропольского края Владимир Владимиров», – отметил Губернатор Ставропольского края Владимир Владимиров.

«На данный момент уже приступили к работе 14 художников из Германии, Польши, США, Нидерландов, Испании, Мексики, Болгарии и России. В ближайшие недели к нам заедут еще 24 художника из России, Аргентины, Греции, Канады, Китая, Израиля, Индонезии и Великобритании. Официальная презентация готовых муралов пройдет в середине октября. Художники будут работать чуть меньше месяца», – сообщила руководитель молодежных проектов АНО «Россия – страна возможностей» Ирина Карих.

Напомним, «Культурный код» – это международный фестиваль, в рамках которого российские и зарубежные художники, признанные мировым стрит-арт сообществом, создают муралы в разных регионах России.

Дуэт художников BIER &BROOD из Нидерландов рассказали о своей картине «Круг связи» на фестивале: «Наш дизайнерский круг связи – произведение абстрактного символизма. Круг представляет собой коллективную подсознательную связь, которую имеем мы – люди, сотрудничающие в обществе. Сила человеческой личности в том, что мы стремимся работать вместе для процветания. Этот круг человеческой энергии течет через здания. Две силы работают вместе: подсознание и реальность также как две стены работают вместе, чтобы создать одно изображение».

Основная цель фестиваля – создание музеев монументального искусства под открытым небом, креативного пространства для знакомства жителей Российской Федерации с направлениями современного искусства и мировой уличной культурой.

В общей сложности до конца 2021 года в рамках фестиваля будет создано порядка 60 муралов. В данный момент работы художников можно увидеть в Одинцово (Московская область), Челябинске, Казани, Солнечнодольске (Ставропольский край) и Мастерской управления «Сенеж» в подмосковном Солнечногорске.

Организаторами проекта «Культурный код» выступают АНО «Россия – страна возможностей», Правительство Ставропольского края, Фонд поддержки и развития современного искусства при поддержке Фонда президентских грантов. Проект направлен на популяризацию современного искусства, поддержку талантов и развитие городской среды. 

ЛЮБОВЬ К РУССКОЙ ЗЕМЛЕ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ»

ЛЮБОВЬ К РУССКОЙ ЗЕМЛЕ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ»

Главным героем великой древнерусской по­эмы «Слово о полку Игореве» является не Игорь и его войско, не какой-либо из других русских князей, а вся необъятная, величественная и пре­красная Русская земля. Все образы произведе­ния, все мысли автора подчинены одной большой теме — теме родины, и одному чувству — чувству любви к родной земле.

Искреннюю, возвышенную, поэтическую лю­бовь автора к великой Руси подчеркивает насы­щенный эмоциональный фон, многочисленные лирические обращения к родной природе, к Рус­ской земле. «О Русская земля, уже за шеломянемь еси!» — это постоянно повторяющееся вос­клицание автора напоминает нам о том, что пе­ред нами не история одного похода, а история всего Русского государства, всей великой и необъятной Руси.

Вместе с воинами княжеской дружины автор сожалеет о разлуке с родной землей, захваченной врагом, скорбит о гибели великих храбрых рус­ских воинов:

Но уже,о князь Игорь,

померк солнца свет,

а дерево не к добру листву сронило:

по Роси и по Суле города поделили.

А Игорева храброго полка уже не воскресить!

С самых первых строк произведения мы чув­ствуем тревогу автора за судьбу Руси, русского войска и всего русского народа. Эта тревога пере­дается и князьям, и воинам, и самой природе. Она распространяется по всей Руси — к Волге, к По­морью, к Посулью, доходит до Сурожа, Корсуни и Тмутаракани. Обширные пространства родины предстают перед нами как некое живое, чувству­ющее, мыслящее существо. И это существо вби­рает в себя поля, степи, леса, моря, реки. Автор с гордостью проводит нас Половецкой степью, от­крывает перед нами необъятные просторы земли, ее моря, многочисленные реки — Дон, Волга, Днепр, Донец, Дунай, Западная Двина, Рось, Сула, Стугна, Немига, ее великие города — Корсунь, Тмутаракань, Киев, Полоцк, Чернигов, Курск, Переяславль, Белгород, Новгород, Галич, Путивль и многие другие. Автор ощущает роди­ну как единое огромное целое. Он обращается к ветру, к Днепру, к солнцу, к птицам — как к ча­стям этого целого.

Автор «Слова…» гордится своей родиной, он уверен в ее могуществе. Сожалея о поражении Игорева войска и о гибели людей, он в то же вре­мя уверен в будущих великих победах Руси. Ис­пытывая чувство гордости и безграничного вос­хищения родной землей, ее необъятными просто­рами, автор восхищается и русским народом. Ведь родина для него — это и природа, и воздух, и села, и города, и люди — воины и простые тру­женики. С теплотой и нежностью упоминает ав­тор поэмы о мирном труде русских пахарей, со­жалея, что постоянные распри и междоусобицы князей нарушают гармонию этого труда. Он пол­ностью разделяет горе русского народа, потеряв­шего лучших своих воинов в необдуманной, бес­смысленной, обреченной на неудачу битве. Горе народа — это и его личное горе. Ему больно со­знавать, что русские князья, вместо того чтобы объединиться против общего врага, враждуют между собой. Именно из горячей любви к родной земле он обращается с призывом о прекращении междоусобиц:

Ярослава все внуки и Всеслава, склоните стяги свои, вложите в ножны мечи поврежденные, ибо лишились вы славы дедов.

Вы ведь своими крамолами

начали наводить поганых на землю Русскую,

на богатства Всеслава.

Из-за усобиц ведь настало насилие от земли Половецкой.

Русская земля предстает в «Слове о полку Иго­реве» страдающей и великой, могущественной и слабой одновременно. Многообразие облика ро­дины вызывает и разнообразные оттенки чувств в душе автора. Здесь и гордость за ее прошлое и настоящее, и восхищение ее бескрайними просто­рами, и прославление силы и мужества ее геро­ев. И в то же время здесь — горечь потерь, сожа­ление о разъединении братьев-князей, возмуще­ние необдуманными поступками, накликающи­ми горе и бедствия на Русскую землю. Здесь и жгучая ненависть к врагам родины.

Трудно найти в средневековье другое произ­ведение, в котором так живо и во всех подробнос­тях изображена необъятная Русь и которое спо­собно проникнуть в глубину сердца всего русско­го народа, вызвать в нем сочувствие к родной зем­ле, боль за ее судьбу, стремление и твердую ре­шимость подняться на ее защиту.

О чем бы ни говорил автор, какие бы события ни описывал, какие бы образы ни рисовал, перед его мысленным взором всегда стоит образ вели­кой Руси. После трагической битвы на реке Каяле, по словам автора, «тоска разлилась по Рус­ской земле, печаль неизбывная потекла средь земли Русской». Объединиться и постоять «за землю Русскую» призывает князь Святослав сво­их братьев-князей.

Любовь автора к родине выражается и в люб­ви к русскому народу, в тревоге за его судьбу, в гордости за великие подвиги народа-воина, за­щитника родной земли. Словами князя Всеволо­да автор говорит о дружинниках, что они под тру­бами спеленуты, под шлемами взращены, с кон­чика копья вскормлены. Русский народ выступа­ет в походы не с целью обогащения или личной славы — он отстаивает честь и величие родной земли. Ради горячо любимой родины он без стра­ха готов сложить свою голову. Плечо к плечу со своими воинами стоят и русские князья — храб­рые и мужественные русские богатыри: Игорь и Всеволод. О них автор говорит с симпатией, вос­торгается их смелостью, но в то же время укоря­ет за своеволие и славолюбие, за несогласован­ность их действий с политикой других князей, киевского князя Святослава. Князь Святослав выступает в поэме настоящим «отцом» русичей.

Он глубоко скорбит о поражении войска Игоря, но не тратит время на наказание провинившего­ся князя. Во имя чести отчизны он призывает к единению всех русских правителей.

С глубокой симпатией дан образ Ярославны, оплакивающей на валу в Путивле поражение и пленение своего мужа, и упоминается «милая жена прекрасная Глебовна» (жена Всеволода). Они являются воплощением верности и вечнос­ти жизни, ожидания, освященного любовью, не­преложности добра на залитой кровью земле. Их любовь к мужьям неразрывно связана, как и у любого русского человека, с любовью к родной земле. Не случайно, мечтая скорее встретиться с любимым, Ярославна обращается к Днепру, к образам русской природы.

Понятие родины включает для автора «Сло­ва…» и историю великой Русской земли. Имен­но поэтому, рассказывая о походе Игоря, он все время обращается мыслями к героическому про­шлому Руси, сопоставляет прошлое с настоящим, указывает на великие победы, совершенные спло­ченным русским войском.

В своем произведении автор сумел охватить всю Русь целиком, объединил в повествовании и русскую природу, и русских людей, и русскую историю.

Образ великой, но страдающей родины вызы­вает у читателя сочувствие, возбуждает нена­висть к врагам, зовет русских людей на защиту родной земли. Этот образ во всех красках, во всех оттенках чувства передает нежную, трепетную любовь автора, его заботу о счастье и процвета­нии Русского государства. Можно с уверенностью сказать, что «Слово о полку Игореве» было напи­сано самой любовью — любовью к Русской зем­ле. Это «золотое слово» учит всех нас, потомков великих русичей, горячо любить свою родину и быть готовым в любой момент встать на защиту ее интересов, ее счастья, ее благополучия и цело­стности.

Анализ стихотворения «Родная земля» Ахматовой

4.7

Средняя оценка: 4.7

Всего получено оценок: 53.

Обновлено 27 Февраля, 2021

4.7

Средняя оценка: 4.7

Всего получено оценок: 53.

Обновлено 27 Февраля, 2021

Тема родины в поэзии Анны Ахматовой занимает одно из важнейших мест. В стихотворении «Родная земля» она рассматривает родину не как страну, а как землю, вскормившую и взрастившую своих детей. Предлагаем к ознакомлению краткий анализ «Родная земля» по плану, который будет полезен ученикам 8 класса при подготовке к уроку литературы.

Опыт работы учителем русского языка и литературы — 27 лет.

Краткий анализ

История написания – Стихотворение написано в 1961 году, и относится к завершающему периоду творчества поэта.

Тема стихотворения – Любовь к родине.

Композиция – Композиционно стихотворение делится на две части. В первой части лирическая героиня отрицает любое внешнее проявление любви к родине, а во второй – делится своим определением отчизны.

Жанр – Лирическое стихотворение.

Стихотворный размер – Первые 8 строк написаны ямбом, последующие 6 строчек – анапестом, с использованием перекрёстной и парной рифмовки.

Метафоры – «грязь на калошах», «хруст на зубах».

Эпитеты«заветные», «горький», «обетованный».

Инверсия – « в душе своей».

История создания

Стихотворение написано Анной Андреевной на склоне лет, в 1961 году, во время пребывания в больнице. Это был завершающий период в творчестве Ахматовой – время размышлений, воспоминаний и подведения итогов. Произведение вошло в сборник под названием «Венок мертвым».

После Октябрьской революции у Ахматовой было немало шансов покинуть страну, в которой царил хаос и мятеж. В Европе проживало немало родственников и друзей, но каждый раз, получая приглашение, она наотрез отказывалась покинуть дорогие её сердцу места. Анна Андреевна искренне не понимала, как можно жить вдали от своей отчизны, среди чужих людей. В 1917 году, в переломный период в истории России, Ахматова сделала свой осознанный выбор – невзирая ни на что, разделить участь своей родины.

Однако подобное решение стоило Ахматовой немало слёз. Ей пришлось пережить расстрел супруга, аресты друзей, расстрелянных или заживо сгнивших в лагерях, арест единственного сына.

Во время Великой Отечественной войны Ахматова разделила участь миллионов сограждан. Анна Андреевна пережила все ужасы блокадного Ленинграда, голод, над ней постоянно висела угроза репрессий.

В 1961 году поэтесса написала свой стих «Родная земля», которое посвятила земле-кормилице, терпеливой и всепрощающей матери, ценность которой перестало понимать современное общество.

Тема

Произведение относится к патриотической лирике. Центральная тема произведения – любовь к родине. Однако это чувство Ахматова преподносит без излишней патетики. Более того, она отметает любое проявление пафоса в этом вопросе, полагая, что от выставления чувств напоказ веет фальшью и наигранным патриотизмом.

В центре произведения Ахматовой – не страна как таковая, а плодородная кормилица-земля, дающая своим детям кров, пищу и неисчерпаемую силу. В этом и заключается главная мысль стихотворения. Поэтессу печалит, что к земле стали относиться лишь как к природному ресурсу, но не как к самой большой ценности, которая есть у человека.

Ахматова доносит читателям идею своего произведения – человек только в том случае может называть своей родину, если живет в ней, несмотря на все преграды и жизненные трудности. Ведь мать никогда не меняют, даже если она в чем-то далека от идеала: её любят и принимают такой, какова она есть, со всеми достоинствами и недостатками.

Композиция

Особенность композиционной структуры стихотворения заключается в условном разделении его на две части.

  • В первой части лирическая героиня выражает свою печаль по поводу обесценивания истинного понятия родины, то есть земли, на которой живём.
  • Во второй части она даёт точное обозначение тому, что для неё есть родина.

Анна Андреевна даёт понять, что истинная любовь к родине лишена ярких внешних проявлений и не имеет цель покорить слушателя. Это очень интимное чувство, которое у каждого человека проявляется по-своему.
При написании стихотворения Ахматова не придерживалась строгой внешней формы. Так, первые восемь строчек написаны ямбом, а оставшиеся шесть – трёхстопным и четырёхстопным анапестом. Ощущение вольности композиции усиливается и благодаря чередованию двух видов рифмовки – парной и перекрёстной.

Жанр

«Родная земля» написано в жанре лирического стихотворения. В нём явно отражены мысли и чувства лирической героини: её любовь, её негодование.

Средства выразительности

Особенность стихотворения «Родная земля» такова, что оно не изобилует средствами выразительности. Его смысл поэт передаёт просто и лаконично, без применения разнообразных художественных средств.

Но всё же в произведении встречаются эпитеты («заветные», «горький», «обетованный»), метафоры («грязь на калошах», «хруст на зубах»), инверсия (« в душе своей»).

Тест по стихотворению

Доска почёта

Чтобы попасть сюда — пройдите тест.

  • Алинка Сорока

    5/7

  • Ксюша Абдулбетова

    5/7

  • Надежда Верхотурова

    7/7

  • Вован Канунников

    6/7

  • Алиса Вишнеевская

    7/7

  • Эля Мельникова

    7/7

  • Анастасия Балова

    7/7

  • Вадим Меринов

    7/7

  • Медине Кораводе

    7/7

  • Шахзода Назарова

    6/7

Рейтинг анализа

4.7

Средняя оценка: 4.7

Всего получено оценок: 53.


А какую оценку поставите вы?

Художники «Культурного кода» распишут более 35 фасадов в Ставропольском крае — Газета.Ru

Прослушать новость

Остановить прослушивание

В Ставропольском крае стартует международный фестиваль уличного искусства «Культурный код» – один из проектов президентской платформы «Россия – страна возможностей». В рамках него стрит-арт художники с мировыми именами распишут более 35 фасадов в пгт Солнечнодольске. Фестиваль посетят более 60 иностранных и российских художников и ассистентов.

«Мы долго готовились к этому фестивалю, который обещает стать одним из самых ярких культурных событий года. Наша задача – провести его так, чтобы он оставил самые лучшие, незабываемые впечатления. И чтобы на Ставрополье появилась новая точка общественного притяжения для жителей и гостей края. А эта созданная на фасадах домов красота пусть выражает нашу заботу и любовь к родной земле», – отметил Губернатор Ставропольского края Владимир Владимиров.

Напомним, «Культурный код» – это международный фестиваль, в рамках которого российские и зарубежные художники, признанные мировым стрит-арт сообществом, создают муралы в разных регионах России.

«В прошлом году мы открыли в Солнечнодольске первый мурал в рамках проекта. Им стало мое произведение с символом этого места, выполненное в стилистике оптической графики с применением технологии дополненной реальности. Также мы применили технологию гобо-подсветки этой работы. Я очень рад, что теперь наполнится жизнью и художественным смыслом весь поселок, который сегодня принимает художников из разных уголков планеты», – рассказал автор проекта «Культурный код», президент Фонда поддержки и развития современного искусства Дмитрий Лёвочкин.

Основная цель фестиваля – создание музеев монументального искусства под открытым небом, креативного пространства для знакомства жителей Российской Федерации с направлениями современного искусства и мировой уличной культурой.

В общей сложности до конца 2021 года в рамках фестиваля будет создано порядка 60 муралов. В данный момент работы художников можно увидеть в Одинцово (Московская область), Челябинске, Казани, Солнечнодольске (Ставропольский край) и Мастерской управления «Сенеж» в подмосковном Солнечногорске.

Организаторами проекта «Культурный код» выступают АНО «Россия – страна возможностей», Правительство Ставропольского края, Фонд поддержки и развития современного искусства при поддержке Фонда президентских грантов. Проект направлен на популяризацию современного искусства, поддержку талантов и развитие городской среды.

Урок 5. о чем могут рассказать русские народные песни — Музыка — 1 класс

Музыка, 1 класс

Урок 5. «О чем могут рассказать русские народные песни»

Перечень вопросов, рассматриваемых на уроке:

  1. Выявление характерных черт русских народных песен и осознание жизненности их содержания.
  2. Освоение жанров народных песен и причин их бытования в народе.
  3. Формирование представления об особенностях исполнения русских народных песен.

Глоссарий по теме:

Народные песни – это музыкальное творчество народа. Они передаются из уст в уста, то есть исполняются одним человеком, запоминаются, передаются дальше, сохраняясь в народной памяти. Они не имеют конкретного автора, поскольку, с течением времени в них постоянно вносились изменения.

Русские народные песни – выражение души, характера народа. Они появляются не случайно: помогают в радости и в горе, облегчают труд и расцвечивают минуты отдыха, выражают чувства, настроения и отношение человека к явлениям жизни.

Поэтому и появилось так много жанров народных песен: чтобы убаюкать деточек – колыбельные, чтобы их растить — потешки и пестушки, чтобы споро работалось – трудовые, чтобы ярче и веселее отдыхалось – плясовые. Солдатские песни не только помогают защищать Родину, рассказывают о подвигах и героях, выражают любовь к родной земле и близким людям, но и радуют в минуты передышек. Лирические, протяжные, хороводные помогают выразить все богатство чувств, все богатство души.

Русские народные песни пришли к нам из далекого прошлого, но и в наши дни они продолжают жить и радовать людей. И сейчас рождаются все новые народные песни. Это происходит потому, что в них отражается все самое важное, что волнует человека.

Ключевые слова

Русская народная песня: плясовая, трудовая, солдатская, хоровод, лирическая, колыбельная, заклички, потешки. Солист ансамбль, музыкант, исполнитель, хор.

Основная и дополнительная литература по теме урока:

  1. Музыка. 1 класс: учеб. для общеобразоват. организаций. / Г.П. Сергеева. — М.: Просвещение, 2017.
  2. Музыка. 1 класс. Электронная форма учебника.
  3. Музыка. Творческая тетрадь. 1 кл.: учеб. пособие для общеобразоват. организаций. / Г.П. Сергеева. — М.: Просвещение, 2014.
  4. Словарь юного музыканта / Л.В. Михеева. – М.: АСТ; СПб: Сова, 2005.
  5. Учебно-методический комплекс «Мир музыки» для детей 5-10 лет. Практическое мульимедиа-пособие. / Г.П. Сергеева. – М.: Новый диск, 2008.
  6. Учимся понимать музыку. Серия «Школа развития личности Кирилла и Мефодия». Практическое мульимедиа-пособие. – М.: Нью Медиа Дженерейшн, 2007.

На уроке мы узнаем, о чем рассказывают русские народные песни;

научимся ритмическим импровизациям;

сможем сочинять и исполнять короткие мелодии.

Основное содержание урока

  1. Русские народные песни отражают многогранность души нашего народа. О чём они могут рассказать нам? Давайте послушаем русскую народную песню «Ты река ли, моя реченька». Какие чувства она у вас вызывает? О чём рассказывает? Конечно, вы услышали, что в песне рассказывается о красоте русской природы, о реченьке. Подумайте, какой характер у этой песни? (лирический, героический). Поразмышляйте, о чём еще может рассказывать русская народная песня? Кого прославлять? И что описывать? Ведь песня – это выражение народных чувств.
  2. Сейчас вы услышите фрагмент знакомого вам произведения. Попробуйте пропеть про себя его мелодию или мелодию со словами. Вы узнали прозвучавшее произведение? Правильно, это Государственный гимн Российской Федерации. Вы, наверное, удивились, почему звучит Гимн, когда урок посвящен русским народным песням. Ведь гимн написали композитор Александр Александров и писатель, поэт Сергей Михалков. Но это неспроста. Песня становится народной, если она затрагивает чувства каждого. Если песня выражает общие для всех чувства, любовь к Родине и своему народу, рассказывает о любимом герое, показывает красоту народной души, она дает множеству разных людей почувствовать себя единым народом. Песни сохраняют в памяти народа его традиции и основные события его истории, закладывают основы воспитания человека и формируют его духовно. Песни становятся символами эпох и гимнами государств. Вот так и Гимн России является музыкальным символом нашей страны, так же, как герб и флаг. Он объединяет наших сограждан, напоминает нам о нашей истории и традициях, о красоте нашей Родины, демонстрирует нашу любовь к ней. Народные песни тоже рассказывают нам о нашей Родине, о наших предках, о людях, которые живут рядом с нами.
  3. Народные песни не имеют авторов. И это не потому, что их имена затерялись в веках. Важнее то, что эти песни, однажды сочиненные нашими гениальными соотечественниками, постепенно видоизменялись и преображались: исполняющий их русский народ по крупице вносил изменения, совершенствовал их. Поэтому песни и называются народными: в их появлении и сохранении участвует весь народ.
  4. Русские песни исполняются в русском народе одиночно, солистом, или хором, без сопровождения музыкальных инструментов. Даже плясали крестьяне под пение. Сюжеты русских песен весьма многочисленны, они охватывают весь уклад крестьянской жизни от рождения до ухода. А как вы думаете, какой жанр русской народной песни самый-самый древний? Послушайте музыкальный фрагмент и попробуйте показать свободными движениями, а может и напеть сюжет этой песни. Да, это колыбельная. Самая первая песня, которую слышит малыш от мамы, уютно пригревшись на ее руках. Она мерно укачивает малыша.
  5. Русский народ всегда трудился. И для облегчения труда появились трудовые песни. Они исполнялись с определенной интонацией и выкриками, которые побуждали к активной работе. Прослушайте фрагмент трудовой песни, вы можете подпевать и показывать движения, помогающие работе.
  6. Особый жанр русской народной музыки — это солдатские песни. В них отражена вся жизнь солдата. Он поет об учениях, о тяжести солдатской службы, о страшных сражениях. О том, как сложно жить вдали от родных земель и любимой семьи. Но он не жалуется, потому что знает – он выполняет долг перед Родиной и служит верно. Поэтому и мелодия, и ритм солдатских песен очень строгие и четкие. Давайте послушаем одну из песен этого жанра и исполним ее. Слова каждого куплета начинаются со слов «Солдатушки, бравы ребятушки».
  7. Любование красотой человека и природы, лирические и напевные, энергичные и шуточные — все это хороводные песни. Они пелись на всех праздниках и просто для забавы. Мелодия лирических хороводов широкая, плавная, с распеванием слогов. Лирические хороводы водились по кругу. А шуточные хороводы имеют оживленный темп и четкий ритм, и представляли собой игру. Например, известная вам игра «Ручеёк» — это некруговой хоровод!
  8. Как бы вы назвали песни, под которые хочется плясать? Да, и в народе их называют плясовыми. Послушайте русскую народную плясовую песню «Ах, вы сени, мои сени», обратите внимание на характер мелодии – плавная она или отрывистая? Это важная особенность плясовых мелодий. Они плавные, напевные, но одновременно хочется и петь, и пуститься в пляс.
  9. Следующий жанр народной музыки самый забавный и отлично знаком вам: потешки и заклички. Это небольшие музыкальные произведения, с которыми человек встречается очень рано, еще до того, как начинает разговаривать. Потешки – это песенки-приговорки, которые побуждают ребенка к действию. Они помогают ребенку развивать ручки и ножки, приучаться к гигиене, порядку и просто дарят радость. Самая известная из потешек – «Ладушки, ладушки, где были? У бабушки». Перед вами еще одна потешка, давайте поиграем!
  10. Заклички — это песенки-заклинания. Для себя дети и взрослые просили здоровья, счастья и богатства. Также это обращение к радуге, солнцу, дождю и другим явлениям природы. Часто обращались к животным и птицам. Птицы считались предвестниками весны. Силы природы почитались как живые. Обычно к весне обращались с просьбами, желая её скорейшего прихода, тепла, солнца, сетуя и жалуясь на зиму. На экране текст заклички, попробуйте ее пропеть с просительной интонацией.
  11. «У нас народ, — писал Николай Александрович Добролюбов, — сопровождает пением все торжественные случаи своей жизни, всякое дело, всякое веселье и печаль». Теперь вы знаете жанры русской народной песни, умеете определять их на слух, исполнять и импровизировать.

Разбор типового тренировочного задания

Текст вопроса:

Подчеркни самый задорный жанр русской народной песни.

  1. Колыбельная.
  2. Плясовая.
  3. Хороводная.

Правильный ответ:

  1. Колыбельная.
  2. Плясовая.
  3. Хороводная

Неправильные варианты: все другие варианты.

Подсказка: Этот жанр русской народной песни предполагает энергичные танцевальные движения.

Луиза Эрдрич о своей личной связи с «Борьбой за выживание» коренных народов: NPR

ДЕЙВ ДЭВИС, ВЕДУЩИЙ:

Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. Я Дэйв Дэвис вместо Терри Гросса. Сегодня у нас в гостях писательница Луиза Эрдрич. За свою карьеру, восходящую к 1970-м годам, она опубликовала 17 романов и более 30 книг, включая детскую литературу, поэзию и документальную литературу. Она дважды получала Национальную книжную премию и премию Национального кружка книжных критиков за художественную литературу.

Эрдрич является членом группы индейцев чиппева Горы черепах, и большая часть ее произведений сосредоточена на опыте коренных американцев. Действие ее нового романа происходит в 1953 году, и он вдохновлен ролью ее деда в сопротивлении попыткам Конгресса лишить федеральное признание племени ее семьи. Книга называется «Ночной сторож».

Итак, Луиза Эрдрич, добро пожаловать обратно на СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. Прошло много времени.

ЛУИЗА ЭРДРИХ: Спасибо.

ДЭВИС: Вы знаете, в благодарностях к этому роману вы говорите, что пытались написать несколько книг, прежде чем приступить к этой, и что ваш импульс распался.Вы как бы ничего не добились, что меня немного шокирует, учитывая, насколько вы были плодовиты. Что потрясло вас и заставило начать работу над этой книгой?

ЭРДРИХ: Я вернулся к чтению писем моего дедушки, которые были написаны в год моего рождения, 1954. Так что, конечно, те годы для меня несколько загадочны. И я знал, что в то время он боролся с увольнением, но я никогда не собирал воедино его писем и подробностей о том, каково ему было работать ночным сторожем.Я бы никогда не увязал это со сроками законопроекта об увольнении и с тем, какое влияние он окажет на первые пять племен, которые должны быть упразднены.

ДЭВИС: Большая часть этой истории посвящена усилиям, которыми руководил ваш дедушка и которые возглавляет главный герой вашей книги, Томас, и которые заключались в том, чтобы противостоять инициативе Конгресса Соединенных Штатов, направленной на то, чтобы фактически положить конец существование Черепашьей горной группы Чиппева, председателем которой он был. Вы хотите просто объяснить, в чем заключалось это предложение, каковы были бы его последствия?

ЭРДРИХ: Увольнение было способом окончательно решить — то, что Конгресс считал индейской проблемой, и это должно было означать переселение всех с земель резервации, потому что это больше не будет землей резервации, передать их землю, продать их землю, переселить всех в города.И самая важная часть в этом заключалась в том, чтобы аннулировать все договоры. И эти договоры были заключены с самого начала нашей страны на межнациональной основе с каждым племенем. И все они содержат эти слова, пока растет трава, пока текут реки.

Таким образом, первоначальное намерение и цель состояли в том, чтобы гарантировать землю, о которой договорились две стороны, две нации. Они были выброшены в окно обеими палатами Конгресса и просто объявили существование индейцев, коренных американцев или американских индейцев не имеющим значения и не признали племенные нации.Итак…

ДЭВИС: И прекратить всю федеральную помощь племенным землям.

ЭРДРИХ: Прекратить все федеральные…

ДЭВИС: Верно.

ERDRICH: Прекратить всю федеральную помощь и всякое федеральное признание того, кем являются и были коренные жители. Причина прекращения заключалась не только в том, чтобы избавиться от проблемы, что они — проблема индейцев, но и в том, чтобы приобрести земли, которые во многих случаях были покрыты одними из самых красивых насаждений девственного леса в стране.Таким образом, первыми племенами, подлежащими уничтожению, были меномини и кламаты. И намерение, из-за послевоенного жилищного бума, состояло в том, чтобы получить эти большие насаждения древесины, что они и сделали.

ДЭВИС: И мы должны отметить, что резолюция формулировала это как эмансипацию племен, верно?

ЭРДРИХ: Да, вот что было так трудно понять. Я имею в виду, что люди выходили из государственной школы-интерната, немного изучая английский. Например, мой дедушка, писавший письма, которые я потом нашел в архивах Равнин, — писал письма, чтобы попасть в интернат, — закончил только восьмой класс.И он был вождем племени в то время. И он должен был собрать делегацию и выступить против Конгресса в течение нескольких месяцев, чтобы попытаться спасти свое племя от уничтожения, что означало бы потерю всей земли, потому что это было бы все, что они должны были продать.

ДЭВИС: Верно. Это была замечательная часть — история вымышленная, но эта часть — правда. (Смех) Я имею в виду…

ЭРДРИХ: Совершенно верно.

ДЭВИС: Этот человек с восьмиклассным образованием собрал эту группу и писал письма.И — да.

ЭРДРИХ: Вернее и быть не может. Вот с чего все началось. Я не мог поверить, зная, через что он прошел в качестве ночного сторожа — старался не спать всю ночь, а днем ​​писал письма, ходил на встречи, путешествовал по штату Северная Дакота, где только мог, делал все, что мог, чтобы собраться. делегация. Я не мог поверить, на что была похожа его жизнь. Он сказал, что большую часть недели спит по 12 часов.

ДЭВИС: Ого. Вы знаете, для тех из вас, кто не знает вашу историю, расскажите нам немного о своем собственном прошлом и о вашей связи с этим — бандой черепашьих гор племени чиппева.

ЭРДРИХ: Буду. Итак, моя мать — Черепаховая Гора Чиппева, как и мой дедушка, и я тоже. Я зарегистрированный член, гражданин Черепашьей Горной Банды Чиппева. Я не мог бы сказать этого, если бы прекращение действительно победило. Итак, мой отец немец. Я очень смешанный человек. И все же, быть гражданином нации внутри нашей нации дает определенное ощущение — это меняет вашу жизнь. Это значит, что я глубоко забочусь о своем народе, народе моей матери. И я вырос, зная, кем я был, и принимая все части себя.И я понял, что этой части не существовало бы, если бы мой дедушка не боролся за нее.

ДЭВИС: Вы выросли, говоря — это оджибве, язык, на котором говорят чиппева?

ЭРДРИХ: Это оджибвемовин или анишинабемовин или, в то время, когда мой дед говорил на нем, просто чиппева. Я не вырос — он был последним свободно говорящим в семье. И я очень горжусь тем, что моя дочь станет следующей бегло говорящей…

ДЭВИС: Ого.

ЭРДРИХ: …Потому что она преподает в школе погружения оджибве — Ваадукодадинг в Висконсине в резервации Лак-Корт-Орей.

ДЭВИС: Чиппева и оджибве — синонимы? Это разные термины для одного и того же?

ЭРДРИХ: Да. Все они являются версиями исходного слова Анишинаабэ.

ЭРДРИХ: Вы выросли в Миннесоте, верно? — не в резерве, да?

ЭРДРИХ: Нет, я вырос в Вапетоне, Северная Каролина.Д.

ДЭВИС: ОК. Мне жаль.

ЭРДРИХ: Но это не так — это на границе резервации Сиссетон-Дакота. Раньше это было в границах. Но я не вырос в резервации Черепашьей горы. Я был в гостях у внука.

ДЭВИС: А ваши… но ваши родители оба преподавали в школах Бюро по делам индейцев? Имею ли я это право?

ЭРДРИХ: Да. Мои мать и отец преподавали в той же школе, что и мой дедушка…

ДЭВИС: Ого.

ЭРДРИХ: …Школа-интернат в Вапетоне.

ДЭВИС: Знаете, это подводит нас к чтению, которым я хотел бы поделиться с вами. Это немного истории, и я предполагаю, что это говорит о чем-то вроде — ну, может быть, вы можете настроить это. Это о том, как твой дедушка ушел в школу. Вы хотите просто установить это и дать нам это чтение из вашей книги?

ЭРДРИХ: Конечно. До того, как мой дедушка пошел в школу-интернат Вапетона, он ходил в школу, которая была несколько ближе — Форт-Тоттен.Сейчас оно известно как Озеро Духов. И в то время одно было точно: каждый класс был украшен флагами. Флаги были повсюду. Это был бывший военный форт, превращенный в школу-интернат для детей, поэтому в его время он все еще работал как военное училище.

А это про то, когда он уходит в школу, и это было очень частым опытом для детей, которые уходили — было известно, что им придется побрить голову, подстричься. И это было одной из самых трудных вещей для детей и их родителей, потому что их волосы были личными.И во многих случаях — или во многих племенах, во многих семьях — отращивание волос было символом вашей долгой жизни. Стричь волосы — символ горя. Так что это всегда очень беспокоило семью.

(Чтение) В том году его отец был изможденным. Его скулы выпирают. Томас всегда был голоден. Тогда они были готовы к отчаянной еде, кусочку банана, проткнутому оленьим жиром. Дневные школы в резервации выдавали только один прием пищи. Государственная школа-интернат будет кормить трехразовым питанием.До школы-интерната Форт-Тоттен можно было добраться за день, если вы отправились в путь задолго до рассвета. Мать Томаса, Джулия (ph) или Аван (ph), плакала и прятала лицо, когда он уходил. Она разрывалась — сама ли стричь ему волосы. В школе ему остригли бы волосы. А стричь волосы означало, что кто-то умер; это был способ скорбеть. Перед тем, как они ушли, она поднесла нож к его косе. Она повесит его в лесу, чтобы правительство не смогло его удержать, чтобы он вернулся домой. И он пришел домой.

ДЭВИС: А это наша гостья Луиза Эрдрич читает свой новый роман «Ночной сторож». Вы знаете, что поразительно в этом, так это то, что люди часто отправляют своих детей в школу из-за возможностей. Толчком здесь был, действительно, голод.

ЭРДРИХ: Толчком был голод. И причина того, что лучшие школы были далеко, заключалась в том, чтобы ассимилировать местных детей, приучить их жить в культуре, которая сильно отличалась от их родителей. Так что, приходя домой, дети часто не могли говорить на языке, на котором говорили их родители.Сразу скажу, что школы-интернаты часто характеризуют каким-то расплывчатым определением, но все они были очень разными. И у правительства были светские школы-интернаты, которые претерпели настоящие кардинальные изменения в 1930-х годах и стали гораздо более поддерживать местную культуру, в то время как многие школы-интернаты, которыми управляли религиозные группы, не поддерживали и оставались враждебными к местной религии и местной культуре.

ДЭВИС: Луиза Эрдрич у нас в гостях. Ее новый роман — «Ночной сторож.» Мы продолжим наш разговор через минуту. Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

ДЭВИС: Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. И мы разговариваем с писательницей Луизой Эрдрич. У нее новый роман «Ночной сторож».

Знаете, это интересно. Когда Томас, герой этой книги, поступает так же, как ваш дедушка, и пишет множество писем избранным должностным лицам на местном уровне, уровне штата и всей стране и, в конце концов, организует группу, которая отправится в Вашингтон для дачи показаний в Конгрессе против так называемого законопроекта об эмансипации. Одним из главных сторонников законопроекта был сенатор от штата Юта Артур Уоткинс.Вы хотите просто рассказать нам немного о нем и его роли во всем этом?

ЭРДРИХ: Артур В. Уоткинс вырос на индейской земле. Его семья поселилась на участке собственности, который был конфискован по налогам. Так что это был еще один способ раскулачивания индейцев. Это была эпоха наделов, когда коренные жители могли получить гражданство, если они соглашались на 160 акров за мужчину — извините, женщины получали только 80 акров. Так что, если вы соглашались на свой участок, часто вы получали гражданство. Но это был способ сказать, что все члены теперь имеют эти посылки; давайте продадим остальную землю.Или, знаете, в то время чрезвычайная бедность, в которой жили люди, заставляла их продавать свою землю. Во всех тогдашних газетах были объявления о дешевой индейской земле.

Так и случилось, но этого было недостаточно. Артур Уоткинс отказывался от денег. Он сделал все, чтобы заставить меномини и народ ют отказаться от своих земель. Часто коренные жители не понимали, что их заставляли подписывать. Это уходит далеко в прошлое. Но это было то, что действительно можно было задокументировать.Они этого не понимали — потому что они говорили на своих языках, они говорили на своих родных языках, многие из них не понимали, что он говорил, что они подписывали, только понимали, что, типа, с — как с договором, что они получат деньги, если подпишутся. Но эти деньги все равно должны были идти племенам; это было то, что он держал их.

ДЭВИС: И вот он…

ЭРДРИХ: Таким образом, были всевозможные способы принудить людей разрешить уничтожение их земель.

ДЭВИС: Так что большая часть его процветания и карьеры была построена, по сути, на лишении собственности коренных американцев.

ЭРДРИХ: О, полностью.

ДЭВИС: Ага. Да. Он в рассказе, он расспрашивает Томаса, героя книги, и я уверен, что он расспрашивал об этом твоего дедушку. И один из вопросов, который он задавал почти всем, согласно рассказу, это сколько в вас индейской крови. И это было то, что люди из Черепашьей горной банды сочли озадачивающими, верно? — потому что там — это в каком-то смысле гибрид многих культур, да? И люди идентифицируют себя так, как они идентифицируют себя.

ЭРДРИХ: Это то, что действительно… это действительно удивило меня, когда я перечитывал и проводил исследование. Когда люди — он всегда расспрашивал туземца, с которым разговаривал, и чаще всего туземец не мог толком ответить или рассказывал какую-то длинную историю, пытаясь разобраться на месте. И это потому, что все знали, кто был коренным, кто был индийцем, кто не был, и это не было чем-то, что коренные жители воспринимали как какую-то идентичность. И теперь все до крохи знают, сколько в них, в кавычках, «индейской крови».

ДЭВИС: Вы знаете, в этой истории есть момент, когда эта группа из Черепашьей горной банды Чиппева отправляется в Вашингтон, чтобы свидетельствовать в Конгрессе против этого предложения по существу уничтожить племя. И они терпеливо и уважительно отвечают на все вопросы о том, что происходит в племени, о реальном состоянии собственного хозяйства и бедности.

ЭРДРИХ: Да.

ДЭВИС: А потом, Томас, парень, которого ваш… вдохновил ваш дед, на самом деле идет в офис сенатора Артура В.Уоткинс, главный спонсор этих усилий, и лично встретился с ним. И он сказал, что хочет поблагодарить сенатора за возможность выступить перед Конгрессом и за внимание сенатора на слушаниях. Вы знаете, было ли это на самом деле?

ЭРДРИХ: Это было реально. В книге есть много вещей, которые действительно произошли в книге, но это было абсолютно реально. И я нашел крошечный P.S. в письме к моим родителям на луковичной копии — знаете, эти копии под копирку — где он решил написать, что на самом деле произошло потом.И он сказал, что пошел поблагодарить Артура В. Уоткинса. И подумал, что так на него похоже. Мой дедушка был очень вежлив. Это было одно дело он — и он не держал чье-либо отношение к нему против них. Он обнаружил, что самым важным навыком в этом процессе было заводить друзей, поддерживать друзей и встречаться с людьми на очень нейтральной и вежливой основе. И это то, что он сделал.

ДЭВИС: Верно. И кто знает, возможно, это было важно для результата, а именно то, что это предложение не состоялось.

ЭРДРИХ: Я знаю. Я не знаю. Они также смогли собрать очень убедительный набор возражений. Это было очень важно. И сделать это всего за несколько месяцев было невероятно. Я имею в виду, что это было принято немедленно. И ни у кого не было копировальных аппаратов. Пришлось все перепечатывать. Они даже не смогли найти копию счета. И деньги собирали сами. Они устроили боксерский поединок, чтобы собрать деньги для поездки в Вашингтон, потому что они не могли взять деньги из BIA. У них не было денег, чтобы пойти куда-то.

ДЭВИС: Верно.

ЭРДРИХ: Знаешь, не было — у них не было никакого контроля. Это было надиром их собственного влияния на их суверенитет. У них не было суверенитета. Им приходилось отчитываться перед Бюро по делам индейцев на каждом шагу. И хотя этого нет в книге, я могу просто добавить, что Диллон С. Майер, руководивший тюремным заключением японцев в 40-х годах, теперь был уполномоченным по делам американских индейцев в Вашингтоне. Так что теперь он наблюдал за увольнением.

ДЭВИС: Ого.

Луиза Эрдрич у нас в гостях. Ее новый роман — «Ночной сторож». Мы еще поговорим после перерыва. А позже Джон Пауэрс рецензирует бразильский фильм «Бакурау», который в прошлом году получил приз жюри в Каннах. Я Дэйв Дэвис, а это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУК ИЗ «EASY COME EASY GO» ПЕТРОСА КЛАМПАНИСА)

ДЭВИС: Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. Я Дэйв Дэвис, вместо Терри Гросса, который на этой неделе в отпуске. Мы разговариваем с автором Луизой Эрдрич, которая опубликовала 17 романов, многие из которых основаны на опыте коренных американцев.Ее новый роман, действие которого происходит в 1953 году, вдохновлен ролью ее дедушки в сопротивлении попыткам Конгресса лишить федеральное признание племени ее семьи. Книга называется «Ночной сторож».

Здесь есть еще один персонаж, который вроде как управляет всей частью сюжета, Патрис Паранто (тел.). У меня правильное имя?

ЭРДРИХ: Ну, да, но он будет называться Паранто.

ДЭВИС: Парто, хорошо.

(СМЕХ)

ЭРДРИХ: Произносится pronto (ph), но это Паранто.

ДЭВИС: Расскажите нам о Патрис и ее семье.

ЭРДРИХ: У Патриса одна из самых желанных должностей на заводе по производству драгоценных камней. И там в то время работало много женщин.

ДЭВИС: И мы должны просто объяснить…

ЭРДРИХ: Да.

ДЭВИС: Подшипник с драгоценными камнями означает, что вы делаете эти крошечные подшипники для часов и других механизмов из драгоценных камней.

ЭРДРИХ: Да.

ДЭВИС: Верно.Технические вещи. Они не…

ЭРДРИХ: Это крошечные торусы, да.

ДЭВИС: Верно. Мы не говорим здесь об украшениях (смех).

ЭРДРИХ: Нет, нет, это подшипники для часов и прицелы. И я знал, что у меня есть Патрис как персонаж, когда я писал строчку, она делала все идеально, когда злилась. Она поддерживает свою мать, своего брата. И у нее есть отличная работа. Она невероятно гордится своей работой на ювелирном заводе. Туда наняли многих женщин, потому что они очень хорошо показали себя в тестах на ловкость рук.И она знает, что если она сделает один неверный шаг, если заболеет, если не придет на работу вовремя, ее могут уволить. Так что она всегда живет на этом краю. И когда приходит что-то, что сбивает ее с толку, ставки очень высоки.

ДЭВИС: Вы знаете, одна вещь, которая меня действительно впечатлила в том, как разворачивается история, это то, что мы постепенно начинаем осознавать бедность семьи Паранто. Я имею в виду, вы хотите просто описать обстоятельства, в которых они живут?

ЭРДРИХ: Они живут в том, что было очень распространенным в то время, а именно в глинобитном доме с земляным полом.Иногда на пол постелили линолеум. Я имею в виду, это было штамповано внизу. А они — отапливаются дровяной печью, которую часто делают из консервной банки из какого-нибудь продуктового магазина. Вы знаете, это — и нет ничего, кроме того, что есть — нет транспорта. Охотиться осталось совсем немного. Есть — у некоторых людей были сады. Но Жаанат и ее семья живут очень традиционно, поэтому она собирает много еды. Они ловят много еды. И это моя мать сделала, хотя у них действительно был фантастический сад.Она до сих пор умеет ловить кроликов. Так и жили на а — жили на краю во все времена. Ничего нового они не купили. Обувь была — продержалась годы. И единственным человеком, который действительно мог поддерживать их жизнь на уровне прожиточного минимума, был Пикси — или Патрис. Она хочет, чтобы ее звали Патрис. Все снова начинают называть ее Пикси, даже я.

ДЭВИС: (Смех).

ЭРДРИХ: Патрис это имя, под которым… она честолюбива. Она верит, что поднимется в этом мире.

ДЭВИС: Верно. Верно. Вы знаете, это интересно. Учитель математики средней школы Ллойд Барнс…

ЭРДРИХ: Да.

ДЭВИС: …В какой-то момент ведет своего брата Поки домой. И вы пишете, что, подходя к дому, он не понял, что это здание для людей; он думал, что это место для животных.

ЭРДРИХ: Ага. Я имею в виду, что это были очень простые конструкции, и амбары часто делались из одного и того же материала.Это были местные материалы, вы знаете, прямо из леса и прямо из земли. Однако именно в то время люди могли также получить эти недавно построенные сборные дома с одной спальней. У меня есть фотографии дома моих бабушек и дедушек, прибывающих на тракторе. Вы знаете, в то время люди могли получить их через племенной дом, но почему-то этого не произошло. Значит, они все еще жили в таком доме. И это было неравномерное жилье вплоть до 70-х — ни водопровода, ни электричества.

ДЭВИС: Вы сказали, что ваша мать умела ловить кроликов и ухаживала за садом. Она выросла в таких условиях, в такой бедности?

ЭРДРИХ: Нет. Мой дедушка был одним из самых предприимчивых людей в резервации. Семья моей матери жила очень, очень мало, но у них было много безопасности. И все они ходили в школу каждый день. Мой дедушка гордился тем, что читал все, что читали его дети, когда приносили книги домой.Так что у них была совсем другая жизнь.

ДЭВИС: Был член семьи Паранто, которого нет в этой истории, и это старшая сестра Вера.

ЭРДРИХ: Да.

ДЭВИС: …Кто уехал в города, как это называется — это Миннеаполис-Стрит. Павел. Это увлекательная часть истории. И она уехала с помощью отдела переселения. Вы хотите объяснить, что это было и какую роль это сыграло в уходе таких людей, как Вера?

ЭРДРИХ: Переселение было программой, которая была связана с уничтожением.Видите ли, идея заключалась в том, что после уничтожения племени они смогут продать свою землю и переселиться в район, в кавычках, «с большими экономическими возможностями», то есть в город. Так что они организовали этот переезд в 50-х с этой программой переселения. Вы могли бы — человек, который хотел переехать, получил бы некоторое обучение, некоторую стипендию в течение короткого периода времени, а затем, по сути, был бы отпущен в город.

Люди спрашивали меня, ну почему это было не здорово? Почему люди просто не захотели отойти от своей резервации и стать как все? Вы знаете, мне задавали этот вопрос.Это справедливый вопрос. А ответ в том, что коренные жители не такие, как все, и коренные жители хотят оставаться такими, какие мы есть, верно? И это потому, что правительство приняло очень твердое решение не вкладывать деньги в инфраструктуру резерваций, не соблюдать договоры. В договорах говорилось, что они будут обеспечивать здоровье, образование и общее благосостояние коренных жителей, пока они борются за эту новую форму существования. По сути, это была рента за все, чем пользуется остальная часть страны; все земли, все реки, все места, которые больше не принадлежали коренным американцам.

ДЭВИС: Эта молодая женщина, Вера, уходит из семьи и уезжает в Миннеаполис-Стрит. Павел. И одна из вещей, которые происходят в вашем романе, это то, что ее младшая сестра Патрис отправляется на ее поиски, потому что они потеряли с ней связь. Они не слышали о ней несколько месяцев. И оказывается, она в городе, где есть преступники и секс-торговцы, которые играют на — охотятся на женщин из резерваций. Было ли это закономерностью тогда, в 50-х?

ЭРДРИХ: Это модель, которая была установлена ​​с первого контакта между местными жителями и европейцами.И теперь гораздо больше известно о пропавших без вести и убитых женщинах из числа коренных народов. И это не так — конечно, это не остановилось. Наверное, стало хуже. Но да, на ваш вопрос.

ДЭВИС: Это вопрос, который вы или другие, как вы знаете, активно защищали?

ЭРДРИХ: Да. Да, в самом деле. Это проблема, которая была — осведомленность общественности росла. В городах-побратимах происходит огромное движение. В День святого Валентина женщины и мужчины маршируют в красном, символизируя наших сестер, которые пропали без вести и, возможно, были убиты или были убиты и пропали без вести таким образом.

ДЭВИС: Мы говорим с Луизой Эрдрич. Ее новый роман — «Ночной сторож». Мы еще поговорим после небольшого перерыва.

Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУК ИЗ «ДАВКИ» НОАМА ВИЗЕНБЕРГА)

ДЭВИС: Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ. И мы разговариваем с писательницей Луизой Эрдрич. У нее есть новый роман под названием «Ночной сторож». Я хотел бы — для вас поделиться с нами еще одним чтением из романа «Ночной сторож». В этом участвует Патрис Паранто, эта молодая женщина, которая является одним из главных героев.И это включает в себя ужасный опыт, который она пережила в старшей школе, когда какие-то мальчишки затолкали ее в машину, вывели из дома и изнасиловали, в частности, этот парень по имени Баки (тел.).

Ей удалось выбраться, пока дело не зашло слишком далеко, и сбежать, но там она потеряла туфли. И я собираюсь упомянуть, что ее мать фигурирует в этом чтении. Ее зовут Жаанат. И это чтение начинается с того, где она вернулась из этого ужасного опыта. И она начинает — она ​​в постели, и она как бы собирает себя и смотрит на свои раны.

ЭРДРИХ: (Читая) Той ночью она взяла лампу за одеялом и посмотрела на царапины, синяки. На ее плече был даже след от укуса. Она ничего не чувствовала, но все еще чувствовала, куда дели его руки. Она дрожала, зажмурила глаза, залезла под одеяло. На следующий день из-под ее кожи вылезло еще больше синяков. Там была эта фраза, они проникли мне под кожу. Она показала эти отметины матери и рассказала Жаанат обо всем, что сделали мальчики.И у них была ее единственная пара обуви. Ее мать резко выдохнула два раза.

Затем она положила руку на руку дочери. Ни один из них не сказал ни слова. С ними обоими было то же самое, и они это знали. Позже, когда Патрис услышала о перекошенном рту Баки и о том, как он распространяется по его боку, она посмотрела на лицо своей матери, безмятежное и строгое, в поисках подсказки. Но Патрис знала, что она сама это сделала. Ее ненависть была настолько злобной, что вылетела из нее, как ночная птица.Он подлетел прямо к Баки и впился клювом ему в лицо.

ДЭВИС: А это Луиза Эрдрич читает свой роман «Ночной сторож». Да. У этого парня, совершившего это нападение, Баки, по сути, парализована одна сторона лица. И широко распространено мнение, что это сделала мама Патриса, Жаанат. А это…

ЭРДРИХ: Или у него было…

ДЭВИС: Ага.

ЭРДРИХ: …Может быть, у него был паралич Белла. Все, что я пишу подобным образом, должно иметь другое объяснение.

ДЭВИС: Ну, я был таким…

ЭРДРИХ: Это правило для меня.

ДЭВИС: (Смех) Хорошо. Ну, это как раз то, что интересно, потому что это один из многих моментов в истории, где мы видим вещи, которые можно рассматривать как потенциально сверхъестественные, верно? — или духовное или магическое. Я имею в виду…

ЭРДРИХ: Ага.

ДЭВИС: Был случай, когда Патрис отправилась на поиски своей сестры в Миннеаполис и наткнулась на ужасное место.И собака подсказывает ей подсказку. Собака разговаривает с ней. И интересно, она думает, что слышит собаку? Расскажите мне об этом…

ЭРДРИХ: Верно.

ДЭВИС: …И было ли это частью того, что вы слышали от своей семьи?

ЭРДРИХ: Да. Вы знаете, они также — у людей есть опыт. Если у вас есть группа людей, и вы спросите, сбылась ли когда-нибудь мечта? Были ли у вас когда-нибудь переживания, когда вы думали, что находитесь в присутствии — сверхъестественном присутствии? Вы когда-нибудь слышали голос, который, казалось, не исходил ниоткуда? Вы получите так много историй.И мне нравится задавать людям этот вопрос, потому что я всегда получаю интересные истории. С нами происходит так много всего, что мы тут же объясняем, и поэтому я просто не объясняю, что происходит. Вот и все. Это не магический реализм.

ДЭВИС: Это очень богатая история со множеством сюжетов и персонажей, и ее действительно интересно читать. Но, знаете ли, оно основано на этом действительно важном событии, а именно на этой попытке, как вы говорите, ликвидировать банду черепашьих гор Чиппева, которая в конце концов потерпела поражение, потому что вашему деду удалось мобилизовать , со скудными ресурсами, делегацией и убедительным доводом и доставьте его в Вашингтон.И, вы знаете, после конца романа, в конце ваших благодарностей, у вас есть абзац, который как бы обобщает это. Вы хотите поделиться этим с нами?

ЭРДРИХ: Я бы с удовольствием. И именно поэтому я написал книгу сейчас, в это время.

(Чтение) Если вы когда-нибудь усомнитесь в том, что ряд сухих слов в правительственном документе может сломить дух и разрушить жизни, пусть эта книга развеет эти сомнения. И наоборот, если вы убеждены, что мы бессильны изменить эти сухие слова, пусть эта книга наполнит вас сердцем.

ДЭВИС: Вас действительно вдохновило то, что сделал ваш дедушка, не так ли?

ЭРДРИХ: Я действительно был. Я не мог поверить, что прожил жизнь, не зная о его работе, зная о нем и зная об увольнении, но я смог собрать все воедино только несколько лет назад. Это поразило меня, и я благодарен ему за то, что он сделал. Но также я считаю, что то, что он сделал, вдохновило другие племенные нации дать отпор уничтожению, и это была долгая и жестокая борьба за выживание.Только в 70-х годах Ричард Никсон положил конец увольнениям и провозгласил, что новым порядком дня будет суверенитет. Это вывело нас на совершенно другой путь.

ДЭВИС: Вы чрезвычайно успешный писатель с большим количеством поклонников, и вы продолжаете жить недалеко от того места, где вы выросли. Ты… кажется, ты в Миннеаполисе, да? Почему ты остался там, где вырос?

ЭРДРИХ: Во-первых, у меня там книжный магазин. Что бы я сделал? Я не могу переместить… мы не можем переместить книги «Березовая кора».Но это то, что людям говорят, например, почему вы не живете в Миннеаполисе среди финансовой элиты, верно? — или где-то еще? Я имею в виду, я чувствую, что я действительно полностью переехал — я родился в Миннесоте, но вырос в Северной Дакоте. Там я постоянно возвращаюсь к своим родителям, которые живут там, в Вапетоне, и там живут мой брат и сестра.

Так что нет, я был несчастен, когда мне приходилось жить вдали от семьи. Я никогда не хотел по-настоящему уходить, и мне было трудно вернуться.Я бы никогда не ушел. Я люблю, где я.

ДЭВИС: Итак, ваш книжный магазин Birchbark Books в Миннеаполисе, верно? Нет? Вот где ты живешь.

ЭРДРИХ: Так и есть. Это.

ДЭВИС: Верно. И вы на самом деле управляете реестром и управляете магазином?

ЭРДРИХ: О, ты меня рассмешишь. Никто не пускает меня к кассе.

(СМЕХ)

ДЭВИС: Почему?

ЭРДРИХ: Ты не хочешь слышать.Я имею в виду, у нас будут ужасные проблемы, если я попытаюсь взять на себя эту часть операции. Нет, меня все как бы предупреждают. Я здесь, чтобы помочь — я помогаю управлять им разными способами. Все мои дочери работали за кассой, все таскали книги сюда, туда и обратно на разные мероприятия. И я на разных мероприятиях, но в основном я очень сильный болельщик и друг. Мои коллеги в книжном магазине — мои любимые люди, и они часть семьи.

ДЭВИС: И независимых книжных магазинов уже не так много.Что заставляет вас продолжать в том же духе?

ЭРДРИХ: Ну, я полагаю, мы являемся растущим подмножеством Amazon (смех). Но мы — появляется все больше маленьких книжных магазинов. И причина, по которой мы выживаем и во многих случаях процветаем, заключается в том, что мы можем — люди начинают понимать, что мы платим налоги, вы знаете, что мы предлагаем общественные услуги, такие как привлечение писателей и поддержка местных школьных систем и поддержка грамотности, тебе известно? Мы очень много делаем для наших сообществ. И мы тоже — мы романтики.Понимаете; Я не знаю, сколько предложений было в нашем книжном магазине, но они есть. А сколько актов прощения тоже произошло из-за того, что у нас в книжном магазине есть исповедальня. И все, что вам нужно сделать, это прикоснуться к нему, и это — и ваши грехи прощены. Это стало будкой прощения, так что вот эти штуки…

ДЭВИС: Ого.

ЭРДРИХ: …Вы знаете, что независимый книжный магазин может делать что-то сверхъестественное. Я имею в виду, это место магического реализма, наверное.

ДЭВИС: Что ж, Луиза Эрдрич, большое спасибо за ваше время и за то, что вы написали. Я ценю, что ты говоришь с нами.

ЭРДРИХ: И вы; Спасибо большое.

ДЭВИС: Новый роман Луизы Эрдрич называется «Ночной сторож». Далее Джон Пауэрс делает рецензию на бразильский фильм «Бакурау», который является отчасти политической басней, отчасти триллером ужасов и, по его словам, забавным. Это СВЕЖИЙ ВОЗДУХ.

(ЗВУК МУЗЫКИ)

Copyright © 2020 NPR. Все права защищены.Посетите страницы условий использования и разрешений нашего веб-сайта по адресу www.npr.org для получения дополнительной информации.

Стенограммы

NPR создаются в кратчайшие сроки подрядчиком NPR. Этот текст может быть не в своей окончательной форме и может быть обновлен или пересмотрен в будущем. Точность и доступность могут отличаться. Официальной записью программ NPR является аудиозапись.

Дебют индейского писателя Томми Оранжа с песней «Там, там»: NPR

В дебютном романе Томми Оранжа представлен широкий круг персонажей, все из которых являются коренными американцами и в разной степени связаны с культурой.Он говорит: «Я хотел представить широкий спектр человеческого опыта как способ очеловечить коренных жителей». Джоана Торо для NPR скрыть заголовок

переключить заголовок Джоана Торо для NPR В дебютном романе Томми Оранжа «

» представлено множество персонажей, все из которых являются коренными американцами и в разной степени связаны с культурой.Он говорит: «Я хотел представить широкий спектр человеческого опыта как способ очеловечить коренных жителей».

Джоана Торо для NPR

Каждый год на BookExpo, ежегодной конференции издательской индустрии, несколько книг выходят в лидеры конкурса среди читателей. В этом году « Там Там » Томми Оранжа — одна из таких книг. Действие происходит в Окленде, штат Калифорния, и рассказывает о жизни коренных американцев, которые живут в городах, а не в резервациях — так же, как и у его автора, который сам вырос в Окленде.

Мать Оранжа белая, а отец Шайенн. В детстве Оранж не любил читать. Но после окончания колледжа со степенью звукорежиссера он не смог найти работу, поэтому устроился в книжный магазин, где увлекся чтением.

«Мне было 20, и я тоже искал смысл», — говорит он. «И я не был читателем, поэтому художественная литература была для меня суперновином, как и сам роман. И я просто влюбился в него».

Переход к письму казался естественным для Orange.И теперь, с публикацией своего первого романа, он совершает еще один скачок — на этот раз из уединенного мира чтения и письма в центр внимания BookExpo.

Пока Оранжевый готовится к чтению в огромном главном зале конференции в Джавитс-центре в Нью-Йорке, его публицист парит поблизости. Все это в новинку для молодого писателя, который, похоже, не совсем умеет выступать перед публикой. Во время автограф-сессии для независимых книготорговцев он мало болтает о светской беседе.Но у Orange есть тихое очарование. Он приветливый парень, с которым легко находиться рядом, и многие продавцы книг с удовольствием приглашают его на мероприятия в своих магазинах.

Там Там

Томми Оранж

Произведение впечатления на книготорговцев имеет решающее значение для успеха молодого писателя, и, судя по отзывам в Нью-Йорке, книга Там Там привлекла внимание этого сообщества. Ханна Оливер Депп работает в книжных магазинах WORD в Бруклине и Джерси-Сити.Она говорит, что весь ее персонал рекомендует роман Оранжа.

«Люди говорят об этом, — говорит она. «Мы выбираем книгу в сезоне, чтобы сосредоточиться, и за нее очень легко проголосовали как за ту, которую они хотят продвигать».

«С коренными народами произошла дегуманизация»

Там Там — это художественное произведение, но оно начинается с документального эссе, которое разбивает миф о стойких туземцах, изображаемых на протяжении многих лет культовым индейцем. изображение головы, которое когда-то было повсеместным на пятицентовых монетах и ​​на вечернем телевидении.Оранжевый заменяет этот безобидный образ жестокими примерами из истории насилия над индейцами.

Он говорит: «Для коренных писателей есть своего рода бремя исправить ситуацию, потому что об этом так долго говорили неправильно. Поэтому я пытался найти способ сделать это интересным способом. И я начал находить все эти связи. вокруг головы индейца и все эти разные способы, которыми голова индейца разыгрывалась на протяжении всей истории».

Orange привлек большое внимание тем, что находится в авангарде нового поколения писателей-индейцев.И, сосредоточив свою работу на городских индейцах, он затронул тему, которой в литературе уделяется мало внимания.

Он говорит: «Коренные жители выглядят по-разному, и мы сейчас живем в городах — я имею в виду, что 70 процентов коренных жителей сейчас живут в городах. И нам просто нужна новая история, на которой можно построить, и я всегда хотел чтобы попытаться сделать это.

Оранжевый говорит, что его отец получил традиционное воспитание коренных американцев в Оклахоме, но у него не было много времени, чтобы познакомить своих детей с индейской культурой — и это обычный опыт для таких детей, как он, которые растут в большой семье.

«Вырастая в резервации, у вас есть земля и сообщество людей, — говорит он. — И я думаю, что в такой ситуации легче прийти к твердой идентичности, чем просто жить в разбросанных зданий и самых разных людей.Возможно, вам придется искать его более активно, если вы растете в городе».

Оранж знает, что, если его книга будет успешной, она поможет другим писателям из числа коренных американцев заключать сделки в будущем. Он говорит: «Я просто хочу помочь сохранить импульс и помочь привлечь больше голосов». Джоана Торо для NPR скрыть заголовок

переключить заголовок Джоана Торо для NPR

Оранжевый знает, что, если его книга будет успешной, она поможет другим писателям из числа коренных американцев заключать сделки в будущем.Он говорит: «Я просто хочу помочь сохранить импульс и помочь привлечь больше голосов».

Джоана Торо для NPR

Там Там исследует, что значит быть городским индейцем. В нем представлен широкий набор персонажей, которые все являются коренными американцами, но в разной степени связаны с культурой. Один персонаж, мальчик по имени Орвил Красное Перо, интересуется своим наследием и начинает искать информацию.Он заходит в Интернет и смотрит видео на YouTube и по телевизору. В этом отрывке он открывает для себя искусство танцоров коренных американцев:

Там, на экране, в полном параде, танцор двигался так, будто гравитация означала для него что-то другое. В некотором роде это было похоже на брейк-данс, подумал Орвил, но одновременно новое — даже крутое — и кажущееся древним. Он так много упустил, не получил. Не сказали. В тот момент перед телевизором он понял. Он был частью чего-то. Что-то, под что можно было танцевать.

Орвил слышит, что в город приезжает пау-вау, и решает, что хочет быть его частью. Пау-вау становится центральным элементом истории, и все персонажи в конечном итоге направляются к нему.

Оранжевый говорит, что идея этого романа только что пришла ему в голову, и он всегда знал, что построит ее вокруг пау-вау.

«Он выглядит современным и традиционным», — говорит он. «Это межплеменной. Это рынок, где вы продаете искусство, и люди усердно работают над этим.У вас есть танцы, пение и большой барабан, а также громкость и видимость. И поэтому я думаю, что люди, которые ходят на пау-вау, коренные или некоренные, могут действительно почувствовать дух коренных жителей или, во всяком случае, один из его аспектов. И это очень хорошо вписывается в то, чем может быть городское туземное сообщество».

Каждый персонаж в книге привлекает пау-вау по разным причинам. сделать устную историю сообщества, молодая женщина, которая избежала жестокого брака, и некоторые потенциальные воры, которые планируют ограбление, которое пойдет ужасно неправильно.У каждого есть предыстория, и узы, связывающие персонажей, постепенно проясняются. Оранж говорит, что хотел создать большое количество персонажей, чтобы компенсировать стереотипы коренных жителей.

«С коренными народами произошла дегуманизация из-за всех этих неправильных представлений о том, кто мы есть», — говорит он. «И удобно думать о нас, как об ушедших, или пьяницах, или тупицах. Удобно не думать о жестокой истории и народе, который выживает и все еще жив и здоров сегодня, процветая в самых разных формах жизни, хороших и плохой.Я хотел представить широкий спектр человеческого опыта как способ очеловечить коренных жителей».

Сохранение импульса

Вернувшись к раздаче книг, продавцы выстраиваются в очередь, чтобы поболтать с Orange.

Эбби Фенневальд, BookPeople в Остине , штат Техас, говорит, что ей понравился Там Там . «Он объединяет всех этих разных персонажей, с которыми я была так увлечена. А потом концовка просто этот сумасшедший мощный момент, а потом я просто в шоке остался.»

По мере подписания Оранжевый, похоже, чувствует себя более комфортно в роли популярного автора. Это не его естественная среда обитания, но он знает, что в наши дни автор должен приложить усилия, чтобы продать свои книги. И он знает, что если его книга пользуется успехом, она поможет другим писателям из числа коренных американцев заключать контракты в будущем. И я просто хочу помочь сохранить импульс и помочь открыть больше голосов.»

Когда рекламная кампания закончится, Оранжевый говорит, что с нетерпением ждет возможности вернуться к писательству и преподаванию, наставничеству потенциальных авторов, которые могут надеяться однажды оказаться на его месте.

Робин Уолл Киммерер: «Люди не могут понять мир как дар, если кто-то не покажет им, как это сделать» | Книги

«Пришло время поучиться у мхов», — говорит Робин Уолл Киммерер, знаменитый писатель и ботаник. Ее первой книгой, опубликованной в 2003 году, была книга по истории естествознания и культуры Gathering Moss .Она ухмыляется, как будто думая о упрямом старом друге или наставнике. «Что позволило им сохраняться в течение 350 миллионов лет, несмотря на все виды катастроф, каждое изменение климата, когда-либо случавшееся на этой планете, и чему мы можем научиться из этого?» Она перечисляет уроки «быть маленьким, давать больше, чем брать, работать с законами природы, держаться вместе. Все то, как они живут, я просто чувствую, что это действительно острые учения для нас прямо сейчас».

Сейчас конец марта, и, соблюдая новый протокол социального дистанцирования, мы разговариваем через Zoom — Киммерер из своего домашнего офиса недалеко от Сиракуз, Нью-Йорк; меня из закрытого Южного Вильямсбурга в Бруклине, где постоянный вой сирен является отрезвляющим напоминанием о пандемии.Поводом послужила публикация в Великобритании ее второй книги, замечательной, мудрой и потенциально изменяющей парадигму Плетение сладкой травы : Мудрость коренных народов, научные знания и учения растений , которая неожиданно стала сенсацией из уст в уста. , продано около 400 000 копий в Северной Америке (и почти 500 000 по всему миру). В январе книга попала в список бестселлеров New York Times, через семь лет после ее первоначального выпуска в независимой прессе Milkweed Editions — немалое достижение.

Мать двух дочерей и бабушка, голос Киммерер звучит сладкозвучно во время видеозвонка, наполненный теплом и удивлением. Ее подача размеренна, лирична, а когда нужно (а, может быть, всегда необходимо), страстно и сильно. Она часто и легко смеется. Сегодня ее длинные седовато-каштановые волосы свободно убраны назад и падают на плечи, и она носит круглые плетеные серьги с узором. За ней, на деревянных книжных полках, корзины из бересты и шитые шкатулки, муклуки и книги защитника окружающей среды Вайноны ЛаДьюк и Лесли Мармона Силко, писателя эпохи индейского Возрождения.

«Сидеть за компьютером — не самое мое любимое занятие», — признается 66-летний уроженец северной части штата Нью-Йорк. Наш первоначальный допандемический план заключался в том, чтобы встретиться в Государственном парке Кларк-Ресервейшн, впечатляющем замшелом лесу недалеко от ее дома, но мы здесь, на расстоянии 250 миль друг от друга. Выдающийся профессор биологии окружающей среды в Университете штата Нью-Йорк, она перевела свои курсы в онлайн. Все идет хорошо, учитывая все обстоятельства; тем не менее, не каждый урок переносится в цифровой класс.На одном из таких занятий по экологии мха она отправила своих учеников на поиски древних взаимосвязанных растений, даже если это происходило в городском парке или на кладбище. Для сбора образцов один студент использовал стекло от фоторамки; подобно мхам, мы тоже приспосабливаемся.

Мох в лесу вокруг холмов Бенначи, недалеко от Инверури. Фотография: Bloomberg/Getty Images

«Большинство людей на самом деле не видят растения и не понимают растений или того, что они нам дают, — объясняет Киммерер, — поэтому мой акт взаимности заключается в том, что мне показали растения как дары, как разум, отличный от нашего собственного. , как эти удивительные , творческие существа – боже мой, они могут фотосинтезировать, что до сих пор поражает меня! – Я хочу помочь им стать видимыми для людей. Люди не могут понять мир как дар, если кто-то не покажет им, что это дар».

В своем дебютном сборнике эссе Сбор мха она с глубоким вниманием и музыкальностью объединила науку и личные прозрения, чтобы рассказать забытую историю древнейших растений планеты. Для Braiding Sweetgrass она расширила свои возможности с помощью набора наглядных уроков, основанных на местной мудрости и культуре. У кедров можно научиться щедрости (из-за всего, что они дают, от каноэ до накидок).Из истории создания, повествующей о женщине Неба, падающей с неба, мы можем узнать о взаимопомощи. Sweetgrass учит ценности рационального сбора урожая, взаимной заботы и церемоний. Образ мышления Windigo, с другой стороны, предостерегает от «поглощения потреблением» (windigo — легендарный монстр из преданий Anishinaabe, «бугимен оджибве»). Идеи выздоровления и восстановления являются постоянными темами, от глобальных до личных.

Я думаю о горе как о мере нашей любви, о том, что горе заставляет нас что-то делать, любить больше

В одном выдающемся разделе Киммерер, зарегистрированный член Citizen Potawatomi Nation, рассказывает историю восстановления для себя устойчивый язык потаватоми своего народа, по одному интернет-классу за раз.(Это также имеет смысл, потому что ее дед, Аса Уолл, был отправлен в Индийскую промышленную школу Карлайла, печально известную тем, что буквально вымывает неанглоязычных из уст своих молодых учеников.) Получившаяся в результате книга представляет собой последовательный и убедительный призыв к то, что она описывает как «восстановительную взаимность», признательность за подарки и ответственность, которая с ними связана, и то, как благодарность может быть лекарством для нашего больного капиталистического мира.

В годы, предшествующие Сбору мха , Киммерер преподавала в университетах, воспитывала двух дочерей, Ларкин и Линден, и публиковала статьи в рецензируемых журналах.(Пример названия того периода: «Экологические детерминанты пространственной структуры в растительности заброшенных свинцово-цинковых рудников».) Написание того типа, которое она публикует сейчас, было чем-то, что она «делала тихо», вдали от академических кругов. Но ее раздражала необходимость создавать эти «скучные» статьи, написанные «наиболее объективным» научным языком, который, несмотря на свою точность, упускает суть. Чего она действительно хотела, так это рассказывать старые и новые истории, практиковать «письмо как акт взаимности с живой землей».С помощью проникновенных, доступных книг, основанных как на западной науке, так и на учениях коренных народов, она, по сути, стремится «поощрить людей обращать внимание на растения». И теперь она нашла этих людей, в значительной степени.

«Я никогда не видел ничего даже отдаленно похожего на это», — говорит Дэниел Слагер, издатель и генеральный директор некоммерческого издания Milkweed Editions. Он описывает продажи Braiding Sweetgrass как «исключительные», «ошеломляющие» и «глубоко приятные». С тех пор, как в 2010 году книга впервые поступила в виде незапрошенной рукописи, она была переиздана 18 раз и появится или скоро появится на девяти языках в Европе, Азии и на Ближнем Востоке.Лауреат Пулитцеровской премии писатель Ричард Пауэрс — ее поклонник, заявивший New York Times: «Я думаю о ней каждый раз, когда выхожу в мир на прогулку». Роберт Макфарлейн сказал мне, что находит ее работы «приземленными, успокаивающими и слегка революционными».

Действительно, Плетение сладкой травы привлекло внимание читателей из разных слоев общества. «Я думаю, когда коренные жители либо читают, либо слушают эту книгу, то, что находит отклик у них, — это жизненный опыт коренного человека. Это часть истории американской колонизации», — сказала Розалин ЛаПьер, этноботаник и зарегистрированный член племени черноногих Монтаны и метисов, которая в соавторстве с Киммерером написала декларацию поддержки со стороны ученых коренных народов для Марша науки 2017 года.«Часть этого заключается в том, как вы оживляете свою жизнь? Как заново выучить свой язык? Как вы воссоздаете новые отношения с миром природы, если это не то же самое, что мир природы, с которым ваше племенное сообщество имеет давние отношения? Это общая, общая история».

Другие уроки из книги также нашли отклик. Джессика Голдшмидт, 31-летняя писательница, живущая в Лос-Анджелесе, описывает, как это помогло ей в первую неделю карантина. «Мне было очень одиноко, и я пересаживал некоторые растения» и понял, насколько это важно, потому что «книга помогла мне думать о них как о людях.Это то, что я делаю каждый день, потому что я просто говорю: «Я не знаю, когда я снова прикоснусь к человеку».

природа», — говорит Киммерер, ссылаясь на понятие биофилии Эдварда О Уилсона, нашей врожденной любви к живым существам. «Люди как бы помнят какое-то раннее, родовое место внутри себя. Они вспоминают, каково это жить там, где вы чувствуете общение с живым миром, а не отчужденность.Хотя обратная сторона такой сильной любви к миру, — отмечает она, цитируя влиятельного защитника природы Альдо Леопольда, — это то, что иметь экологическое образование означает «жить в одиночестве в мире ран».

«Мы склонны избегать этого горя, — объясняет она. «Но я думаю, что в этом и заключается роль искусства: помочь нам в горе, а через горе — друг за друга, за наши ценности, за живой мир. Знаете, я думаю о горе как о мере нашей любви, о том, что горе заставляет нас что-то делать, любить больше.«Заставить нас больше любить природу — центральное место в ее долгосрочном проекте, и это также тема ее следующей книги, хотя «это определенно незавершенная работа». «Я объясняю это себе так: когда кто-то закрывает книгу, права природы обретают для него смысл», — говорит она. «Я действительно пытаюсь передать растения как личности».

Уязвимость, с которой мы сталкиваемся во время пандемии, — это уязвимость, которую певчие птицы чувствуют каждый день своей жизни

Ключом к этому является восстановление того, что Киммерер называет «грамматикой одушевления».Это значит смотреть на природу не как на ресурс, а как на старшего «родственника» — признавать родство с растениями, горами и озерами. Эта идея, коренящаяся в языке и философии коренных народов (где естественное существо рассматривается не как «оно», а как родственник), имеет сходство с зарождающимся движением за права природы, которое стремится к юридическому лицу как к средству сохранения. Киммерер понимает свою работу как «долгую игру» по созданию «культурных основ».

«Законы — это отражение общественных движений, — говорит она.«Законы являются отражением наших ценностей. Поэтому наша работа должна заключаться не в том, чтобы обязательно использовать существующие законы, а в том, чтобы способствовать росту ценностей справедливости. Именно здесь я действительно вижу, как рассказывание историй и искусство играют эту роль, помогая двигать сознание таким образом, чтобы эти юридические структуры прав природы имели смысл. Я мечтаю о дне, когда люди скажут: «Ну, конечно! Конечно, эти деревья стоят».

Наш разговор снова переходит на темы, связанные с пандемией. Киммерер говорит, что коронавирус напомнил нам, что мы «биологические существа, подчиняющиеся законам природы.Уже одно это может вызвать дрожь, — говорит она, указывая на нее кулаком. «Но мне интересно, можем ли мы в какой-то момент отвлечься и сказать, что уязвимость, с которой мы сейчас сталкиваемся, — это уязвимость, которую певчие птицы чувствуют каждый божий день своей жизни? Может ли это распространить наше чувство экологического сострадания на остальных наших более чем человеческих родственников?»

Киммерер часто думает о том, как лучше всего использовать свое время и энергию в эту неспокойную эпоху. Хотя она рассматривает требования неограниченного экономического роста и эксплуатации ресурсов как «всю эту глупость», она признает, что «у меня нет сил демонтировать Monsanto.Но то, что я делаю , — это способность изменить то, как я живу каждый день и как я думаю о мире. Мне просто нужно верить, что когда мы меняем то, как мы думаем, мы внезапно меняем то, как мы действуем и как действуют окружающие, и так меняется мир. Это изменение сердец и изменение ума. И это заразно. Я стал ученым-экологом и писателем из-за того, что я был свидетелем того, как вырос в мире благодарности и подарков».

« зараза благодарности», удивляется она, медленно произнося слова.«Я просто пытаюсь представить, на что это было бы похоже. Действие из благодарности, как пандемия. Я вижу его.»


Плетение Sweetgrass Робина Уолла Киммерера опубликовано издательством Penguin https://guardianbookshop.com/braiding-sweetgrass-9780141991955.html

Блог – опубликовано Пятница, 26 фев.

 До 1968 года в США и Канаде было опубликовано только девять романов авторов-индейцев.К счастью, сейчас все по-другому: благодаря политическим преобразованиям 60-х и 70-х годов голоса коренных народов стали доходить до гораздо большей аудитории. Последующие социальные изменения еще больше ускорили волны письма коренных народов, поскольку писатели коренных американцев борются с растущей урбанизацией и интеграцией в основную Америку. Совсем недавно события в Стэндинг-Роке в 2016 году и суматоха эпохи Трампа вдохновили новое поколение голосов коренных американцев подхватить эстафетную палочку и создать блестящие, острые тексты, которые затрагивают важные вопросы идентичности.

Хотя опыт коренных американцев принимает различные формы в письменной форме — свидетельство разнообразия и сложности реалий коренных народов — объединяет этих авторов в — это решительное неприятие приукрашенных стереотипов. В этом списке мы собрали лучших авторов из числа коренных американцев, чтобы дать вам фору: от титанов эпохи Возрождения, таких как Джеймс Уэлч и Н. Скотт Момадей, до таких знаменитостей, как нынешний поэт-лауреат Джой Харджо, и новых голосов, таких как Томми Оранж.

Совет: список организован в хронологическом порядке, поэтому вы можете свободно выбирать и смешивать интересующие вас эпохи.Давайте начнем!

Ищете что-нибудь новое для чтения?

Доверяйте рекомендациям книг реальным людям, а не роботам.

Или зарегистрируйтесь с адресом электронной почты

Первая волна

Начавшись в 1969 году с Дома Н. Скотта Момадей, сделанного из рассвета , первая волна индейского Возрождения характеризуется борьбой между двумя мирами за поколение, существующее как в резервации, так и за ее пределами, преданность на землю и празднование традиционных обычаев и мифов.

1. Н. Скотт Момадей

Н. Скотт Момадей, член народа кайова, часто считается первопроходцем Возрождения коренных американцев благодаря его роману , получившему Пулитцеровскую премию, House Made of Dawn , получившему Пулитцеровскую премию. Будучи влиятельным представителем интересов коренных американцев, он выступал в Организации Объединенных Наций и в 1990 году основал фонд Buffalo Trust — и это лишь некоторые из его достижений. Благодаря своей собственной работе, а также расширению работ других авторов коренных американцев он следит за тем, чтобы разговоры о традициях коренных американцев не были подавлены силами модернизации.

Начните с: Дом из рассвета

Эта книга, считающаяся первым романом эпохи Возрождения коренных американцев, затрагивает дилемму разделения между двумя мирами. Абель, молодой главный герой, разрывается между духовным миром, который показывает ему отец, и волнующими событиями Америки 20-го века.

2. Джеймс Уэлч

Джеймс Уэлч — член племен черноногих и а’анинин, чья литературная деятельность насчитывает десятилетия и была переведена на девять языков.Как поборник голоса коренных американцев вне контекста США, он одухотворенно размышляет о своем двойном коренном и ирландском наследии и стремится «вспомнить мир своих предков», улавливая остроту реальности жизни для коренных народов, живущих то здесь, то там. бронирования.

Начните с: Зима в крови

Дебютный роман Уэлча стал основополагающим произведением индейской литературы, поэтому его обязательно нужно держать в своем арсенале. Написанный в то время, когда голоса коренных американцев были почти не слышны, он описывает историю безымянного юноши из Монтаны, который на мгновение находит облегчение в алкоголе, пытаясь найти смысл жизни после семейной трагедии.После публикации сказка привлекла внимание всей страны, и в 2014 году по ней был снят одноименный фильм.

3. Джанет Кэмпбелл Хейл

Хейл происходит из Кер д’Ален, Кутеней и Кри. Хейл, известная своим лаконичным экономическим стилем письма, затрагивает такие темы, как бедность, колониальное угнетение, положение женщин и то, как они противоречат идентичности коренных народов. Заключение Сесилии в тюрьму Захват , ее самая известная работа, была номинирована на Пулитцеровскую премию в 1985 году.Мастер различных форм творческого письма, она также отважилась на Художественная литература для молодежи с Песня совы и на поэзию с ее вкладом в Шепчущий ветер: Поэзия молодых американских индейцев , сборник стихов, опубликованный в 1972 году.

Начните с: Заключение Сесилии в тюрьму Захват

Этот получивший признание критиков рассказ — лучшее из лирической и захватывающей прозы Хейла. В нем рассказывается о главной героине, матери и студентке юридического факультета, которая заблудилась и накануне своего 30-летия арестована и заключена в тюрьму за вождение в нетрезвом виде.Во время заключения она размышляет о своем бездарно потраченном детстве и подростковом возрасте.

4. Лесли Мармон Силко

Лесли Мармон Силко, не поддающаяся искушению быстрого удовлетворения, потратила десятилетие на то, чтобы написать свой 800-страничный эпос о многообразии жизни в Америке, Альманах мертвых . Но ее звезда начала восходить задолго до этого: ее обжигающий дебют в 1977 году — «Церемония » — принес ей стипендию Макартура (также известную как Грант гения) и заставил многих считать ее первой женщиной-писательницей из числа коренных американцев.Ее опыт взросления в племени Лагуна Пуэбло стал топливом для ее карьеры, разрушающей все барьеры, она стремится повышать осведомленность об укоренившихся формах расизма, поселенческого колониализма и женских проблемах.

Начните с: Церемония

Вслед за Тайо, молодым солдатом, оказавшимся отчужденным от общества после возвращения в Америку в качестве военнопленного к японцам во время Второй мировой войны, дебют Силко ставит большие вопросы. Может ли обращение к старым традициям и давним верованиям его народа оказаться исцеляющей церемонией, в которой Тайо нуждается, чтобы преодолеть свое отчаяние?

5.Джеральд Визенор

Будучи ключевой фигурой первой волны Возрождения коренных американцев, Визенор — член племени Миннесота Чиппева — вдохновил целое поколение американских авторов и читателей по всему миру. Наряду с пожизненной приверженностью активизму, он опубликовал более 30 книг, которые не поддаются простой категоризации, опираясь на смесь мифов коренных народов, исследований, мотивов из научной фантастики и личных размышлений.

Начните с: Bearheart

Это то, что вам нужно, если вы ищете оригинальный научно-фантастический роман (бонусные баллы, если вам нравятся персонажи-обманщики в вашей художественной литературе).История рассказывает о разношерстной компании паломников, когда правительственные агенты спускаются в их резервацию, чтобы забрать свои священные кедровые деревья. В Reversing Manifest Destiny они путешествуют на юг через мир, разоренный потреблением ископаемого топлива, яркие описания которого воплощают в жизнь ужасающе реальную перспективу экологической антиутопии.

6. Йозеф Брухак

Творчество Бручака состоит из 120 огромных книг, в которых рассказывается о традициях и мифологии этих корней абенаков.Считая себя рассказчиком в душе, он даже освоил несколько инструментов коренных американцев (ручной барабан, деревянную флейту и двойную деревянную флейту , и это лишь некоторые из них), чтобы помочь своим творческим пересказам мифологии коренных американцев. Он также практикует различные боевые искусства , а — педагог, разработавший программы для тюрем строгого режима — настоящий эрудит!

Начните с: Code Talker: Роман о морских пехотинцах навахо времен Второй мировой войны

Захватывающий роман, вдохновленный реальной (и ранее маргинализированной) историей морских пехотинцев навахо времен Второй мировой войны, которые превратили свою родной язык в код, взломать который врагу оказалось невозможно.

7. Вайн Делориа мл.

Делория-младшая была видным активистом и писателем из резервации Стэндинг-Рок в Южной Дакоте. В качестве исполнительного директора Национального конгресса американских индейцев и ключевого члена правления Национального музея американских индейцев Делориа-младший провел большую часть своей карьеры, неустанно защищая права коренных народов Америки. Эта работа продолжается в его внушительной библиографии как автора, которая включает ряд научно-популярных изданий об образовании, религии и политике коренных американцев.

Начните с: Кастер умер за ваши грехи: индийский манифест

Эта книга, ставшая ключевой в привлечении внимания к социально-политическим проблемам коренных американцев наряду с движением Алькатрас-Красная власть, призывает белых людей бросить вызов расистским стереотипам, которых они придерживаются в отношении коренных народов. Он также предлагает новую основу для лучшего понимания истории колониализма в Соединенных Штатах.

Вторая волна

В то время как второй этап Возрождения коренных американцев все еще боролся с вопросом идентичности, это следующее поколение авторов коренных американцев продвигало более интегрированный опыт, в котором резервация и внешний мир могут сосуществовать.

8. нила северное солнце

nila northSun, потомок шошонов и чиппева, является одной из главных фигур второй волны индейского Возрождения. Ее поэзия ловко применяет иронию и юмор к сложным, эмоциональным темам, таким как отчуждение, угнетение, насилие и трудности жизни в резервации и за ее пределами, — хотя она не останавливается на достигнутом. В red flags yellow flags , стихотворении о женственности и свиданиях в современную эпоху, она шутит: «Мне не хочется скучать / поэтому я навлекаю беду.». Нетрудно понять, как ей удалось привлечь широкую аудиторию после своего дебюта в 1977 году, Диетическая пепси и сыр начо, , и она стала лауреатом премии «Наследие коренных народов» в области литературы в 2004 году.

Начните с: Любовь под прицелом

Ее последняя коллекция является свидетельством стиля письма, который остается свежим и по-прежнему вызывает восхищение как у критиков, так и у читателей спустя десятилетия после ее дебюта. Действительно, ее навыки были отточены только годами практики и размышлений.

9. Дэвид Трейер

Дэвид Треуер — индеец оджибве из резервации Лич-Лейк в северной Миннесоте и известный автор с впечатляющим объемом работ, охватывающих художественную, научно-популярную и литературную критику. В своих рассказах и эссе Трейер стремится отразить многомерность опыта коренных народов. Его дебютный роман « Little », написанный вместе с докторской диссертацией по антропологии, был опубликован в 1995 году и имел большой успех.

Начните с: Сердцебиение Раненого Колена: коренная Америка с 1890 года по настоящее время

Сочетая личный опыт с научной основой для составления карты истории коренных американцев, творение Трейера представляет собой искусный, интеллектуальный портрет стойкости и выживания. Если вы не хотите верить нам на слово, возьмите слова Барака Обамы: этот New York Times Бестселлер был среди его фаворитов в 2019 году.

10.Паула Ганн Аллен

Паула Ганн Аллен, стойкий стипендиат коренных американцев, была очень любима теми, кто учился у нее в Калифорнийском университете в Беркли, Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе и ряде других школ. Помимо ее исследований, впечатляющее литературное творчество Аллен также включает поэзию, короткую и полную прозу, многие названия которых черпают вдохновение из мифологии пуэбло о ее предках, таких как Кукурузная Дева и Бабушка Паук. Ее смешанное лагунское, сиу, шотландское и ливанское наследие также привело к интроспективным статьям о нюансах и борьбе за принадлежность к нескольким меньшинствам, таким как Женщина, которой принадлежали тени .

Начните с: Священный обруч: восстановление женского начала в традициях американских индейцев

Основополагающий феминистский текст в рамках направлений политической литературы коренных народов, исследование Аллена представляет собой возвращение голосов маргинализированным слоям населения. Применяя антропологическую основу, она утверждает, что господство западной мысли неверно истолковало коренное общество и затмило выдающееся положение женщин в нем.

11. Джой Харджо

Джой Харджо, представитель народа Маскоги (Крик), является действующим поэтом-лауреатом США и после избрания в 2019 году стала первой писательницей из числа коренных народов, когда-либо носившей этот титул.Ее красноречивые стихи вошли в лучших поэтических сборника всех времен, завоевав множество литературных наград. Она также пробовала себя в других литературных формах, написав несколько пьес, две детские книги и трансцендентные, преследующие мемуары, которые основаны на мифах, символах и ценностях первых наций, а также на поэтических традициях феминизма и социальной справедливости.

Забавный факт: Харджо также является опытной саксофонисткой, хотя она решила заняться поэзией после встречи с другими поэтами-аборигенами во время возрождения 1960-х и 70-х годов.

Начните с: Восход солнца в Америке: стихи

Знаменитый сборник стихов

Харджо 2019 года следует за ее возвращением на земли ее семьи, где она сталкивается с историей насильственных перемещений, чтобы вспомнить и отпраздновать исцеление, которое может наступить после кризиса и сломленности. Заглавное стихотворение устанавливает центральные мотивы воспоминаний и связи с болью поколений, вызванной несправедливостью: 

У нас перехватило дыхание, когда мы выбежали на встречу.Мы

выныривали на поверхность сражений наших предков и были готовы нанести удар.

В качестве бонуса, поскольку Харджо настолько изысканна, что мы не можем просто порекомендовать одну из ее книг , подумайте также о приобретении Для девочки, ставшей . Это детская книга, но ода цикличности рождения, невинной юности и цветущей зрелости, дополненная потрясающими иллюстрациями, может быть оценена читателями всех возрастов.

12.Линда Хоган

Линда Хоган — поэт, эссеист и — на момент публикации — местный писатель народа чикасо. Мы могли бы написать целую статью, посвященную ее достижениям, но вот несколько выдающихся: ее дебютный роман « Злой дух » стал финалистом Пулитцеровской премии по литературе; дважды номинировалась на премию International Impact Award ; а ее книга «Солнечные бури» была названа «Известной книгой года» по версии New York Times.Помимо усиления скрытых голосов женщин и коренных американцев, работа Хогана активно затрагивает вопросы, касающиеся разрушения и сохранения нашей окружающей среды.

Начните с: История доброты

Если вы хотите поразмышлять об отношениях между людьми и окружающей средой, пусть этот нежный сборник стихов станет напоминанием о нашей неразрывной связи с землей, по которой мы ходим. Воспринимайте это как приглашение к добру и жизни в гармонии с окружающим миром.

13. Саймон Дж. Ортис

Саймон Дж. Ортис — выдающийся писатель племени акома керезе пуэбло, стремящийся продвигать и сохранять культуру и мифологию своего народа. Еще в детстве его серьезное увлечение рассказами старших принесло ему прозвище «Репортер». Привнося эту серьезность и сильное чувство осознания в свою карьеру, Ортис сочетает уверенный, выразительный стиль письма с акцентом на политически маргинализированных голосах и историях коренных народов Америки.

Начните с: Из песчаного ручья, берущего начало в этом сердце, которое является нашей Америкой

Этот сборник стихов рассказывает о современном опыте Ортиса в центре восстановления ветеранов, вплетая их в историю насилия Америки над коренными американцами равнин. Первоначально опубликованное в небольшой прессе в 1981 году, его мощные размышления об американском колониализме внутри и за пределами континента потребовали крупномасштабного переиздания в 2000 году.

14.Луиза Эрдрич

Луиза Эрдрич — одна из самых плодовитых и известных современных писательниц в этом списке. Она является зарегистрированным членом нации анисинаабе (чиппева), и большая часть ее произведений отражает смешанное наследие ее отца-немца-американца и матери-наполовину оджибве, наполовину француженки. Она часто пишет о романтике, сыновних узах и сложностях межличностных отношений. Просматривая ее работы, обратите внимание на ее постмодернистский стиль письма и использование нескольких рассказчиков в одной истории: они считаются торговыми марками ее работ.

Начните с: Love Medicine

Первый роман Эрдрича является частью трилогии, повествующей о переплетении судеб семей Кашпо и Ламартин. Эпическая семейная драма, похожая на « Говардс-Энд » Э. М. Форстера, сочетает черный юмор с предательством, верностью и оттенком волшебства в резервации оджибве в Северной Дакоте.

15. ЛиЭнн Хоу

ЛиЭнн Хоу — гражданка племени чокто из Оклахомы.Ее опыт взросления в резервации и прослушивания рассказов ее бабушки, как она однажды сказала «» в короткометражном фильме «», поставил ее на путь карьеры драматурга, поэта и романиста. Говоря о проблемах, с которыми сталкиваются писатели из числа коренных народов, она указала на «трибалографию» — риторическое пространство, в котором упускаемые из виду точки зрения и истории получают время проявить себя.

Начните с: Шейкер

Погрузитесь в параллельные истории о двух лидерах племени чокто, которых разделяет более 200 лет.В той же степени, в которой речь идет о восприятии реальности этой культуры коренных народов, Shell Shaker также о злоупотреблении властью и его последствиях, что является актуальной проблемой для читателей любого происхождения. Тем не менее, чтобы почувствовать мастерство Хоу как критика и редактора, ознакомьтесь с Seeing Red — голливудская пиксельная кожа . Это доступная антропология рецензий на фильмы, которая критически оценивает кинематографические представления коренных народов.

16. Сьюзен Пауэр

Сьюзен Пауэр — зарегистрированный член племени Стэндинг-Рок племени дакота и потомок вождя сиу Мато Нупа.Выпускница Гарварда, Пауэр сначала начала заниматься юриспруденцией. Она быстро свернула на путь карьеры редактора и технического писателя, при котором творческое письмо с энтузиазмом преследовалось только в нерабочее время. Но то, что началось как хобби, вскоре стало призванием на всю жизнь, поскольку она нашла национальную аудиторию для своих коротких рассказов , которые были опубликованы в ряде престижных литературных журналов, от The Paris Review до Atlantic Monthly .

Начните с: Танцовщица на траве

Дебютный роман Пауэра

представляет собой образец исторической фантастики с оттенком магического реализма.Действие этой многослойной работы, действие которой происходит между 1864 и 1986 годами, рассказывает о четырех поколениях коренных американцев, каждое из которых борется с культурным и семейным наследием, которое им дано, а также с тем, что они оставили после себя. В 1995 году он получил премию Фонда Хемингуэя/ПЕН-клуба за лучшую первую художественную литературу и является идеальным чтением для тех, кому понравился недавний афроамериканский хит Яа Гьяси « Homegoing».

17. Томас Кинг

Томас Кинг — писатель, выходец из племени чероки, чья писательская карьера была посвящена представительству и защите прав коренных жителей Северной Америки как в Канаде, так и в США.Большая часть его карьеры посвящена представлению и защите прав коренных жителей Северной Америки в обеих странах. В своих романах и детских книгах он стремился изобразить коренных жителей Канады в более тонком свете, резко критикуя то место, которое бездумно отведено им в литературе и художественной литературе. За этот активизм, а также его юмористические и острые письма он был удостоен звания члена Ордена Канады и дважды номинировался на премию генерал-губернатора.

Начните с: Неудобный индеец: Любопытный рассказ о коренных жителях Северной Америки

Смотрите, как Кинг откровенно раскрывает, что на протяжении всей истории означало быть «индейцем» в Северной Америке.Эта чрезвычайно подрывная книга посвящена проблеме земли, используя знания, почерпнутые из фильмов, поп-культуры и собственного опыта Кинга как активиста, в качестве доказательства, подтверждающего этот ключевой фактор.

18. Эдди Чукулейт

Эдди Чукулейт — американский писатель-фантаст по происхождению чероки, член нации Маскоги (Крик). Он начал свою карьеру в качестве спортивного журналиста и редактора, прежде чем решил посвятить свою ясную и откровенную прозу процветающей литературной карьере.Не только мы любим его творчество, — комментируя «Галвестон-Бей, 1826», рассказ, за ​​который он получил премию PEN/O. Премия Генри в 2007 году, писательница и участник дискуссии Урсула Ле Гуин написала :

«Галвестон-Бей, 1826» покорил меня, во-первых, и, наконец, тем, что удивил меня: каждое предложение было неожиданным, но безошибочным. При перечитывании сохраняются оба качества. Спокойная, красивая, необъяснимая точность описания уносит нас прямо через безумие финального приключения.

Начните с: Шайенн Мадонна

Это первое опубликованное художественное произведение Чукулате, и, по словам поэта-лауреата Джой Харджо, это произведение помогло ему «появиться как важный новый талант в своем поколении рассказчиков.В нем рассказывается история человека чероки (крика), который пишет серию писем своему отцу во время своих путешествий по юго-западу. Книга служит трогательным исследованием перехода от отрочества к зрелости, от обнадеживающих ожиданий к возвращению к корням предков.

19. Хайд Э. Эрдрих

Если вам кажется, что «Эрдрих» выглядит знакомо, вы не ошиблись — она сестра Луизы Эрдрих. Самостоятельная состоявшаяся поэтесса и писательница, Хейд Э.Эрдрич опубликовал несколько томов стихов и участвовал в различных антологиях письма коренных американцев. Помимо письменного авторства, Эрдрич также является пионером в использовании видеопоэзии как средства самовыражения. Ее недавние усилия включали сотрудничество с другими индейскими художниками и поэтами цифровых медиа над политически и социально важными проектами, такими как движение Idle No More .

Начните с: Новые поэты коренных народов

Поэзия Эрдрич поистине потрясающая, хотя суть ее творчества заключается в поддержке, которую она оказывает другим.Вот почему мы рекомендуем вам ознакомиться с последней антологией стихов, которую она редактировала, где она отстаивает разнообразный ассортимент произведений молодых авторов 21-го века на коренных народах.

Contemporary

Начало 21 века ознаменовалось появлением литературной сцены, более явно сфокусированной на сферах интимного и личного. Писатели обсуждали жизнь в «резе» и вне ее и пытались понять переплетение коренной идентичности, класса, пола и сексуальности.

20. Натали Диас

В стихотворении «Первая вода — тело» Натали Диас пишет:

Позвольте мне рассказать вам историю о воде: / Жили-были мы. / Жажда Америки пыталась нас напоить. / И здесь мы все еще здесь.

Обращаясь к выжженной почве американских расовых отношений, письмо этого отмеченного наградами поэта и члена Фонда Макартуров разрушает белый взгляд и ставит опыт коренного населения на первое место и в центр.Будучи жительницей Мохаве, вступившей в индейское племя реки Гила, Диас пишет острые строки о культуре и мифах коренных народов сильным личным голосом, орошая землю своими словами.

Начните с: Когда мой брат был ацтеком

Отмеченная наградами дебютная коллекция Диас 2012 года посвящена множеству проблем, а именно наркотической зависимости ее брата, сложностям семейных уз и странным романам — всем в контексте жизни Мохаве. В этих мемуарах насилие, направленное против тел коренных жителей, никогда не бывает далеким, но также и возможность вернуть то, что забрали колонизаторы.

21. Мелисса Фебос

Индейское происхождение Мелиссы Фебос оставалось загадкой до тех пор, пока ей в подростковом возрасте не удалось навестить народ своего отца, племя вампаноагов. Затем она начала узнавать о группе людей, которые до этого момента были далеки от ее собственного понимания семьи и идентичности. В сочетании со своей любовью к литературе и творчеству она использовала это открывающее глаза путешествие для создания лирических научно-популярных книг , отражающих развитие современной идентичности.

Начните с: Whip Smart

Первые мемуары Фебос, которые оживляют ее время, когда она была студенткой и профессиональной госпожой, борющейся со злоупотреблением психоактивными веществами в Нью-Йорке. Если вам нравится ее увлекательная и динамичная проза так же, как и нам, следите за ее последней публикацией, Girlhood !

22. Чери Дималин

Чери Дималин произвела фурор, опубликовав в 2017 году свою книгу для подростков, The Marrow Thieves .Сочетание знаний коренных народов с научной фантастикой для создания апокалиптического мира, не слишком отличающегося от нашего, оказалось комбинацией бестселлеров, которая позволила этому дебюту подняться в рейтинге одной из лучших книг для подростков . В своих романах эта писательница и активистка из племени Джорджиан-Бей-Метиз в Канаде проливает свет на темную историю насильственного изъятия детей из их семей наряду с политикой ассимиляции в Канаде и США. В основе всего этого, несмотря на трудности, отстаиваются рассказы, устные традиции, семья и надежда.

Начните с: Похитители костного мозга

Действие происходит в климатической антиутопии, где большая часть населения потеряла способность видеть сны, а на коренных жителей охотятся за их костным мозгом, якобы лекарством от «бессонницы». ‘. Страх перед этой опасной ситуацией заставляет пятнадцатилетнего Френчи и его товарищей бежать, но один из них может нести секрет, который поможет победить похитителей костного мозга.

23. Брэндон Хобсон

Брэндон Хобсон — зарегистрированный гражданин народа чероки в Оклахоме, обладающий способностью писать жуткую современную фантастику, перемежающуюся язвительными социальными комментариями.Его романы преследуют призраки геноцида и насилия, направленных против коренных американцев на протяжении всей истории и сегодня. В 2018 году он стал финалистом Национальной книжной премии со своим романом « Где мертвецы сидят и разговаривают » и лауреатом премии «Чтение Запада».

Начните с: Удаленные

Выпуск Хобсона 2021 года исследует историческое и современное санкционированное правительством насилие в отношении подростков чероки. Травма «Тропы слез» вновь переживается на страницах этого романа через современное смертельное убийство полицией пятнадцатилетнего Рэя-Рэя Эхоты.Сочетая сферы реального и духовного, этот текст представляет собой мощное размышление о горе поколений и силе повествования.

24. Ребекка Роанхорс

Роанхорс принадлежит к племени Окей Овинге Пуэбло и афроамериканцам — личность, которую она описала как «довольно ограничивающую… в Форт-Уэрте 1970-х годов». Но это стало катализатором детства, проведенного с использованием научной фантастики как средства бегства от действительности. Спустя годы она сама стала писателем-фантастом — популярные романы «След молнии » и «Черное солнце » — всего лишь два в разнообразной коллекции опубликованных работ.Она даже внесла свой вклад во вселенную Marvel, написав ваншот для персонажа ECHO .

В интервью газете New York Times Роанхорс сказала, что многие из ее ранних работ были «подделками Толкина о белых мальчиках с ферм, отправляющихся в путешествие», прежде чем она начала писать рассказы, вдохновленные традициями и мифологией первых наций, в центре которых были гомосексуалисты. персонажи и сюжетные линии. Прокладывание пути к переосмыслению нарративов коренных народов характеризует карьеру Роанхорс — ее произведения бросают вызов традиционно белому, европоцентричному научно-фантастическому жанру и перекраивают границы эпического фэнтези в том виде, в каком мы его знаем.

Начните с: Черное солнце

Последний выпуск Roanhorse и первый в трилогии Между Землей и небом . Действие этого эпического фэнтези происходит в волшебном городе Това во время солнечного затмения, которое угрожает разрушить гармонию всей цивилизации. Позвольте тревожному письму Роанхорса погрузить вас в совершенно новый мир.

25. Стивен Грэм Джонс

С 15 романами и более чем 300 опубликованными рассказами на его имя нет недостатка в материалах на выбор, когда дело доходит до чтения Стивена Грэма Джонса.Мастер жанров ужасов и научной фантастики, он покорил читателей всего мира своим весьма оригинальным, технически совершенным стилем. Как коренной американец черноногих, он, как известно, отдает дань уважения писателям эпохи Возрождения коренных американцев, таким как Джеральд Визенор, который возвестил эру увеличения представительства коренных американцев в письменной форме.

Начните с: Единственные хорошие индейцы

Один из двух романов, опубликованных Джонсом в 2020 году (потому что чье-то должно быть продуктивным), Единственные хорошие индейцы рассказывает о четырех мужчинах из числа американских индейцев, которые отчаянно борются за выживание после того, как происходит тревожное событие из их прошлого. вернуться, чтобы преследовать их.В этой тревожной истории о мести культура и традиции, от которых они когда-то отказались, настигают группу множеством жестоких и неожиданных способов.

26. Робин Уолл Киммерер

Робин Уолл Киммерер — ботаник и профессор биологии окружающей среды и леса, а также автор бестселлеров документальной литературы. Как член Citizen Potawatomi Nation, она сочетает в себе свое коренное наследие со страстью к миру природы. Опираясь на древние знания, собранные коренными народами, она превращает фактический подход к научному письму в своего рода поэзию, как средство почтить взаимные отношения живого мира.

Начните с: Плетение сладкой травы

Экологическая научно-популярная литература, в которой она душераздирающе пишет: 

«Что, если бы вы были учителем, но не имели голоса, чтобы говорить о своих знаниях? Что, если бы у вас вообще не было языка, но вам нужно было бы что-то сказать? Разве вы не станцевали бы это? Разве вы не разыграли бы это «Разве каждое ваше движение не рассказывало бы историю? Со временем вы стали бы настолько красноречивы, что один только взгляд на вас раскрыл бы все это.Так и с этими безмолвными зелеными жизнями.»

27. Лейли Длинный солдат

Лейли Длинный Солдат — поэт и писатель из племени оглала-лакота, отстаивающая в своих произведениях феминистские и политические темы. Ее поэзия в первую очередь направлена ​​​​на раскрытие несправедливости и притеснения коренных американцев посредством «исследования ненадежных отношений между языком и значением», особенно в ее нападках на извинения правительства США перед коренными американцами в 2009 году.Искусное сочетание приковывающих внимание образов коренных народов с социальной историей заставляет ее поэзию петь: 

» В то время как я мог бы, но не коснулся темы «геноцида», отсутствие этого термина в Апологии и его перефразирование как » конфликт», например; / А с тех пор, как миновала минута, я принимаю то, что сделано, и нож моей совести вонзается в чистую до костей самочестность

Начните с: Принимая во внимание, что

Сборник стихов Long Soldier 2017 года, получивший в 2017 году премию Национального кружка книжных критиков за блестящую, элегантную и радикальную отмену официальных извинений правительства перед коренными американцами в 2009 году.

28. Эден Робинсон

Эден Робинсон имеет склонность к высокой драме — возможно, это было написано звездами для кого-то, кто родился в разгар сильной метели, как она вспоминает в этом интервью Granta. Робинсон, член коренных народов хайсла и хейлцук, пишет готических захватывающих романа, действие которых происходит в канадских резервациях на побережье Британской Колумбии и вокруг них. Имея за плечами множество коротких рассказов, она экспериментировала с множеством тем, от психологического триллера до постколониальных размышлений.То, что проходит как нить через ее работу, — это ее фирменный черный юмор и умение придавать особое значение событиям повседневной жизни в общинах коренных народов.

Начните с: Пляж обезьян

Первый самостоятельный роман Робинсона, повествующий о девочке-подростке, которая ищет ответы на вопросы об исчезновении своего младшего брата в море. В разгар всего этого главная героиня Робинсон пытается примирить свое наследие хайсла с западным образом жизни — борьба, которая раскрывает сверхъестественную силу, о которой она никогда не знала.

В качестве альтернативы, если вы ищете новую серию YA, посмотрите Son of a Trickster ! Этот фантастический роман основан на традиционном символизме Трикстера ( Wee’git ) — персонажа, который учит детей протоколу ( nuyum ), постоянно нарушая все правила.

29. Таня Тагак

Таня Тагак, пожалуй, наиболее известна своим горловым пением на языке инуков и выдающейся личностью в стиле «Полярный панк», но вы также должны знать ее как опытного писателя.Привнося свое слияние традиционных техник с авангардом в письменное слово, она создает волнующие истории, изобилующие музыкальностью. Приехав из Кембридж-Бей, Нунавут, ее рассказы об образе жизни инуков глубоко личные и основаны на сильном политическом духе.

Начните с: Разрезной зуб

Балансируя между правдой и вымыслом, Раздвоенный Зуб опирается на собственное детство Тагака и историю девочки, выросшей в Нунавуте, Канада.По мере того, как наша главная героиня проходит через величие и обыденность жизни и ориентируется в требованиях своего арктического города, она знает разрушительное действие алкоголя, насилие со стороны доверенных лиц и силу животного, а также духовного мира. Когда она беременеет, границы и двойственность теряют свое значение, поскольку остается только направляющая сила любви. Мы думаем, вам особенно понравится эта уникальная книга в знаменитом формате аудиокниги.

30. Тереза ​​Мари Мэйлхот

Мэйлхот — коренная писательница и журналистка с острова Сиберд, выросшая со своей матерью — целительницей, социальным работником, поэтом и радикальным активистом — и отцом-алкоголиком.В своих дебютных мемуарах Heart Berries, она откровенно пишет о воспитании, омраченном сексуальным насилием, пренебрежением и злоупотреблением психоактивными веществами. У нее диагностировали биполярное расстройство II типа, и она начала писать, чтобы рассказать о своем дисфункциональном и травмирующем детстве. В результате получается сырая и глубоко трогательная ода ее матери и запись ее собственного примирения с отцом после его убийства.

Начните с: Heart Berries: A Memoir

Эта книга стала сенсацией в онлайн литературных кругах, когда она была выпущена три года назад.Это следует за взрослением Мэйлхот на острове Сиберд, ее травмирующим детством и тем, как она сталкивается с двойным диагнозом посттравматического стрессового расстройства и биполярного расстройства II. С уникальным и часто тревожным повествованием Мейлхот объединяет воображение и память и берет под контроль свою собственную историю, восстанавливая свое место в мире, поскольку она «отдается странице».

Emerging Voices

Представляя молодое поколение, которое находит свой голос на пересечении политических и социальных дебатов, вызванных разногласиями в политике администрации Трампа и политическими действиями в Стэндинг-Рок.Имея всего несколько публикаций на свои имена, эти молодые писатели только что вышли из отправной точки, но мы уверены, что они будут задавать тон на долгие годы в своих произведениях, которые разрушают границы и ставят под сомнение будущее коренных американцев. будет выглядеть.

31. Томми Апельсин

Апельсин является зарегистрированным гражданином племен шайеннов и арапахо в Оклахоме и вырос в Окленде, штат Калифорния. Если есть такие вещи, как авторы-индейцы старой и новой школы, то, безусловно, можно сказать, что он представляет последних.Опасаясь символических представлений о своем народе в средствах массовой информации и массовой культуре, он стремится представить точку зрения современного горожанина поколения коренных американцев, взрослеющего среди суматохи эпохи Трампа.

Начните с: Там Там

Дебют

Orange в 2018 году стал одним из самых обсуждаемых романов года в социальных сетях. Он следует за 12 людьми, путешествующими в большой Оклендский пау-вау, и, напоминая « Девушка, женщина, другое » Бернардин Эваристо, демонстрирует иногда противоречивые и часто очень индивидуализированные способы выражения культурного наследия в современной жизни.

32. Билли-Рэй Белкорт

Билли-Рэй Белкорт — поэт, эссеист и ученый из племени Дрифтпайл Кри. Родившийся в Альберте, этот молодой писатель сломал стереотипы, став первым канадским стипендиатом Родса из числа коренных народов в Оксфордском университете. Его дебютный сборник стихов « This Wound is a World » сделал его самым молодым лауреатом премии Гриффина и лауреатом премии Indspire 2019 года в категории «Молодежь коренных народов» — высокая награда в сообществе коренных народов.Его поразительная работа представляет собой смешение странностей, интимности и горя, отдавая дань уважения и опираясь на течения деколониальной любви, заложенные в массовых движениях сопротивления женщин из числа коренных народов.

Начните с: История моего краткого тела

Сборник автобиографических эссе Белкура 2020 года, в котором он опирается на личный опыт, чтобы примирить два мира: мир, в котором он родился, и мир, который мог бы существовать. Веря в основополагающие квир-тексты, он прокладывает путь через земли колониального насилия и стойкой радости, первой любви — и стыда.

33. Дэвид Хеска Ванбли Вайден

Хеска Ванбли Вейден является зарегистрированным гражданином народа сикагу лакота. Его дебют был номинирован на премию Эдгара 2021 года за лучший первый роман, а также получил награду New York Times Book Review Editors’ Choice, так что вы можете быть уверены, что у этого молодого писателя многообещающие перспективы. Имея специализацию в области политических наук, Вайден проявляет устойчивый интерес к вопросам уголовного правосудия в коренных общинах, и эта склонность к социальной критике пронизывает его резкие, интеллектуальные письма.

Начните с: Зимний счет

Эта книга балансирует на грани нуара и классического детектива и рассказывает историю индейского силовика, который пытается найти и помешать торговцу наркотиками приносить в свое сообщество все более опасные вещества. Сам Вейден описывает это как «исследование сломанной системы уголовного правосудия в отношении резерваций и размышление об идентичности коренных жителей».

34. Элисса Вашута

Элисса Вашута родом из народа Каулитц штата Вашингтон и является одним из самых молодых и впечатляющих молодых писателей из числа коренных народов на сцене.Ее писательская карьера началась с публикаций эссе в различных престижных литературных журналах. Ее первый опубликованный релиз, откровенный и честный My Body is A Book of Rules, , представляет собой автобиографический рассказ о переживаниях Васюты в маниакальной депрессии, когда она была молодой женщиной из числа коренных народов, и огромный вклад во все более популярный жанр авто-беллетристики.

Начните с: Режим голодания

Лучше всего начать с самого короткого автобиографического произведения Вашуты, Режим голодания , который занимает менее 100 страниц.В этой книге она обсуждает свою личную борьбу с расстройствами пищевого поведения и телесной дисморфией, представляя глубокое погружение в свою психику того времени.

35. Джейк Скитс

Джейк Скитс — Дине (из племени навахо) из Нью-Мексико и, без сомнения, коренной поэт du jour . Несмотря на свою молодость, Скитс произвел фурор на литературной сцене коренных американцев и за ее пределами. Его работы экспериментируют с литературными условностями и новыми способами рассказывать истории с выражением и чувством.Напоминая недавнюю литературную сенсацию « На Земле мы ненадолго великолепны» Оушена Вуонга, произведения Скитса так же возбуждают сердце и разум, как и успокаивают уши. Если вы ищете следующий литературный хит, не ищите дальше.

Начните с: Бутылка для глаз с темными цветами и ртом, полным цветов

Этот поэтический сборник, лауреат премии National Poetry Series, обсуждает квир, наследие Дине Скитса, насилие, разрушение — и циклическую, сталкивающуюся природу всего этого вещи — с воодушевлением и красноречием.

36. Кали Фахардо-Анстин

Имея корни как в Latinx , так и в общинах коренных народов, Кало Фахардо-Анстин стала писательницей, чтобы лучше представить свой народ в художественной литературе. Часто происходящие в Колорадо и на американском Западе, в ее работах представлены как латиноамериканские, так и индейские женщины, стремящиеся бросить вызов тому, как американский Запад был заявлен в литературе белыми и мужчинами-рассказчиками.

Начните с: Сабрина и Корина

Сборник рассказов, вдохновленный вымышленным Фолкнером местом округа Йокнапатофа. Многие рассказы в этом сборнике происходят в Сагуарите, вымышленном городе, основанном на долине Сан-Луис.Как Фахардо-Анстин описывает это в интервью, ее творчество основано на женском взгляде на место, на которое повлияло ее древнее наследие.

37. Томми Пико

Томми Пико — поэт, сценарист и ведущий подкастов — родом из индейской резервации Вьехас нации Кумеяай, но теперь живет то в Лос-Анджелесе, то в Бруклине. Его дебютная эпическая поэма, IRL , представляет собой почти 100-страничную поэму в форме длинного текстового сообщения, рассказывающую о персонаже по имени Тибс.Забавный факт: Тибс также является тем, как называет себя Томми Пико, так что это не было бы , что надумано читать это стихотворение о «рожденном в резервации, странном чудаке из NDN, пытающемся понять свои импульсы/желания/историю в посреди бруклинских крыш» как нечто автобиографическое.

Начните с: IRL

Нет лучшего места, чтобы познакомиться с уникальным стилем Пико. Пусть это разожжет ваш аппетит, а затем ознакомьтесь с его последним выпуском, Feed , для 4-го выпуска набора Teebs — исследования личного питания, написанного как эпистолярный рецепт.(Вы же видите, что Пико любит экспериментировать с формой!)

38. Дарси Маленький Барсук

Дарси Литтл Бэджер — восходящая писательница липан-апачей, которая недавно ворвалась на молодежную сцену. Как член племени, которому штат Техас не предоставил официальной родины, Маленькая Барсучка стремилась обеспечить дальнейшее представительство липанского народа в литературе, особенно для детей, поскольку она вспоминает, что в детстве не читала никакой художественной литературы коренных народов. Ее дебютный роман Elatsoe , опубликованный в 2019 году, получил признание критиков и был отмечен журналом TIME как один из 100 лучших фантастических романов всех времен, а также как одна из лучших книг 2020 года по версии Publishers Weekly. .

Начните с: Elatsoe

Конечно! Это произведение спекулятивной фантастики, номинированное на премию «Золотой воздушный змей» за художественную литературу для молодежи, рассказывает о молодой девушке и ее собаке, которые расследуют убийство ее двоюродного брата. При этом они угрожают раскрыть темные секреты своего маленького городка Уиллоуби.

39. Джошуа Уайтхед

Джошуа Уайтхед — канадский писатель, поэт и ученый — пишет о квир-опыте коренных народов и является членом племени оджи-кри из первой нации пеги.Уайтхед — это два духа: общий термин, используемый некоторыми коренными жителями Северной Америки для коренных жителей, которые играют традиционную церемониальную и социальную роль третьего пола в своих культурах. В 2018 году он был номинирован на премию Lambda Award за трансгендерную поэзию со своей взрывной дебютной коллекцией Full-Metal Indigiqueer , но снял номинацию на том основании, что она искажает его личность.

Начните с: Jonny Appleseed

Дебютный роман Уайтхеда о главном персонаже Джонни, который идентифицирует себя как Two-Spirit или Indigiqueer.Путешествуя по новизне городской жизни, Джонни находит свои собственные способы процветания и выживания, не теряя себя, но когда его отчим умирает, и у него есть неделя на подготовку к возвращению на родину, он больше не может убегать от своих корней.

40. Деннис Э. Стейплз

Деннис Э. Стейплс — писатель-оджибве из Бемиджи, штат Миннесота, чья смелая работа была включена в многочисленные «самые ожидаемые» списки ЛГБТ-литературы . Если вы ищете книги, которые размышляют о тяге к дому и стремлении к поиску чего-то большего в жизни, Staples — ваш автор.Обсуждая эти темы, он однажды сказал : «Когда я стал старше и кто-то спросил меня, ненавижу ли я жизнь в маленьком городке, я понял, что на самом деле люблю это место. Я чувствую в этом что-то действительно мощное». Именно с этим примирением борются многие молодые коренные жители во внутренней битве, которую Стейплз так ловко выразил словами.

Начните с: Этот город спит

Чтобы завершить список, вот бросающее вызов жанру и новаторское художественное произведение, которое сочетает в себе квир-любовь, загадочное убийство и сверхъестественный ужас.Он был описан как «элегантный и суровый, злой и забавный… эмоциональный, но не сентиментальный».

***

Ищете более вдохновляющие и разнообразные надписи для ваших полок? Ознакомьтесь с нашим списком детских книг о разнообразии , чтобы начать разговор с детьми.

Доверяйте рекомендациям книг от реальных людей, а не от роботов.

Доступ к Reedsy Discovery бесплатно!

Или зарегистрируйтесь с помощью

Ранняя литература коренных американцев

Литература коренных американцев, написанная в 18-м и 19-м веках, считается литературой перехода между устной
традицией, которая процветала до прибытия европейцев на континент, и началом 1960-х годов, когда началось Возрождение коренных американцев.
Литература девятнадцатого века, написанная коренными американцами, основывалась на текстах и ​​была написана на английском языке, в первую очередь из-за того, что английский язык преподавался в миссионерских школах.Большинство писателей 18-го и 19-го веков использовали общие литературные жанры, такие как автобиография и
роман, но комбинируя повествования с традиционными устными рассказами или мифами-обманщиками, создавая гибридную литературную форму.

Ранние сочинения коренных американцев продемонстрировали борьбу, с которой столкнулись авторы, чтобы найти свой собственный голос в культуре
Америки, но только позже, в 1960-х годах, их сочинения начали выражать унижение, которое испытывали коренные американцы из-за их «менее
». чем человеческое» обращение со стороны доминирующего общества.Этими ранними писателями двигало осознание силы письма как инструмента для изменения взглядов, но прошло много времени, прежде чем оно смогло преодолеть глубокие предрассудки, сформировавшиеся во время конфликтов между евроамериканцами и туземцами в кровавых индейских землях. Войны 18 и 19 веков.

Справа: «Тень совы», картина Джона Гатри.

Образ коренных американцев был определен в начале 1800-х годов Законом о переселении индейцев, утвержденным президентом Джексоном, в котором
говорилось, что все индейцы на территории к востоку от Миссисипи Реку можно убрать и заставить жить на менее желанных землях к западу от
реки.Спорные дебаты о законности этого закона укрепили негативные чувства с обеих сторон. Даже Верховный суд США
встал на сторону чероки.

На фоне этой драки сложился очень негативный образ. Если бы чероки, считавшиеся «цивилизованными» и перенявшие «белую» одежду и образ жизни
, могли быть изгнаны из своих домов и прошли сотни миль на «индейскую территорию» (сейчас в границах
Оклахомы), то статус всех коренных американцев был установлен явно ниже всех остальных.Индейцев нужно было содержать 91 368 и отделять, чтобы освободить место для расширяющегося господствующего общества. Потребовалась долгая борьба и большое количество туземной литературы
, прежде чем этот образ изменился.

В то время как господствующее общество систематически исключало коренных американцев из участия в правах, которыми пользовались другие, многие начали
рассматривать их как уникальных и интересных, почти как часть американской идентичности, отличающую ее от европейских традиций.

Американская литература того времени была очень популярна и широко распространена среди американских писателей, таких как Джеймс Фенимор Купер («Последний из
могикан», 1826 г.), Кэтрин Мария Седжвик («Хоуп Лесли», 1827 г.) и Генри Уодсворт Лонгфелло («Песнь о Гайавате», 1855 г.). ), были
очаровательных американских зрителей по всей стране.Хотя во многих отношениях эта литература была принята отчасти потому, что она изображала
коренных американцев как «вымирающую породу», сочувствие росло вместе с осознанием того, что «индейцы» тоже люди, начало захватывать
. Господствующее общество стало узнавать их и заботиться об их бедственном положении.

Писатели-индейцы
Ранним писателям-аборигенам приходилось работать в политической среде, которая была враждебна их успеху, и в рамках литературной традиции дня
, которая потворствовала смерти индейцев и придавала ей сентиментальный характер.Каким-то образом им удалось заинтересовать своих недоброжелателей и создать собственные отчеты о коренных американцах, которые бросили вызов стереотипным образам и показали, что они не будут молчать и не собираются исчезать. Автобиография
Одним из основных жанров, которые коренные американцы заимствовали у писателей в господствующем обществе того времени, была автобиография,
которую они использовали для описания своих переживаний и переживаний. Эти автобиографии в основном связаны с их
обращением в христианство и их образованием в миссионерских школах.

Временами они принимали голос «подлинных» коренных американцев, которые знали обычаи и традиции племени,
, но в то же время они получали образование и христианизировались в основном обществе.

Например, в книге «Сын леса: опыт

Уильям Апесс , Уроженец леса», написанной в 1829 году, Уильям Апесс описывает
свой побег из жестокого детства, обратившись в христианство. Благодаря своему участию в Церкви ему был предоставлен
доступ к той же свободе и положению перед Богом, которыми пользуется белое общество.Тем не менее, его постоянный опыт дискриминации в Церкви
в качестве служителя в белом мире напомнил ему, что этот идеал был иллюзорным.

В своем письме Апесс отвергает стереотипное представление об индейцах и делает это, документируя свои собственные достижения, связанные с деятельностью
, которую ценит белое общество. Опередив свое время, Апесс выступал за баланс между принятием христианства и сохранением гордости за свою индийскую идентичность. После публикации своей автобиографии Апесс стал более воинственным, помогая организовать Восстание Машпи
1833, чтобы помочь Машпи вернуть утраченные свободы.

Чероки Феникс
Джордж Копуэй , оджибве написал еще одну важную автобиографию 19-го века под названием «Жизнь, история и путешествия Ках-ге-га-
гахбоу», написанную в 1847 году. Детство Копуэя и его окончательное обращение в христианство.

Решение стать христианином кажется Коупвею легким выбором. Он считал, что коренным американцам необходимо обратиться в 91 368, если они хотят остаться в живых.

Конечно, его автобиография была популярна среди читателей доминирующего общества, и это позволило ему начать лекционный тур
по Соединенным Штатам и Европе.И, как и Скулкрафт, его высоко ценили его белые современники, такие как Джеймс
Фенимор Купер и Вашингтон Ирвинг. Однако его собственный народ сторонился его.

Автобиография Черного Ястреба отличается от тех, которые подчеркивали христианское обращение. «Жизнь Ма-ка-тай-ме-ше-киа-кайк» или «Черный
Ястреб» была написана франко-канадским писателем Антуаном Леклером, поскольку Черный Ястреб был неграмотным, что вызывало сомнения в его
подлинности.

В отличие от Копуэя и Апесс, Хоук даже не говорил по-английски.Тем не менее, некоторые части автобиографии звучат правдоподобно, когда Черный Ястреб
, как сообщается, сказал:

: «Я задумался о неблагодарности белых, когда увидел их прекрасные дома, богатые урожаи и все желанное вокруг них; и
вспомнил, что вся эта земля была нашей, за которую я и мой народ не получили ни доллара, и что белые не были
удовлетворены, пока не отобрали у нас нашу деревню и наши кладбища и не переселили нас за Миссисипи. ». Борьба, с которой столкнулся Черный Ястреб
, выражая свои убеждения в обществе, враждебном самому его существованию, проложила путь для будущих местных писателей.

Вверху: Черный Ястреб, автор книги «Жизнь Ма-ка-тай-ме-ше-киакаик» или «Черный Ястреб», 1833 г. их люди. Элиас Будино был
одним из первых писателей-аборигенов, которые фактически озвучили свою концепцию о том, что индийцы должны отвергнуть свою собственную культуру и принять культуру
«цивилизованного общества». Он считал, что аккультурация — единственный способ выжить чероки.

Будино смог купить печатный станок и начать печатать первую газету коренных американцев, написанную слоговым письмом, созданным
индейцами чероки Секвойя.

Закон о переселении правительства США от 1830 года требовал переселения чероки на территорию Индии (Оклахома). Некоторые из чероки
хотели бороться с переселением, в то время как другие, такие как Будино, выступали за то, чтобы чероки согласились на переселение. Это вызвало ожесточенное разделение племени
, и Будино стал мишенью, потому что он открыто заявлял о согласии на переселение, когда писал в своей газете.

После долгого и смертоносного марша по «Дороге слез», в результате которого погибло более трети чероки, Будино был объявлен предателем, как и
Секвойя. Соперничающие группировки убили Будино, а Секвойе отрезали пальцы, но ему сохранили жизнь. Исторически сложилось так, что украшения Cherokee
символически выражают опыт этого периода. «Обращение к белым» Будино способствовало уступчивости и аккультурации
всех чероки. Будино пишет:


    «В индийской истории есть что-то очень меланхоличное, что, кажется, создает скорбный прецедент для будущих событий
    немногих сыновей леса, ныне разбросанных по этому огромному континенту.Мы повсюду видели, как бедные аборигены таяли раньше белого населения. Я просто констатирую факт, никоим образом не ссылаясь на причину. Мы видели, говорю я, одну семью за другой, одно племя за другим, народ за народом, уходили из жизни; пока не останется всего несколько одиноких существ, чтобы рассказать печальную историю вымирания
    .

    Следует ли следовать этому прецеденту? Я спрашиваю вас, красные люди будут жить или будут сметены с лица земли? Решение в основном зависит от вас и этой публики в
    .Они должны погибнуть? Должны ли они все, подобно несчастным крикам (жертвам нехристианской политики
    определенных лиц), сойти в печали в могилу?

    Они висят на твоей милости, как на одежде. Будете ли вы отталкивать их от себя или спасете? Пусть ответит человечество».
Роман коренных американцев
Роман Джона Роллина Риджа «Жизнь и приключения Хоакина Мурьеты, знаменитого калифорнийского бандита» (1854 г.) считается первым романом
, написанным в Калифорнии, а также первым романом, написанным американским индейцем. .«Жизнь и приключения Хоакина Мурьеты» была чрезвычайно популярна и широко распространялась пиратами. Версии выходили в виде книг, публиковались в периодических изданиях и переводились на
иностранных языков. Появились адаптации в стихах, и по крайней мере один фильм был основан на рассказе Риджа. Хотя многие версии были созданы в девятнадцатом веке, другие появились совсем недавно, в том числе драма Пабло Неруды 1967 года « Фульгор и Муэрта де
Хоакин Мурьета» .

Ридж, чье имя индейцев индейцев было Желтая птица, писал стихи о природе и реакции поэта на природную среду.
Опыт Риджа с природой кажется трансцендентным, что часто встречается в письме первых коренных американцев.
Как и Будино, Ридж утверждал в своей журналистике, что отказ от индейской культуры и адаптация к обычаям белого человека — это единственный путь, по которому
могут пойти коренные американцы, если они хотят выжить. Это была обычная тема среди авторов-индейцев, получивших миссионерское образование.

Ранние индейские писательницы Хотя Винема начинает как ученица Женевьевы, она вскоре становится ее подругой и сестрой, что, как предполагает роман, развивается не просто с течением времени, а скорее благодаря растущему пониманию и уважению Женевьевы к людям Маскоги. .По мере того, как
Женевьева все больше ассимилируется с жизнью Маскоги, она обращается к Винеме конкретно как к «другу», а не как к ученице или протеже
. Более того, принятие Женевьевой брака Винемы и Робина и, таким образом, Винемы как сестры совпадает с глубоким сдвигом в том, как Женевьева относится к Маскоги. В то время как однажды она назвала их объективирующим ярлыком «эти
человек» (курсив наш), к концу рассказа она нежно считает их «моими людьми» (курсив мой).Далее в романе
подчеркивается, что Маскоги — «ее люди», что является признаком ее аккультурации, когда они приветствуют ее возвращение после ее возвращения из поездки в дом ее матери
со всем безудержным энтузиазмом и «теплотой». племени, включая Винему.

Когда Винема встречается со встречей Джеральда и Женевьевы вскоре после того, как Женевьева начинает преподавать в школе,
Джеральд сообщает Винеме, которую он не видел некоторое время, что он «рассказывал Михии [«учительница» в «Крике»], как [всем
ученикам] она нравится».Винема отвечает, заявляя: «Михия знает, что я люфую ее», — при этом «отстраняясь от него и доверчиво глядя
в лицо своему учителю». Более того, когда Джеральд указывает, что Женевьева «бледнолицая», и спрашивает, думает ли она, что Женевьева любит ее взамен, Винема уверенно заявляет: «О, да, я знаю, что она любит», когда она нежно «ласкает». [исп] ее
рука учителя».

События, которые предшествуют и следуют за этой замечательной, романтизированной сценой, предполагают, что близость между молодой ученицей из числа коренных американцев
и ее белым христианским учителем возможна только благодаря межкультурной чувствительности и взаимопониманию.В частности, в романе
Каллахана утверждается, что нежные узы между женщинами разных расовых групп, особенно между англо-американками и
женщинами коренных американцев, социально желательны и, что немаловажно, зависят от знакомства с культурными традициями и интересами друг друга.

В то время как текст, кажется, предполагает, что сильная межличностная связь между героиней коренных американцев и ее белым учителем
частично зависит от культурного сходства, Wynema экспериментирует с традиционной двоичной системой (белый) учитель/(коренной американец) ученик
таким образом, что подчеркните, как образовательные практики могут способствовать знакомству и разрушать межличностные барьеры.Таким образом, роман
характеризует кросс-культурное образование как средство формирования и поддержания межличностных связей, тем самым предлагая
сентиментализм женского сентиментального письма, который может эффективно поддерживать, а не просто искоренять или препятствовать культурному разнообразию.

Роман связывает межкультурное уважение и нежный опыт, демонстрируя, что принятие Женевьевой Винемы как сестры
является конечным результатом длительного процесса развития, который позволяет ей видеть людей Маскоги как собратьев с богатыми культурными традициями
, а не христианские проекты.

Тем не менее, сочинения Виннемукки оказали влияние на многих представителей общества, которые не подвергались жестокому обращению с индейцами
. В своей книге Виннемукка использовала методы убеждения, чтобы показать свирепость и жестокость так называемых «цивилизованных» мужчин
и нехристианское поведение рукоположенных служителей, и она использовала хиастическую структуру для организации своей книги, которая должна была противопоставить их жадность
этичное поведение так называемых дикарей.

Самые длинные отрывки в книге касаются миротворческих усилий таких лидеров, как дед Виннемукки, Траки; ее отец
, Старый Виннемукка; ее двоюродный брат Нумага, известный как Молодой Виннемукка; ее брат Натчез; и сама.Она подчеркнула, что
злодеяний, совершенных «цивилизованными», требовали самых убедительных красноречий от таких лидеров коренных американцев, чтобы удержать
воинов пайютов от ответных действий.

Согласно А. Дж. Либлингу, письмо губернатору Невады Наю подтверждало дружелюбие пайютов, несмотря на «самые грубые надругательства над ними, совершенные злодейскими белыми». Сдержанность коренных американцев после того, как их мужчины были расстреляны без провокации, их
жен и дочерей были изнасилованы, а их земли были захвачены, рассказывается в серии сцен.
Авторский комментарий следовал за повествованием об этих событиях, и Виннемукка переходил к повествованию от второго лица, которое
обращалось непосредственно к читателям, чтобы установить близость, вызвать сочувствие и призвать к возмещению ущерба. Это было невероятно смелое повествование во времена
года, когда боевые действия между коренными американцами и белыми на Западе все еще были на грани кипения.

В отличие от Виннемукки, Джейн Джонстон Скулкрафт была индейской писательницей, которая хотела и завоевала уважение других
писательниц своего времени.Образованные и соответствующие требованиям, представители доминирующего общества считали ее умным, умелым
писателем, который использовал юмор и остроумие, чтобы передать свое положительное изображение жизни коренных народов.

Она писала для ознакомления читателей с древними традициями и обычаями своего народа, а также статьи по их истории и легендам.
Скулкрафт также написал биографические рассказы, речи и стихи, которые были опубликованы в The Literary Voyager или Muzzeniegun.

Ссылки Яскоски, Х.Раннее письмо коренных американцев: новые критические очерки. 1996.
Литтлфилд, Д. Ф. Письмо коренных американцев на юго-востоке: антология, 1875-1935. 1995.
Суонн, Б. О переводе литературы коренных американцев. 1992.
Уокер, К. Индийская нация: литература коренных американцев и национализм девятнадцатого века. 1997.
вопросов? Комментарии?

Также посетите эти замечательные образовательные веб-сайты:

Mini Horse: информация и снаряжение     Роботы, БПЛА и управление
Создайте свой костюм на Хэллоуин: ведьма, зомби, Дракула, оборотень и многое другое Информация об аквариумных рыбках  Ювелирные украшения и художники коренных американцев
Информация о местной живописи и искусстве Для начинающих коллекционеров: карты, комиксы и многое другое   Нигерийский Карликовые козы и пигмеи
Ведьмы: их преследования, история и костюмы

Слушайте подкасты коренных народов — The New York Times

Коренные народы страны, которая сейчас называется Северной Америкой, в начальных классах часто упоминаются только в прошедшем времени.Дело в том, что их население растет, растет демографический рост в стране и в Конгрессе, и все же большинство американцев прискорбно не осведомлены о своей истории и сегодняшней борьбе. Подкасты могут помочь заполнить пробелы, и есть множество шоу, сделанных коренными народами. Не знаете, с чего начать? Создатели подкастов рекомендуют своих фаворитов.

Майкл Кикингбер, зарегистрированный член племени Машантукет Пекот и соведущий шоу текущих событий, « Мнение туземцев , » рекомендует « Let’s Talk Native, With John Kane ». «Каждый эпизод в основном представляет собой монолог активиста-могавка и педагога Джона Кейна, который всегда говорит «правду власти по вопросам политической и социальной справедливости», — сказал г-н Кикингбер. Чтобы узнать, что молодые коренные жители думают об окружающем мире, г-н Кикингбер обращается к « The Red Nation Podcast , », который он назвал «моей еженедельной порцией «Энергии и молодости» из индийской страны».

Еще одно шоу в списке Mr. Kickingbear — подкаст матери и дочери « Coffee With My Ma ». » Ведущая, Каниехтио Хорн, актриса из числа коренных народов, проводит каждую серию, беря интервью у своей «матери-радикальной активистки», Кахентинеты Хорн, известной активистки племени могавков и веселой женщины, чья жизнь привела ее к невероятным приключениям. «Мне нравится этот подкаст из-за опыта ее матери и свободного игривого формата», — сказал г-н Кикингбер. «Вы действительно чувствуете, что сидите в их гостиной, когда «Ма» рассказывает нам истории из своей жизни».

В качестве легкодоступного учебника по истории воровства земли в Северной Америке Энди Мерфи рекомендует « This Land, » от Crooked Media.Мерфи, писательница из династии Дине (навахо), у которой есть собственный подкаст («Toasted Sister» о еде коренных американцев), называет «Эту землю» «вводным курсом по индийскому законодательству и политике». В повествовательной серии участвуют эксперты по правовым вопросам из числа коренных народов и используется музыка, чтобы продемонстрировать, как дело об убийстве 1999 года привело к принятию Верховным судом решения 2020 года о племенном суверенитете; слушая это, Мерфи снова почувствовал «возмущение по поводу зверств, совершенных против чероки и других племен во время колонизации».

Конни Уокер, кри из коренной нации Окана и репортер Spotify’s Gimlet Media, любит « Тайная жизнь Канады » CBC за те иллюзии, которые он развеивает в отношении репутации страны как прогрессивной политики.«Для многих людей, особенно коренных и других маргинализированных сообществ, правда гораздо сложнее», — сказала она. Г-жа Уокер, которая вела нашумевший сериал о настоящих преступлениях «Пропавшие без вести и убитые: В поисках Клео», сказала, что шоу CBC «проливает свет на историю, которую мы не изучали в школе, и раскрывает важные истины, которые в эту эпоху ‘ примирение», имеют решающее значение для понимания и признания».

Одна из ведущих «Тайной жизни Канады» Фален Джонсон находит вдохновение для своего шоу в криминальном сериале « Возвращение в Тандер-Бей». ” Г-жа Джонсон, представитель могавков и тускарора из Шести наций, крупнейшего заповедника коренных народов в Канаде, рассматривает каждый эпизод этого сериала как сложный, но необходимый призыв к действию. «Шоу проливает свет на коррупцию, систематический расизм и насилие в этом городе на севере Онтарио», — сказала она.

Матика Уилбур, фотограф и член племен Свиномиш и Тулалип, составляла компанию « The Cuts » и его хозяину Стерлину Харджо в одинокое время в своей жизни: когда она была в дороге, работая над Проектом 562, документальный сериал, в котором она намеревалась сфотографировать как минимум одного человека из каждого из 562 племен, признанных на федеральном уровне в Соединенных Штатах.«Я ловила себя на том, что играю в эпизоды, когда путешествовала по длинным пустынным дорогам или шла по аэропортам, поскольку жила в пути», — сказала г-жа Уилбур. «Шутки Стерлина и коренные жители, которые были у него в сериале, приносили большое утешение. Они заставляли меня чувствовать себя как дома и не так одиноко в местах, где я чувствовал себя единственным коренным жителем в комнате». Работа г-на Харджо вдохновила ее собственный подкаст « Все мои отношения »: «Я хотела, чтобы наши люди чувствовали себя представленными в пространстве стручков и предоставили нашим людям больше возможностей услышать о проблемах, которые их волнуют.

Поскольку сказка о Дне Благодарения — это миф, празднуйте ее так

Каждый ноябрь мне задают неприятный, провокационный вопрос: «Вы коренной американец, что вы едите на День Благодарения?» Мой ответ охватывает мою жизнь.

Я родился и вырос в индейской резервации Пайн-Ридж в Южной Дакоте в 1970-х годах и являюсь членом племени оглала лакота сиу. В детстве я ходил в очень маленькую сельскую школу в резервации, в беднейшем округе США.В нашей школе учились преимущественно коренные жители, но нас все равно учили тому, что все говорили о Дне Благодарения: это было время, когда «паломники и индийцы» праздновали вместе, и это было выражением благодарности. Только позже мы узнаем, что это была ложь.

Но поскольку меня учили этой истории, моя семья собралась на День Благодарения на ранчо моих бабушки и дедушки, где мы устроили огромный пир очень типичных рецептов, большинство из которых прямо из кулинарной книги Бетти Крокер примерно 60-х годов.Я помню, как смешивались запахи блюд, готовившихся в течение дня, когда наши мамы и тёти толпились на каждой кухонной поверхности, готовясь к большому предложению. У нас были основные продукты, такие как жареная индейка; картофельное пюре и молочная подливка; сладкий картофель с зефиром; запеканка из стручковой фасоли с луковыми чипсами; фирменная начинка; консервированный клюквенный соус; ассортимент холодных салатов из макарон, формочек для желе, печенья, фаршированных яиц; и стеклянные тарелки в стиле 1950-х годов, наполненные консервированными калифорнийскими черными оливками, солеными огурцами и грудой овощей.Иногда у нас были блюда лакота, такие как танига (кишечный суп) и воджапе (соус из черемухи).

Это хорошие воспоминания. Хотя когда дедушки с бабушкой не стало, моя семья больше никогда так не отмечала праздники, собираясь в одном месте в резервации. С тех пор мой взгляд на День Благодарения изменился — сначала от чувства горечи, связанной с реальной историей той лжи, которую мы рассказываем, о реальных историях, которые мы должны чтить и оплакивать, а затем с возрожденной надеждой на то, что наши празднования могли бы помочь. быть, если мы просто изменили наш фокус.

Именно вампаноаги в 1621 году помогли первой волне пуритан, прибывших на наши берега, показав им, как сажать урожай, добывать дикую пищу и в основном выживать. Первое официальное упоминание о праздновании «Дня благодарения» относится к 1637 году, после того как колонисты жестоко вырезали целую деревню пеко, а затем отпраздновали свою варварскую победу. Спустя годы президент Вашингтон впервые попытался начать праздник Дня благодарения в 1789 году, но это не имеет ничего общего с «индейцами и поселенцами», вместо этого он предназначен для общественного дня «благодарения и молитвы».(То, что фраза «Безжалостные дикие индейцы» вписана в Декларацию независимости, говорит все, что нам нужно знать о том, как основатели Америки относились к коренным народам этой земли.) Так продолжалось до тех пор, пока писательница Сара Джозефа Хейл не убедила президента Линкольну, что праздник День Благодарения необходим и может помочь исцелить разделенную нацию, что он был официально объявлен в 1863 году. Но даже это не та история, которой нас всех учат сегодня. Вдохновение для этого было гораздо более исключающим.

Согласно книге 2009 года « День благодарения: биография американского праздника », написанной Джеймсом Бейкером, исследователем на плантации Плимот, ситуация изменилась в прогрессивную эру (1890–1920), когда Соединенные Штаты стали мировой державой. с индустриализацией и урбанизацией. Это привело к росту национализма, поскольку европейские иммигранты хлынули в страну, а американцы-протестанты, убивавшие коренное население, боялись быть перемещенными.Колониальная идеология стала идентичностью того, что значит быть по-настоящему «американцем», и они начали внедрять учения, чтобы четко определить «американизм» для новых иммигрантов. Одним из них была санированная история Дня Благодарения, которая сфабриковала мирное изображение отношений между колонизаторами и племенами и не упомянула количество смертей, разрушений и захватов земель, которые происходят с первыми народами, задавая тон на следующие 200 лет. . К 1920 году, пишет Бейкер, история о «пилигримах и индейцах» стала историей, которую изучают все американские школьники, даже в школах коренных народов.

Но наши семьи жили иначе. Мой прадед вместе с другими лакота и шайенами помогал отбиваться от генерала Кастера в битве при Литтл-Бигхорне даже за 100 лет до моего рождения. Я думаю о жизни моего прадеда, который родился в 1850-х годах — ближе к концу геноцида, который начался в 1600-х годах по всей Америке, и простирался до более тонких, но все же разрушительных лет усилий по ассимиляции, которые мы пережили с тех пор. Он видел эскалацию конфликтов между жизнью лакота, какой он ее знал, и постоянно появляющимися иммигрантами с востока.Он был свидетелем исчезновения бизонов, потери священных Блэк-Хиллз, многих нарушенных обещаний, данных США, наряду с такими зверствами, как резня в Сэнд-Крик и Вундед-Ни. Он видел, как его дети посещали школы-интернаты, где их насильно стригли и наказывали за то, что они говорили на их языках. Интересно, что он думал об истории Дня Благодарения.

Но меня это не удивляет: День Благодарения на самом деле не имеет ничего общего с коренными американцами, а имеет отношение только к старой (но не самой старой) гвардии, придумывающей ложь о первых народах, приветствующих поселенцев, чтобы укрепить свою ложную власть над что делает «настоящего» американца.(Помните, только в 1924 году коренным американцам разрешили стать гражданами Соединенных Штатов, и потребовались еще десятилетия, чтобы все штаты разрешили нам голосовать.) Это история предполагаемого единства, обескровленного и построенного для ради разделения.

Многие из моих коренных братьев и сестер отказываются отмечать День Благодарения, протестуя против обеления ужасов, через которые прошли наши предки, и я не виню их.Но я не отказался от праздника. Я только что изменил то, как я это практикую.

Дело в том, что ядовитый нарратив о «паломниках и индейцах» нам не нужен. Нам не нужна эта иллюзия прошлого единства, чтобы действительно объединить людей сегодня. Вместо этого мы можем сосредоточиться просто на ценностях, которые применимы ко всем: единение, щедрость и благодарность. И мы можем посвятить день тому, о чем все хотят говорить и думать в любом случае: еде.

Люди могут этого не осознавать, но то, что объединяет каждого человека в этой стране, и сама история этой нации, все это время было перед нами.Большинство наших рецептов на День Благодарения готовятся из местных продуктов: индейки, кукурузы, бобов, тыквы, клена, дикого риса и тому подобного. Мы должны принять это.

В течение многих лет, особенно в качестве главы компании, специализирующейся на местных продуктах, я исследовал местные продукты. Это дало мне — и может дать всем нам — более глубокое понимание земли, на которой мы стоим. Восстанавливать связь с окружающей нас природой — это здорово. Мы, американцы, проводим часы на открытом воздухе, собирая такие продукты, как лисички, сморчки, пандусы, дикий имбирь, аронию, дикую сливу, крабовые яблоки, плоды кактуса, папайю, ягоды мансаниты, рогоз, клен, дикий рис (не черный материал из Калифорнии, который модифицированная и совершенно другая версия настоящего дикого риса, произрастающего в районе Великих озер), кедр, шиповник, гикори, желуди и грецкие орехи.Мы можем работать с местными производителями, производящими семейные реликвии бобов, кабачков и тыкв, а также местных сортов кукурузы, которые бывают разных форм, размеров и цветов. Наши пиршества включают в себя такие блюда, как кролик, тушеный в кедре, солнечные оладьи с сумахом, тушеная оленина, копченая индейка с каштанами, настоящий дикий рис с выращенными грибами, местная тыква с кленом, копченый лосось и дикие чаи.

Где бы вы ни находились в Северной Америке, вы находитесь на земле коренных народов. И поэтому в этот праздник, да и вообще в любой другой день, я призываю людей исследовать более глубокую связь с тем, что называется «американской» едой, понимая истинную историю коренных американцев, и начать использовать то, что естественно растет вокруг нас, и поддерживать коренных американцев. производители.Нет необходимости отмечать День Благодарения по поводу ложного прошлого. Гораздо лучше, когда он воспевает красоту настоящего.

Исправление от 11 ноября 2019 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

2022 © Все права защищены.